Ей страшно было признаваться в этом даже самой себе, но, кажется, Советник Ким Тэхён завладел её вниманием полностью и без остатка. И слишком близок был к тому, чтобы завладеть ещё и сердцем.
— Вам для начала следует успокоиться, Ваше Высочество, — произнёс Намджун, неслышно подошедший сзади, и привычно сжал её плечи. — Что вас тревожит настолько, что вы не смогли контролировать себя? Вся столица помнит недельную зиму посреди лета, когда вы, девятилетняя, совсем так же не смогли справиться с эмоциями.
— Я справлюсь, — пообещала Наюн и опустила руки на парапет балкона. — Мне лишь нужно чуть больше времени.
— Прошло уже два дня. Вы всегда можете обратиться за помощью ко мне. Я изучал магию дольше и больше вашего, уверен, мы сможем найти решение.
Наюн усмехнулась горько, почувствовав вдруг себя неуютно, и мягко отстранилась, избавляясь от чужих рук на теле. Чужих, но не тех. Не нужных.
Ей вспомнилось, как она говорила несколько дней назад всё то же Ким Тэхёну. Ждала, что он расскажет ей всё, что они решат проблему, потому что всё кроется в причинах, но едва ли могла разобраться в своей, потому что и признаться Намджуну в том, что случилось, не могла тоже.
— Я всё исправлю, правда, — проговорила она и, поняв, что время уже наверняка пришло, решила поспешить в библиотеку. — Мне очень жаль, но я клянусь вернуть всё в норму.
— Не нужно брать на себя слишком многое, — мягко заметил Советник, а Наюн в ответ покачала головой.
— Я ответственна лишь за собственную ошибку. Её и собираюсь исправить.
Она чуть поджала губы и, кивнув, обошла мужчину стороной, направившись в сторону библиотеки. Ужин уже давно закончился, а это значило, что им с Ким Тэхёном снова предстояло далёкое от увлекательности чтиво. В книгах не было ровным счётом ничего полезного, Наюн уже отчаялась найти хоть что-нибудь, но продолжала появляться перед глазами Советника Короля Гиаронда. Может быть, потому что сама хотела его видеть.
Принцесса думала, что он снова не обратит на неё должного внимания — только поднимет на секунду взгляд от книги, усмехнётся чему-то своему и снова вернётся к чтению, а она заморгает часто, потому что обидно до ужаса, закусит губу и тоже уткнётся в книгу. Наюн думала, что он не скажет ей ни слова, не обратит ни капли внимания. Думала, что Ким Тэхён снова будет делать вид, будто её попросту не существует. Однако, едва только вошла в библиотеку и тихо притворила за собой дверь, встретилась с одной лишь пустотой на диванах в самом центре и усмехнулась.
Непривычно было вот так разочаровываться из-за чьего-то отсутствия. Непривычно было чувствовать, как кончик носа колет по той лишь причине, что Ким Тэхёна нет рядом. Непривычно было сжимать обивку на спинке дивана и думать о том, что всё должно пропасть проподом.
Может быть, Советник заинтересовался уже кем-то другим, едва понял, что её внимание заполучил целиком и полностью. Может быть, проводит сейчас время с какой-нибудь Чехи, наплевав на то, что хотел избавиться ото льда на сердце. У Чехи, служащей во дворце всего полгода, зато крупные бёдра, тонкая талия и красивые губы. Пусть она лишь служанка, зато — в отличие от неё самой — жутко красивая. Как раз подстать Ким Тэхёну.
Наюн со злостью смахнула соскользнувшую на щёку слезу, а потом выдохнула судорожно и услышала, как за окном пуще прежнего завыл ветер, и метель сотрясла окна.
— Да чтоб тебя!.. — сорвалось несдержанно с губ.
Глаза заслезились ещё больше, пальцы сильнее стиснули кожу на спинке дивана, и Наюн едва не закричала в голос от негодования и прострелившей грудь боли. Ей нужно было вернуть всё в привычное состояние, развеять собственную вьюгу, а не усугублять её.
— И всё же вы умеете ругаться, Принцесса.
Наюн вздрогнула, едва услышав знакомый голос, хотела уже повернуться, чтобы встретиться с тёмным взглядом, но Ким Тэхён обнял её за талию, расположив ладонь на животе, а сам прижался к спине, и девушка замерла на месте, вцепившись от неожиданности в его запястье.
