– Ал, ты на полном серьёзе думаешь, что месть настолько туманит мне мозг, что я не понимаю, что подобным способом я вместо решения своих проблем уберу все твои? Я похожа на безмозглую идиотку?
– Зато избавишь себя от моего присутствия.
– Если бы оно было бы мне не необходимо, тебя бы уже давным-давно не было подле меня. Я прохожу свой урок точно так же как и ты. Этот парень попытка немного облегчить мой, имея объект для слива агрессии, и немного усложнить твой, за счёт необходимости смириться с наличием у меня подобного объекта, который непосвященные могут считать абсолютно иным по назначению. И чему я буду максимально способствовать.
– Другими словами, на людях ты хочешь выказывать ему своё расположение и любовь, а наедине издеваться над ним? Я правильно понял расклад?
– Именно, мой дорогой. Мальчик считает, что я люблю и безумно ревную, наказывая за недостаточное почитание или неосторожные взгляды на других… А я наказываю не из-за этого, а потому что мне нравится его реакция на это… его страх, попытки оправдаться и выслужиться. Взамен этого я даю ему то, от чего он по доброй воле не откажется: собственную показную благосклонность и возможность ею козырять в некоторой степени.
– Готов подыграть. Только учти, я дал согласие на то, что Илиас будет твоим исповедником, и тебе лучше заранее продумать, как ему преподнесешь подобные отношения о которых наверняка все будут судачить.
– Разберусь. Илиас не та фигура, которую надо воспринимать всерьёз.
– Главный инквизитор «не та фигура»?
– Ал, он поверит в любую озвученную мною чушь, у него не тот уровень и опыт, чтобы мне противостоять, поверь мне.
– Верю, но хочу, чтобы ты эту чушь продумала заранее.
– Хорошо. Пусть так: этот красавчик в меня влюбился, мне льстит его внимание, поэтому держу при себе, но тебе я верна, поскольку ты жёстко это контролируешь, однако платонически развлекаться с ним не мешаешь. Это игра меж тобой и мной, и забавляет нас обоих.
– А он, кстати, действительно влюбился?
– Нет, и в этом вся суть. Он не любит, но героически делает вид, что любит, поскольку за иное я очень строго взыскиваю, и он не смеет перечить. Порой это бывает очень смешно, – она прикрыла глаза, и его губы изогнулись в злой и презрительной усмешке.
Глядя на неё Альфред непроизвольно поёжился, а потом тихо выдохнул:
– Глядя на тебя, я благодарен небесам, что ты посчитала месть мне излишней. Парню очень сочувствую. Ты не только презираешь, тебе явно нравится его унижать и мучить, моя дорогая. Чем он так перед тобой провинился? Или он всё же моя проекция?
– Не лезь в это! – распахнув глаза, она со злостью посмотрела в его сторону. – Сама пока не разобралась. И не заставляй в этом глубже копаться, рискуешь сам под удар попасть!
– Понял. Вопрос закрыт. Реагировать на парня буду так, как пожелаешь.
– Вот и хорошо.
– Какие ещё есть условия?
– Не торопи с договором, дай немного подготовиться. Не готова я пока к новому, да и смысла тебе особого в нём пока нет. Я не собираюсь сбегать или подставлять тебя. Партнера выбрала не по любви и не твоего уровня, поэтому не торопи.
– К чему тебе готовиться? К восстановлению мною твоего уровня?
– А хоть бы и к этому. Понимаешь, когда тот договор с тобой заключала, внутри всё мертво было, а сейчас злая я до невозможности, боюсь не справиться и слить всю эту агрессию на тебя, а потом сама же под неё и попаду. Оно мне надо? Поэтому не торопи, сначала научусь ею управлять, а потом договор заключим.
– Сдаётся мне, разводишь ты меня сейчас похуже Илиаса, моя дорогая. Поскольку эта отговорка не более чем ширма прикрывающая твоё нежелание заключать со мной договор. Ты мне потом ещё загадки начни, как в сказках, загадывать, потому что желания все твои я уже исполнил.
– Может, и начну, не торопи, всему своё время. Сейчас время твоего терпеливого ожидания. И ты его проявишь, поскольку другого выхода у тебя нет. Не можешь ты меня ничем принудить.
– Ты обещала! – голос Альфреда приобрёл напор.
– Ты тоже много чего обещал, а потом не исполнил ничего, так что не тебе сетовать, мой дорогой, не тебе. Подождёшь! И не смей меня торопить! Лишь себе хуже сделаешь! – в её интонациях тоже зазвенела сталь, и Альфред счёл за благо отступить.
Ведь действительно нет никакой срочности в заключении договора с ней. Выглядеть она стала намного лучше, чем в его первый приезд и явно сама начала набирать уровень. Так пусть наберёт, может, это заставит её понять, какие ещё у неё есть к нему требования, после которых уже самой ей захочется потенциал свой с ним связать, а не от безысходности и желания поскорее уйти на перерождение.