дарила лекаря за его заботу и, взяв отца под руку, мы направились к выходу. По пути домой нас догнали охотники. Их голоса звучали весело и оживлённо, когда они приветствовали отца, спрашивая, когда он снова присоединится к ним в походах. Отец улыбался, поднимая ногу и показывая, что она уже почти в полном порядке. Но я настойчиво вела его дальше, стараясь поскорее добраться до дома, чтобы дать ему отдохнуть. Когда мы наконец достигли крыльца нашего дома, отец остановился и попросил меня подождать минуту. Он поднял глаза к небу и позволил крупным хлопьям снега падать на свое лицо. Меня внезапно охватило детское чувство радости. Я нагнулась и, зачерпнув горсть снега, слепила маленький снежок. С легкой улыбкой на губах я метнула его в отца, и снежок мягко попал ему в плечо. Он удивлённо посмотрел на меня, но затем его лицо озарилось широкой улыбкой. Мы начали смеяться, перебрасываясь снежками, как в далеком детстве.Отец поймал мой последний снежок и, подойдя ко мне, крепко обнял. - Пойдём в дом, накормлю тебя обедом, - предложила я. Войдя в гостиную, я сразу заметила, что дрова в камине уже начали тлеть. Я подбросила ещё несколько поленьев, и огонь вновь разгорелся, наполнив комнату теплом. Отец устало опустился в кресло, вытянув ноги перед собой. Я слышала, как он глубоко вздохнул, словно пытаясь сбросить с себя тяжесть дня. Я принесла тарелку с горячим обедом и поставила её на низкий столик перед отцом. Затем я села напротив него, устроившись на мягком диване.Через некоторое время я собралась с духом и спросила: - Папа, а есть ли здесь поблизости какие-либо поселения, кроме нашего?Отец отложил ложку и пристально посмотрел на меня. Его глаза были задумчивыми, словно он пытался понять, почему я задаю этот вопрос. - Нет, самое ближайшее поселение находится в двух днях ходьбы отсюда. - наконец, ответил он. Сердце моё сжалось. Вдруг тот парень, Рейн, просто заблудился, и я даже не предложила ему помощи? Эта мысль не давала мне покоя. - К чему этот вопрос? - поинтересовался отец, слегка нахмурив брови. Его голос звучал мягко, но в глазах читалась настороженность. Я лишь улыбнулась в ответ, стараясь выглядеть беззаботной.- Просто изучала карту и хотела знать. - ответила я. Что-то внутри меня подсказывало, что мне необходимо выйти за стену. Я встала с дивана и направилась к своей комнате. Там я быстро собрала рюкзак, положив туда необходимые вещи. Вернувшись в гостиную, я обратилась к отцу: - Можно я возьму твой старый арбалет?- А где твой? - удивлённо спросил он. - Сломала его во время тренировки, - ответила я, стараясь говорить как можно естественнее. Отец громко рассмеялся. - Чтобы сломать арбалет, нужно обладать немалыми силами! - сказал он. Но я лишь пожала плечами, не желая углубляться в подробности.- Возьми арбалет, он в комнате. Только вернись до наступления темноты, договорились? - произнёс отец. Я кивнула, благодарная за его доверие. Теперь у меня было все необходимое, чтоб выйти за стену. Я двигалась по своему привычному маршруту, стараясь держаться подальше от глаз охотников. Когда я наконец вышла за пределы стены, окружавшую наше поселение, воспоминания о словах подростка всплыли в памяти. Он говорил, что оборотень скрылся в ближайшем лесу. Я внимательно осмотрелась, надеясь заметить хоть какие-то следы. Вскоре я нашла их, едва различимые отпечатки лап. Следы привели меня к небольшому участку леса, где на снегу были яркие пятна крови. Впереди виднелись поваленные деревья, словно кто-то прошелся через них, оставляя хаос на своем пути. Я замерла, прислушиваясь к звукам леса. За поваленными деревьями раздалось частое, прерывистое дыхание. Медленно, стараясь не шуметь, я приблизилась. Там, среди обломков ветвей и снега, лежал Рейн. Он прижимал руку к боку, а под ним расползалась яркая лужа крови. Сердце мое екнуло, и я мгновенно бросилась к нему, вынимая из рюкзака бинты. Колени мои погрузились в снег, когда я опустилась рядом с ним. - Рейн, что случилось? - прошептала я.