- Я могу помочь господину вымыться, если он великодушно позволит мне сделать это?
На вкрадчивые слова Ганнвер ответил тихим рычанием:
- Вон!
Миниатюрная блондинка, недовольно поджав губки, неспешно покинула комнату, на пороге даже оглянулась, надеясь, что молодой мужчина передумает. Ган едва не заскрежетал зубами от злости, настолько сильно желал остаться один, но кричать на неразумную девицу больше не собирался. Лишь красноречиво обернулся к окну, веря, что намек будет расценен верно. Тяжкий вздох, раздавшийся спустя минуту, уведомил его, что нахальная хозяйская дочка все-таки покинула комнату.
Погрузившись в лохань, эрт Ирин не ощутил желаемого удовольствия от прикосновений теплой воды. Думы в голову тоже лезли невеселые, потому он отпустил их, позволяя сознанию расслабиться. Привыкший к постоянной заботе, Ганнвер многое умел делать сам. Протянул руку к кусочку материи и комку щелока, чтобы стереть дорожную грязь с тела. Хмыкнул, непроизвольно подумав: «Вот если бы с той же легкостью можно было смыть все то, что пристало к моей душе за годы, проведенные в Золотом замке?» Отмахнулся от навязчивых мыслей, привычно представляя, как с триумфом возвращается домой, но тут же сник. Наивные мечты мальчишки, только-только оказавшегося в Царь-городе, надеющегося спасти свою сестренку из плена, сокрушив змею и ее сподвижников. А ведь тогда он выделил себе два года, чтобы добиться положительного результата и проиграл… Так стоит ли теперь грустить? Если бы не Лавен и Северия, оставшиеся в столице Золотого берега, то Ганнвер, не задумываясь, отправился бы на север, туда, где белеют горные пики. Но пока оставалась надежда, пусть и призрачная, Ган не мог отступить. Сейчас важным было узнать, где именно прячут брата и сестру, чтобы выручить их из беды. Сам Эрей занимался охраной родственников королевы Ар-де-Мея, а общаться с первым советником Беккит Ганнвер не жаждал, всячески избегая любого столкновения, даже случайного. Лишь в одном он поддержал Эрея и ничуть не жалел, что Ниавель, его венценосная кузина, сейчас находится вдали от Царь-города. Возможно, она уже прибыла к демону, а может, еще только-только подъезжала к Нордуэллу – точных сведений у Гана не было. Скудные факты он узнает по возвращению, а вот подробности появятся чуть позднее, когда в столицу вернется отряд, сопровождающий невесту демона на север.
Это воспоминание лишь растревожило эрт Ирина, заставило выскочить из лохани, торопливо одеться, схватиться за голову! Простят ли его предки, когда узнают, что он сделал?! Извечные враги: ар-де-мейцы и нордуэлльцы, что сможет объединить таких разных и непохожих существ?! Пока что их связывает лишь обоюдная ненависть, которую не смогло искоренить даже время! Неужели из одного плена Ниавель попадет в другой? И сам Ганнвер собственноручно отдал сестру в когтистые лапы ир'шиони?! Присел на узкую кровать, уронил голову на сплетенные руки и, вроде бы, спросить у самого себя: «Что я сделал?» Вот только не хочется! Мимолетный порыв, собственная слабость, мгновенное принятое решение, которое потом было тщательно обдумано и одобрено! К чему сомнения сейчас, когда исправить уже ничего нельзя?! Ган усмехнулся, понимая, как он устал от всех этих интриг, заговоров, тайных и явных сделок с другими людьми и с собственной совестью!