— Как же я вас ненавижу, Советник Ким Тэхён! — процедила она сквозь зубы, а тот в ответ только рассмеялся ей хрипло на ухо и прижался ещё сильнее, уткнувшись носом в висок. — Отпустите сейчас же!
— Если отпущу, погода снова разбушуется, — шепнул он, заставляя Наюн вздрогнуть и посмотреть в окно, где посветлело в один миг, и только снег продолжал медленно падать, невероятно красиво при этом кружась в воздухе. — Если бы я мог чувствовать, то сказал бы, что рад знать, что причина этих метаморфоз заключается во мне. Но ещё больше радости это принесло бы, скажи вы мне об этом сами, Принцесса. Сколько ещё, в конце концов, я буду ждать, что вы раскроете мне свои мысли?
Наюн выдохнула и зажмурилась, потому что тогда же почувствовала чужие губы на своей щеке, а потом всхлипнула едва слышно, потому что те коснулись шеи, пуская по телу самые настоящие молнии.
— Хватит, — попросила она, но Ким Тэхён только рассмеялся коротко и снова прижался губами к месту под самым ухом. — Хватит!
Девушка всё же извернулась легко в неудерживающих её руках, повернулась в сторону Советника и со злостью и обидой, которыми полнилась душа, воззрилась на него со всем возможным недовольством.
— Не нужно этого, — хмыкнул парень и, подцепив указательным пальцем её подбородок, приподнял лицо. — Зато теперь вы знаете, что чувствуете ко мне, Принцесса. И я хочу услышать это.
— Я уже сказала, что ненавижу вас, — нахмурилась Наюн, привычно сжав в пальцах платье. — Вы слишком жестоки. Игры, в которые вы играете, втягивая других… Вам хорошо — вы ничего не чувствуюте, но как насчёт того, чтобы задуматься об окружающих? Я отказываюсь влюбляться в вас!
Ким Тэхён чуть улыбнулся, едва шагнул ещё ближе к ней, а затем наклонился к самому лицу и, прочертив линию из дыхания от губ до волос, мягко поцеловал её в лоб.
— Поздно, Принцесса, — произнёс он, а потом дёрнул Наюн на себя и обнял одной рукой. — Вы сделали это, едва лишь мы впервые встретились.
Наюн почудилось, будто под её ладонью, лежащей на груди Советника, что-то дёрнулось.
Комментарий к Вьюга
Моё сердце тает от ваших тёплых слов одновременно с тем, как тает сердце Тэхёна от одного лишь вида Наюн
========== Настоящее ==========
— Помолвка состоится, Наюн. Тебе следует быть готовой к этому.
У мамы взгляд был тёплый, сожалеющий, почти мокрый, а руки, поймавшие и сжавшие её пальцы, чуть тряслись. Девушка понимала Королеву — в свои двадцать три она совсем так же вышла замуж за человека, которого не знала и не любила. Мама никогда не говорила об этом напрямую, никогда не уточняла, всегда уходила от ответа на прямые вопросы любопытной маленькой дочери, но Наюн всё равно знала — отца она полюбить так и не смогла. Между Королём и Королевой всегда была молчаливая привязанность и холодное дружелюбие, сквозившее между взаимным уважением и хмурым принятием. Наюн, однако, всегда мечтала о большем и рассчитывала на исключительно лучшее. И когда родители впервые заговорили о браке, когда намёком указали за сына Генерала, девушка даже не расстроилась. В Мин Юнги было много привлекательных и исключительно положительных черт. А ещё они были друзьями, и ничего совсем страшного в этой женитьбе не было.
Пока не появились Король Ким Сокджин вместе со своим Советником Ким Тэхёном, которые — вместе — всё перевернули вверх дном. Прежде Наюн лишь боялась жизни с незнакомцем, к которому испытывает отвращение, а теперь боялась свадьбы с тем, кого не любила, потому что сердце по одной только глупости отдала другому. Девушка тихо признавалась в этом самой себе, соглашалась со словами Ким Тэхёна, посмевшего сказать, что она влюбилась в него с первого взгляда, но по-прежнему, однако, продолжала молчать, потому что лицо Советника было слишком самодовольным, а сердце — абсолютно пустым.