Он внезапно широко открыл глаза и с недоумением посмотрел на меня. - Что... ты здесь делаешь? - выдохнул он, удивление и боль смешались в его голосе. Я попыталась улыбнуться, хотя сердце колотилось от волнения.Быстро и уверенно я наложила повязку, стараясь не причинить ему лишней боли. - Всё будет хорошо, - сказала я, хотя сама не была уверена в этом. Я помогла ему подняться на ноги. Несмотря на боль, он настойчиво повторял: - Тебе опасно здесь находиться. Мы медленно двинулись в сторону стены, и я понимала, что на этот раз мне придется войти через главные ворота. Множество мыслей кружилось в моей голове: как отреагирует отец, узнав, что я была одна за стеной? Но главное сейчас было спасти жизнь Рейна. Я крепко сжимала плечо парня, боясь потерять равновесие. Время текло медленно, но стена становилась всё ближе. - Куда ты меня ведёшь? - еле слышно прошептал он. - К лекарю, тебе нужна помощь. - ответила я, стараясь придать уверенности своему голосу. - Мне туда нельзя... - повторял он, и его сопротивление стало ощутимым. Когда стена стала отчетливо видимой сквозь деревья, Рейн неожиданно обмяк в моих руках. Я пыталась удержать его, но наши тела одновременно рухнули на снег. Холод проникал сквозь мою одежду, но страх за жизнь Рейна был сильнее. В отчаянии я огляделась вокруг, ища хоть какую-то помощь. На одной из ближайших вышек я заметила силуэт охотника. Собрав остатки своих сил, я вскрикнула: - Помогите!Мой голос разнесся по лесу, эхо отразилось от стен, и охотник, наконец, обратил на нас внимание. Охотники быстро спустились с вышки и подбежали к нам. Один из них осторожно поднял Рейна и уложил его на носилки, сделанные из плащей и веток. Я, дрожа от холода и напряжения, взглянула на них и сказала: - Несите его в мой дом, он ближе, чем дом лекаря.Охотники обменялись короткими взглядами, но никто не стал спорить. Один из них кивнул, и они дружно подняли носилки. Прошло несколько часов. Рейн лежал на диване в гостиной, его рана была обработаны, и теперь он спал. Отец сидел в кресле напротив, его взгляд был тяжелым и осуждающим. Когда лекарь ушел, отец встал и жестом пригласил меня следовать за ним. Мы вошли в другую комнату, и я сразу поняла, что сейчас начнется разговор, которого я так боялась. Я знала, что отец будет ругать меня за мои поступки, и сердце мое учащенно билось в ожидании неизбежного выговора. Как только мы вошли в другую комнату, я сразу попыталась заговорить: - Папа, я всё тебе объясню...Но отец жестом остановил меня, показывая, что хочет сам высказаться. Он начал нервно расхаживать по комнате, и его лицо выражало смесь злости и беспокойства.- Я очень зол на тебя, Далия, - начал он, останавливаясь прямо передо мной. - Как ты могла так глупо поступить? Ты прекрасно знаешь, что даже самые опытные охотники никогда не выходят за стену в одиночку. Ты подвергла себя огромной опасности!Его голос звучал строго, но в глубине его глаз я видела беспокойство. Отец продолжал:- Я очень в тебе разочарован. Ты понимаешь, что могло случиться? Что, если бы ты не вернулась?Я молчала, не зная, что сказать. Всё, что я могла делать, это сидеть и принимать его слова. Внутри меня боролись чувство вины и желание защитить свой поступок. Отец сделал ещё несколько шагов по комнате, прежде чем остановиться и взглянуть на меня. Его выражение смягчилось, и он добавил: - Но я горжусь тобой, Далия. Ты спасла жизнь этому парню.Услышав эти слова, я почувствовала, как на лице появляется робкая улыбка. - Спасибо, папа, - тихо ответила я. Отец тяжело вздохнул и сел в кресло, потерев ладонями лицо. - Но как он выживал за стеной один всё это время? - задумчиво произнёс он. - Когда он придёт в себя, надо узнать, откуда он. Я присела рядом с отцом, чувствуя облегчение от того, что он понял важность моего поступка. Теперь предстояло разобраться в загадочной истории Рейна.