– Да, – грустно улыбнулась Дарина, – иногда люди сторонились нас. Но мы же были маленькими, не замечали почти ничего. Только один случай запомнился: как-то один мальчишка обозвал нас ведьмами, а мы шишками его отлупасили… Орина очень меткая!
Они снова засмеялись, и, несмотря на неясную погоду, стало светлее и уютнее. Тяжёлое, гнетущее чувство угрозы отступило, уступая место семейному теплу и близости.
Воспоминания потекли рекой. Девушки заговорили и о другом – о ранних утренних прогулках с матерью за целебными травами. Дарина всегда каким-то необъяснимым образом чувствовала, где в земле таятся самые сильные коренья. Стоило ей закрыть глаза и прислушаться – и земля шептала ей, куда идти, где копать. Её руки безошибочно находили ценные растения, даже те, что прятались глубоко под слоем опавших листьев.
Орина же обладала иным даром – искала родники, с лёгкостью могла указать место для колодца с первого раза. Она тянулась к воде, как к родственной душе, и в самую жестокую засуху умела находить прохладные ключи, бьющие из-под камней.
Удивительно, но только сейчас, вспоминая эти, казавшиеся обыденными, вещи, сёстры по-настоящему осознали необычность своих способностей.
– Земля… дрожала под моими ногами, – тихо произнесла Дарина, связывая воедино события прошедших дней. – Когда я злилась или боялась. Это же проявление моего дара, верно? Не просто совпадение?
Велирима медленно кивнула. Её лицо стало серьёзным, но в глазах светилось что-то похожее на гордость.
– Да, вы родились со способностями, – подтвердила она. – Я всегда знала, что у вас есть то, что старики называют стихийными дарами. У Дарины – связь с землёй, у Орины – с водой. Два элемента, две части единого целого.
Она провела рукой по столу, словно разглаживая невидимую карту.
– Велисгар разделил свой дар между вами. Вы пришли в этот мир как двойники – одна душа в двух телах. И каждая получила часть силы горы.
– Ты не испугалась, когда заметила наши… странности? – спросила Орина, вспоминая, как в детстве мать перехватывала её руку, если она слишком долго держала ладонь в воде и вода начинала светиться.
Велирима улыбнулась – не обычной своей улыбкой, а какой-то загадочной, полной тайного знания.
– Я травница, девочки мои. Кто, как не я, должен понимать, что в этом мире есть вещи, недоступные обычному взгляду? Да и сама я… не совсем обычная. – Она запнулась, будто сказала больше, чем собиралась.
– А что наш отец? – быстро спросила Дарина, уловив её замешательство. – У него тоже были какие-то способности?
– Ваш отец… – начала Велирима, и что-то в её голосе изменилось, стало глубже, значительнее. – Он мог слышать голос камня. Говорил, что гора поёт для него, подсказывает, где искать самую чистую руду. Некоторые рудокопы смеялись, но никто не мог найти жилы богаче, чем он. А ещё он мастерски владел огнём…
В её глазах мелькнуло что-то – воспоминание настолько личное, что дочерям стало неловко за свой вопрос.
– Возможно, именно поэтому… – Она осеклась, словно поймав себя на опасной мысли.
– Что? У него тоже были способности?!
– Ты не говорила…
– Как-то к слову не пришлось…
– Каким он был? – Дарина осторожно задала вопрос, видя, что мать в кои-то веки расположена говорить о прошлом.
Велирима застыла на мгновение. По её лицу пробежала тень, но тут же сменилась мягкой, задумчивой улыбкой. Взгляд затуманился, будто она вглядывалась в даль, недоступную дочерям.
– Ваш отец… – начала она. – Не такой, как все здесь. Умный, чуткий… с ним я чувствовала себя особенной. Он мог найти самые редкие цветы даже зимой – приносил мне подснежники, когда на улице ещё лежал снег. И голос… голос у него был удивительный – когда он пел, замолкали птицы.
Её пальцы машинально перебирали травы в маленьком мешочке на поясе – жест, который Дарина замечала всякий раз, когда мать нервничала или что-то скрывала.
– Он пел и дарил тебе цветы? – удивлённо воскликнула Дарина. – Но… он же был рудокопом? Такой романтик среди наших суровых шахтёров? Удивительно!
– Хотелось бы его увидеть… – прошептала Орина, обхватив колени руками.
Что-то в её словах встревожило Велириму. Улыбка исчезла с её лица, как задутая ветром свеча. Руки замерли, пальцы крепко сжали мешочек с травами. Дарина внимательно наблюдала за матерью, подмечая эту мгновенную перемену. Что-то здесь не сходилось, словно в рассказе тщательно обошли самое важное.
– А как ты узнала, где вход в пещеру к Златомати? – неожиданно сменила тему Орина.