– Не за что, мой хороший… Сейчас всё хорошо будет, потерпи ещё немного…
– Миледи, не надо! – герцог вошёл следом за ней в денник. – Развязывать ему путы должны конюхи!
Аякс, увидев его, нервно всхрапнул и дёрнулся всем телом.
– Вот видите! – герцог жёстко взял Миранду за плечо. – Конь пока не в адеквате. Я прикажу больше его так не связывать и накажу тех, кто так жёстко с ним обошёлся, но лезть ему под копыта вам не позволю! Поэтому выйдите из денника! Немедленно!
– Милорд, поверьте, просто поверьте. Он напуган, и любой конюх его сейчас разозлит. У меня, наоборот, есть возможность сейчас его привязать к себе, чтобы потом именно мне он был благодарен и слушался. Выйдите, прошу… Я не рискую абсолютно. Поверьте, он не сделает мне ничего, – Миранда схватила герцога за руку и просительно заглянула в глаза.
– То есть когда я прошу вас мне поверить, вы впадаете в истерику, а вам, миледи, я верить должен… – глядя ей прямо в глаза, герцог иронично усмехнулся.
– Я сейчас, конечно же, отсюда выйду, чтобы не дать вам повод заставить меня сделать то, что претит мне по определению и что я воспринимаю как очень жестокое унижение, милорд, – взгляд Миранды заледенел, и она отпустила руку супруга, – но это означает, что коня вам придётся прирезать. У него пограничное состояние, и сейчас или вы разрешите мне его развязать, либо я уйду, и делайте с ним, что хотите. Это в вашем праве…
– Чёрт, ты умеешь убеждать. Ладно, не волнуйся, не стану больше возвращаться к этой теме. Видно, и впрямь ты сильным унижением это считаешь. Так что успокойся, больше даже намекать на это не стану. А сейчас можешь остаться, но развязывать ему путы буду я. Убьёт, так пусть меня. Не в моих правилах под удар свою супругу подставлять, – герцог, склонившись, начал решительно отвязывать копыта коня от колец, вкрученных в пол.
Миранда тем временем обхватила шею коня и, нежно поглаживая, начала шептать на ухо: «Стой смирно, мой хороший! Не шевелись! Тихо, тихо, потерпи немного, и всё будет хорошо…»
Как только герцог отвязал последнюю ногу и выпрямился, Миранда повернулась к нему:
– Вы нам разрешите пройтись по двору, милорд? Вот гарантирую, он будет хорошо себя вести.
– Если не верхом, а просто поводишь и пообещаешь отскочить, если вырываться станет, то поводи. Только как без узды водить будешь? – удивлённый тем, что конь стоит абсолютно смирно, негромко проговорил герцог.
– На него нельзя сейчас узду надевать, ему десны и губы уздой порвали… Пока не заживут, нельзя… Он так со мной походит.
– Даже удавку на шею накинуть не желаешь? Хотя тебе её и не затянуть, сил всё равно не хватит… Ладно, води, как хочешь, но если выкрутасничать начнёт, отскакивай и под копыта не лезь, его и без тебя найдётся кому заарканить и обратно в стойло поставить. Обещаешь? – герцог испытующее посмотрел на неё.
– Да, милорд. Конечно, – кивнула она, беря коня за длинную гриву.
Герцог посторонился, позволяя ей открыть ворота денника, и она вывела коня в коридор конюшни.
Конюшенные, замершие вдоль стен, проводили её изумлёнными взглядами, когда она провела мимо них спокойно идущего Аякса, а потом вышла с ним в загон для выездки. Они сначала медленно походили по кругу, потом начали менять направление и двигаться то восьмёрками, то зигзагами. Конь шёл за ней, как привязанный. Герцог, вышедший за ними следом и стоящий у ограды, наконец не выдержал и, когда они проходили мимо, окликнул негромким вопросом:
– Миледи, что вы с ним сделали?
Миранда остановилась вместе с конём и обернулась к нему:
– Я дала ему почувствовать, что он мне может доверять, показав, что я сильная, его не боюсь и одновременно не обижу. Лошади ценят такое отношение, милорд. Это заложено в их природе.
– Со стороны это похоже на колдовство, – усмехнулся герцог.
– Ваше право трактовать мои действия любым образом, милорд. Но колдовства тут нет никакого. Ваши конюшенные запугали коня, и он обозлился. Чистокровные скакуны редко прощают подобное отношение, с ними уважительно надо… Кстати, прикажите, пожалуйста, подготовить ему воду и еду. Мы с ним сейчас прогулкой сбросим его стресс, и его было бы неплохо покормить.
– Не волнуйтесь, миледи. Уже приказал. К вашему с ним возвращению в стойле будет и вода, и овёс.
– Благодарю, Ваша Светлость, вы предусмотрительны и несказанно добры, – Миранда улыбнулась.
Глава 29
Как только рот у Аякса зажил, Миранда попросила у герцога разрешения выехать на нём на прогулку. Тот согласился, но на условии, что будет лично её сопровождать.
– Не смею возражать, милорд, – очаровательно улыбнулась ему в ответ она. – Это в вашем праве разрешать мне прогулки лишь в собственном сопровождении. К тому же мне это даже приятно будет. Прогулка с вами вдвоём по лесу – это так романтично.