строек были разрушены, стены обрушились, крыши провалились, окна зияли пустотой. Лишь несколько домов, включая мой собственный, чудом сохранились относительно целыми. Значит, сегодня я смогу спать в своей постели, а не на грудах обломков, как некоторые жители поселения. Но мой дом не был таким пустым, как раньше. Отец, верный своему долгу защитника и хозяина, приютил к нам несколько семей, чьи жилища были полностью разрушены. Люди разместились в комнатах, предназначенных для хранения вещей, и даже в сарае, импровизированно обустроенном для сна. Я встала с земли, стряхнула пыль с колен и направилась к ближайшему разрушенному зданию. Жители уже вовсю занимались разбором завалов, перенося кирпичи, доски и обломки мебели в специальные зоны сбора строительного материала. Мужчины орудовали лопатами и кирками, женщины сортировали пригодные для использования предметы, а дети носили воду и еду работающим взрослым. Я разбирала завалы, поднимая тяжёлые кирпичи и доски, перемещая мусор и обломки на отведённые площадки. Работая, я думала о Кае, о тех моментах, что мы проводили вместе. Вспоминала его весёлые шутки, яркие улыбки, его сильную руку, поддерживающую меня в трудные минуты. Злость росла, словно пожар, сжигая остатки самоконтроля. Я думала о том, как несправедливо оборвалась его жизнь, как несправедливо то, что оборотни сумели разрушить наши дома и забрать лучших из нас. Каждая следующая плита, каждый кирпич, которые я поднимала, словно символизировали нашу общую борьбу, наше желание восстановить справедливость и наказать врагов. Из раздумий меня вырвал голос:- Как ты?Тряхнув головой, я увидела лекаря, который внимательно смотрел на меня. Его взгляд был спокойным и участливым, словно он понимал, что я переживаю.- Сложно сказать, - ответила я, стараясь сдержать эмоции.- Пойдём со мной, - сказал мужчина и повёл меня к своему дому. Я медленно шла за ним, чувствуя, как усталость и напряжение оставляют своё влияние на теле. Зайдя в его дом, я увидела множество бутылочек и баночек с лекарствами, но тут же заметила, что шкаф, где хранились запасы, почти пустой. Все средства были использованы после нападения оборотней.- Присядь, - сказал лекарь, указывая на стул. Мужчина открыл ящик своего стола и осторожно вынул оттуда небольшой предмет, завернутый в мягкую ткань. Осторожно раскрыв ткань, он извлек амулет, который когда-то висел на шее Кая. Амулет был сделан из металла, украшен простым орнаментом, но для меня он имел огромное значение.- Кай просил передать тебе это, - сказал лекарь, протягивая амулет. Я взяла его дрожащими руками, чувствуя, как внутри меня поднимается волна эмоций. Этот амулет был свидетелем множества наших совместных разговоров, памятником временам, когда мы были счастливы. Прикоснувшись к нему, я ощутила связь с прошлым, с тем временем, когда Кай был жив. Амулет был теплым на ощупь, словно сохранил тепло его тела. Я прижала его к груди, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. Горечь утраты затопила меня, и я сказала:- Я должна была быть рядом.Эти слова вырвались из глубины сердца, и от слёз комната вокруг заплыла. Не сдерживая эмоций, я зарыдала. Слёзы текли по щекам, оставляя солёные дорожки, а плечи сотрясались от рыданий. Лекарь, заметив моё состояние, тихо встал и отправился в кухню. Он вернулся, держа в руках стакан с жидкостью зеленовато-жёлтого цвета. - Выпейте это. - сказал он, протянув его мне. Я взяла стакан обеими руками, чувствуя, как тепло напитка согревает пальцы. Поднеся его к губам, я почувствовала резкий травяной запах, словно смесь тысяч разных растений. Первый глоток обжёг горло, но затем тепло распространилось по телу, постепенно расслабляя мышцы. Я сделала ещё один глоток, и комната вокруг стала казаться менее мутной, а дыхание выровнялось. - Кай защищал детей, но получил серьезное ранение. Он прожил еще несколько часов, и перед смертью попросил отдать тебе этот амулет. - сказал мужчина, увидев, что я немного успокоилась. Я сжала амулет в руке еще сильнее, словно желая прикоснуться к Каю, почувствовать его тепло. - Спасибо, что были с ним, - сказала я, вставая со стула. - Мне пора. Сделав последний глоток из стакана, я поставила его на стол и направилась к выходу. По дороге к двери я натянула амулет Кая себе на шею. Металл был прохладным на ощупь, но он сразу согрелся от тепла моего тела. Я искала глазами отца среди жителей, которые разбирали завалы. Среди хаоса и шума я наконец увидела его. Отец стоял рядом с группой охотников, которые руководили работой. - Где похоронен Кай? - спросила я, подойдя ближе. Отец тяжело вздохнул и посмотрел на меня, его взгляд был полон усталости. - Давай не сейчас, - ответил он. Но я не собиралась отступать, сердце билось так сильно, что казалось, его стук слышат все вокруг.- Мне надо сейчас, - повысила я голос, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. Отец, поняв, что уговоры не помогут, махнул рукой одному из охотников.- Адам, проводи её, - сказал он, посмотрев на юношу. Охотник кивнул и двинулся к выходу из поселения. Я последовала за ним, чувствуя, как ноги становятся ватными, а сердце сжимается от предвкушения встречи с могилой друга. Охотников традиционно хоронили на специальной территории, расположенной за пределами поселения. Традиция предписывала отдельное захоронение для воинов, погибших в боях, и здесь, среди деревьев и цветов, покоились герои, защищавшие своих близких. Наконец Адам привел меня к могиле. Увидев имя Кая на деревянной табличке, я рухнула на колени, не в силах сдержать слёзы. Имя, написанное грубыми буквами, было последним напоминанием о человеке, которого я потеряла.- Оставь меня, - тихо сказала я, обращаясь к охотнику. Тот, не задавая лишних вопросов, молча кивнул и ушёл. Я дрожащими пальцами провела по деревянной табличке, чувствуя шероховатость доски. - Мне жаль, прости меня, прости, что меня не было рядом. - сказала я, чувствуя, как слёзы неудержимо текли по щекам. Эти слова были наполнены чувством вины, словно я могла предотвратить его смерть, если бы оставалась в поселении. Я потеряла счёт времени, погружённая в воспоминания и слёзы. Очнулась я только тогда, когда заметила, что начало темнеть. Небо окрасилось багрянцем, и первые звезды начали появляться на горизонте. Почувствовав внутреннюю пустоту и непоколебимую решимость, я достала из-за пояса нож. Клинок блестел в последних лучах солнца, словно отражая мои чувства. Сжав рукоять, я осторожно разрезала палец левой руки, и алая кровь выступила на коже. - Я обещаю, что отомщу за тебя, - прошептала я, глядя на могилу. Капли крови падали на землю, словно скрепляя обещание, которое я дала. В этот момент я почувствовала, как боль и гнев переплавляются в твердую решимость. Я больше не была той беспомощной девушкой, которая стояла здесь, оплакивая погибшего друга. Теперь я была связана обещанием, которое должна была исполнить. Я побрела к поселению, видя вдали огни, которые зажгли жители. Они продолжали работать, несмотря на наступившую темноту. Я чувствовала, что внутри меня что-то сломалось. Исчезла жалость к оборотням, исчезли сомнения и страхи. Теперь во мне осталось только одно желание - истребить их всех, отомстить за Кая и за всех, кто погиб в результате их нападения.