Между тем у костра собиралось все больше и больше молодых людей. Разряженные в яркие платья и костюмы, так любимые местными жителями, они по двое или группами разбрелись по поляне, весело обсуждая забавные истории из своей повседневной жизни. Звонкий смех отражался от верхушек деревьев, и таял в глубине усыпанного звездами неба невольно увлекая за собой случайных слушателей. Лоя в компании Мистени переходила от одной группки к другой, обмениваясь ничего не значащими фразами, смеясь вместе с друзьями. Как бы не сложилась их дальнейшая жизнь, они все были знакомы, они все были друзьями. Вечер протекал на удивление хорошо. Даже игрища, затеянные под самый конец были замечательными. Лоя и сама не подозревала, что сможет так неплохо развеяться и отдохнуть, одно только неприятное чувство, словно за ней следят, портило хорошее впечатление.
Гулянья продолжались долгое время, затянувшись почти до одиннадцати. Деревенская жизнь начиналась рано, едва солнце начинало брезжить на горизонте, поэтому местные жители никогда не засиживались до поздней ночи. Радостно переговариваясь Лоя с Мистеней пробирались между деревьями к дому, они прошли уже почти половину пути, как перед ними раздался подозрительный треск. Сердце бешено забилось. "Кто это?!" Тяжёлые шаги направились в их сторону, пока дорогу не преградила огромная тень. Не способная отвести испуганного взгляда, Лоя как завороженная всматривалась в фигуру напротив, ноги словно стали чужими, отказавшись подчиниться хозяйке. Между тем тень вздрогнула и сделала шаг в их сторону. Испуганный дружный визг разбил ночную тишину леса. Петляя словно зайчата, девушки бросились наутек, слыша, как вслед за ними раздаются все ускоряющиеся шаги. Ветки хлестали по лицу, ноги то и дело спотыкались о корни, но девушки мчались вперёд. Дыхание сперло от страха, сердце уже колотилось где-то в районе глотки, но они не останавливались. Только бы успеть добежать до дома. Страх настолько сковал все их существо, что Лоя совсем не заметила, как в этой бешеной гонке она разминулась с Мистеней, но самое жуткое было не это, а то, что преследовать выбрал её. Хрипло дыша девушка, подобно лани неслась вперёд перепрыгивая через ветки и кочки, впереди уже совсем близко замаячило спасительные огни Мистреи. "Только бы успеть. Только бы спастись. И я больше никогда не пойду на эти гулянья". — Твердила она как молитву. Чтоб узнать идёт ли кто за ней, оглядываться не требовалось. Разносящийся следом треск веток, через которые девушка перепрыгивала, и не громкая брань говорили все за себя. Еще несколько минут бешеного бега, и она живо выскочила из зарослей великого леса прижавшись к стене такого надежного дома. Освещенная светом горящего в окнах света, она решительно обернулась, и застыла от удивления и возмущения, наблюдая как вслед за ней, из леса пыхтя и ругаясь выскочил Рустаг. Чёрная грива волос растрепалась, под глазом царапина, весь лоск и ухоженность, после этого забега растаяли без следа. Хотя Лоя не была уверена, что выглядит лучше, но это её сейчас беспокоило меньше всего. Ещё недавно испытывая жуткий страх девушка, вспыхнула словно спичка, руки сжались в кулачки, и она была почти готова наброситься на идиота, напугавшего её, но ещё каким-то чудесным усилием воли сдерживающая себя.
— Рустаг! Ты совсем уже. Я чуть с ума от страха не сошла! — взорвалась она наконец, выплескивая на этого верзилу весь испытанный ею только что ужас.
— Да, что я. Всего лишь проводить вас хотел.
— Проводить!
— Я, что виноват, что вы как испуганные крольчихи метнулись прочь. Еле вас догнал.
— Любая бы на нашем месте испугалась, если к ней молча какой-то верзила подкрался!
— Я не подкрадывался!
— Ага!
— Скажи, что я ещё виноват, что вы ничего не слышите и хохочете как слабоумные.
— Это мы слабоумные! — дыхание сперло теперь уже от возмущения. Обозвать девушку слабоумной, было одним из самых больших оскорблений в их деревне. Слабых умом жалели, но и за людей мало принимали.
— Нет не вы. Я же сказал "Как". Что ты цепляешься к словам.
— Это ещё и я виновата, — никак не могла успокоиться Лоя. После такого завершения неплохо начавшегося вечера говорит с Рустагом совсем не хотелось, но этот нахал, словно не понимая её чувств, никуда уходить не спешил.