Милослава кивнула, но на душе было тревожно. Яромила была не просто злой - она была опасной.
***
Вечером, помогая на кухне, Милослава заметила, как Берегиня украдкой заворачивает хлеб и кусок мяса в чистую тряпицу. Заметив взгляд Милославы, старая женщина сердито нахмурилась, но прижала палец к губам. Некоторое время она растерянно переводила взгляд с дверей на новую служанку, как пойманный на месте преступления воришка. Но после, видно, всё же решилась довериться новенькой.
-Для беженцев это. - быстро шепнула она. - Там точно пара ртов голодных найдётся. Не выдашь?
- Конечно, нет,- так же тихо ответила Милослава. Голодающих она видела, и всем сердцем помочь чаяла. Вдвоем с Ладой они даже остатки ужинов тайком относили на площадь, отдавая им. Узнал бы то Хотен- убил бы на месте. О его скупости да жадности впору легенды слагать было. Вот и еды даже остатки такой он бы нашёл, куда пристроить. Может, и на новые блюда пустить вздумал. Так что, как говорила Лада, они не только беженцам помогают - и трактира гостям ещё.
- Яромила обнаглела с властью, что князя перина даёт- не позволяет никому помогать, - пояснила Берегиня.- Говорит, князь против. Только я лучше князя знаю... Не злой он, просто...- она осеклась и тяжело вздохнула.- Тяжело ему. Да ещё и вокруг него точно во́роны чёрные слетелись...
- Я тоже хочу помочь,- решительно сказала Милослава.
Берегиня улыбнулась морщинистыми губами:
- Знала, что ты добрая душа. Приходи завтра на рассвете. Я соберу ещё немного, да вместе отнесём еду тем, кто в ней нуждается.
За дверью послышались шаги и громкий голос Яромилы, раздающей указания служанкам. Берегиня быстро спрятала узелок с едой и взялась за поварёшку. Милослава склонилась над горшками, делая вид, что тщательно их моет.
"Чувствую, Яромила не оставит меня в покое", - подумала девушка. Но отступать она не собиралась. Если и суждено ей испытание, то она пройдёт его с честью. Добро оно ведь как ручеек - в реку большую превратиться может, коль постоянно делать. Грустно улыбнувшись, она подумала, что и сама Ладиной смелостью будто заразилась. Поздновато, конечно - лучше бы Хотена, борова старого, осадила тогда.
12. Помощь
Серые рассветные сумерки окутывали крепостные стены, когда Милослава с Берегиней выехали за ворота княжеского подворья. Телега поскрипывала, а два воя-охранника молча восседали на своих лошадях по бокам их повозки. Позади них примостилась старая Фёкла, угрюмо глядя перед собой и ни с кем не заговаривая. Милослава если и удивилась тому, кого главная по княжьему хозяйству с собой взяла, то виду не подала - ей виднее. Раз Фёклу взяла- значит, безопаснее всего с ней им.
Сама же Берегиня, оглядевшись по сторонам да убедившись, что воям не будут слышны их разговоры, покосилась на Милославу:
- Я сказала, что за покупками еду, - проговорила она негромко, - И что взяла тебя помочь с корзинами да свертками. А то не отпустили б нас. Князь нынче настроения дурного. А вои эти - она кивнула в сторону стражников- Ребята добрые, не впервой помогают. Но, ежели что, просили подтвердить, что сами мы всё, они не ведали. Так что...- развела она руками- Коль правда наружу выйдет, о них ни слова.
Милослава кивнула, поправляя платок на волосах. Утренний ветерок холодил лицо, но душа её была исполнена тревоги и волнения.
- Ты ведь и раньше так делала?- спросила девушка тихо.
Берегиня только вздохнула:
- Прошлые разы оно проще было. А нынче с каждым днём всё хуже.
Город, расположенный у подножия княжеской двора, просыпался медленно. Но чем ближе они подъезжали к торговой площади, тем больше людей встречали. Только сейчас это были не торговцы и не ремесленники. У края рыночной площади, прямо под открытым небом, сбились в большую группу люди. Оборванные, грязные, с потухшими глазами. Первыми заполняли они площадь в надежде на то, что в этот день найдут себе хоть какое-то служение, работу аль, если небеса сжалятся над ними, попадут к кому домой работниками.
- Беженцы, - прошептала Милослава грустно.- Сколько ж их...
- С каждым днём всё больше,- ответила Берегиня, натягивая поводья.- С восточных деревень теперь почти все уже ушли. Там Мрак всё поглотил.
Телега остановилась, и Милослава увидела ближе эти измождённые лица. Мужчины с запавшими щеками, женщины, прижимающие к груди младенцев, старики, опирающиеся на палки, дети с глазами не по годам взрослыми. Их было человек сорок или пятьдесят - грязные, в разорванной одежде, с пустыми глазами. У некоторых виднелись повязки на руках и ногах, запекшаяся кровь на них чернела. На лицах всех был страх, но ещё и надежда изредка мелькала во взглядах некоторых.