Я тоже собираюсь кончить, но стискиваю зубы, пытаясь сдержать нарастающее давление в яйцах. Я не закончу, пока она не закончит. Я хочу — нет, мне нужно — почувствовать, как Марго кончает на моем члене, прежде чем наполню ее своей спермой.
Мой большой палец быстрее натирает набухший маленький клитор, а другая рука падает на бедро, чтобы помочь ей удержаться, пока она скачет на мне жестко и быстро, практически врезаясь в мой член с каждым толчком.
— Черт, черт, черт, — повторяю себе под нос. Я понятия не имею, слышен ли звук наших тел где-нибудь еще в доме, но даже если и беспокоился об этом раньше, то теперь мне все равно. Здесь нет места ни для чего, кроме вида и ощущений Марго.
Она прижимает руку ко рту, ее голова внезапно падает назад, ее тело выгибается, когда она кричит, уткнувшись в ладонь. Я уже чувствовал, как Марго кончает вот так, когда был погружен в нее на всю длину, но, когда без презерватива — все совсем по-другому. Гладкое давление ее стен, сжимающих меня, как тиски, вызывает что-то внутри, и я снова меняю наши позиции, кладя ее на спину и прижимая ее колени к груди.
Я трахаю ее жестко и глубоко, толчки становятся прерывистыми, а в ней так туго, что кажется, будто она пытается задушить мой член. И когда вливаюсь в нее, как будто вместе с ней уходит частичка моей души.
— Марго, — хрипло стону я. — Черт, детка.
Я падаю на нее сверху, уткнувшись лицом в изгиб ее шеи, и мы какое-то время пытаемся перевести дыхание, ведь каждый из нас задыхается.
— Черт возьми, — шепчет она через секунду. — Если бы знала, что так будет, я бы уже давно посоветовала тебе прекратить пользоваться презервативами.
— Нет, — шепчу я ей в изгиб шеи. — Сегодня был идеальный момент. Потому что ты была готова.
Я целую ее в шею и грудь, медленно снимаю с нее свой вес и вытягиваюсь. Густая капля спермы выливается из ее киски, когда отстраняюсь и, даже не задумываясь, собираю кончиками пальцев и вдавливаю обратно в нее, наблюдая, как ее сладкая киска принимает снова.
Самое собственническое, первобытное чувство удовлетворения поднимается в моей груди, и я засовываю пальцы глубже, продвигая свое освобождение глубже внутрь.
— Что ты делаешь? — Марго задыхаясь хихикает, глядя вниз по линии своего тела и наблюдая, как я трахаю ее пальцами.
— Это чертовски горячо, — бормочу я, очарованный этим видом.
Она морщит нос.
— Правда?
— Да, — говорю я решительно. — Ты так чертовски хорошо выглядишь, Подсолнух. Ты выглядишь… ты полностью моя.
На последнем слове мой голос звучит глубже, и скептическое выражение исчезает с лица Марго, когда она дрожит.
Она раздвигает ноги немного шире, и я вытаскиваю свои скользкие от спермы пальцы из ее киски на время, достаточное для того, чтобы провести ими по ее клитору. Когда снова трахаю ее ими, я обвожу большим пальцем маленький бутон, используя свою сперму как смазку и втирая ее в кожу.
Марго хнычет, ее голова запрокидывается, а я продолжаю, пальцы хлюпают внутрь и снаружи, пока довожу ее до нового оргазма.
— Ох, — выдыхает она. — О боже, я… ааах…!
Она тихо кричит во время кульминации, ее рот открывается, когда кончает подо мной. Ее внутренние стенки сжимаются так сильно, что тело в итоге вытесняет еще больше моей спермы, но я не позволяю ни одной капле пролиться, снова запихивая ее обратно в нее.
Затем вытягиваю пальцы и подношу их к ее губам, криво ухмыляясь.
— Помоги мне прибраться.
Она хватает мою руку своими двумя, удерживая ее на месте, обхватывая губами мои пальцы и сосет, наслаждаясь нашим совместным высвобождением. Когда наконец отпускает, я наклоняюсь, чтобы поцеловать ее, ощущая вкус себя на ее языке.
— Это моя хорошая девочка, — шепчу я ей в губы.
Она издает удовлетворенный вздох, и это чертов звук лучший в мире.
Через некоторое время мы отстраняемся, и Марго садится.
— Наверное, нам стоит вернуться вниз, — говорит она.
— Да. Ты права.
Нам нужно немного времени, чтобы привести себя в порядок и достаточно презентабельный вид для вечеринки. Я помогаю Марго собрать разбросанную одежду и пригладить волосы, а когда спрашивает, пахнет ли она сексом, говорю ей «нет», хотя и не уверен, что она мне верит. Немного да, но не думаю, что кто-то, кроме меня, это заметит. Не похоже, что ее семья или их друзья собираются наклониться и обнюхать ее.
Она слегка морщится от влаги между бедрами, когда натягивает трусики, и я смотрю на нее.
— Хочешь, я прокрадусь вниз и принесу тебе полотенце или что-нибудь, чем можно вытереться?