Но волк молчал, загнанный в глубины его существа древними рунами, покрывавшими тело князя - невидимые для других, они горели на его коже холодным огнем. Колдуны по велению отцу нанесли их много лет назад, боясь силы, что таилась в сыне с самого его рождения.
"Если бы только Милослава была рядом," - подумал князь, и горечь защемила сердце. Его зверь, ещё слабый, пробуждался лишь рядом с ней, и никакие руны сдержать не могли.
Оставить её в городе было его решением. Когда она ночью, перед самым рассветом, стояла перед ним, глаза полные слез и решимости, говорила, что поедет с ним, что её место рядом - он почти сдался. Почти согласился взяться с собой. Рядом с ней волчья суть обретала силу, словно связь между ними питала древнюю магию в его крови. Поэтому сердце схитрило, воззвав к разуму.
Но образ мёртвых тел людей из деревень, разорванных тварями тьмы, резковстали перед глазами. Он не мог рисковать ею. Только не ей.
- Князь, - тихо окликнул его Ярополк- если позволите, лучше бы нам остановиться до рассвета. Ночью твари сильнее.
Милош кивнул, тяжело слезая с коня.
- Разбиваем лагерь,- приказал он. - Костры большие, дозор тройной. На рассвете войдём в Липовку, а оттуда до чащи рукой подать.
Когда лагерь был разбит, и воины расселись вокруг костров, Милош отошел к кромке леса. Лунный свет серебрил траву у его ног. Князь снял верхнюю рубаху, обнажая грудь, покрытую бледными, едва заметными линиями рун.
- Я знаю, что ты там,- прошептал он, глядя вдаль, в непроглядную глубину леса. - Я чувствую тебя.
Он закрыл глаза, вспоминая. Тепло Милославы. Её руки, касающиеся его шрамов. Её глаза, полные любви, не страха, когда он впервые показал ей свою истинную природу. И что-то внутри шевельнулось- не покорно, но с интересом.
"Она верит в меня," - думал Милош. - "Верно, она единственная знает, что я могу быть и человеком, и зверем, не теряя себя."
В ту ночь, впервые за много дней, ему приснился лес не как место страха, но как дом, которого он никогда не знал. Словно лес всё это время ждал его, и теперь готов встречать словно родное дитя.
***
В городе Милослава сидела у окна, глядя в ту сторону, куда уехал князь. Тревога не отпускала её сердце. Она перебирала в памяти страницы древних книг, которые успела изучить в библиотеке- записи о Хранителях Равновесия, об избранных, чьё предназначение было жить между мирами людей и леса, сдерживая тьму.
"Он должен был принять силу и не должен покидать лес,"- думала она. - "Вот почему твари стали . Равновесие нарушилось, сдерживать тьму стало некому."
Стук в дверь прервал её мысли.
- Госпожа,- служанка склонила голову,- Воевода Святослав просит вас пожаловать к нему. Говорит, дело срочное, касается князя.
Милослава нахмурилась. Святослав, правая рука Милоша, никогда не скрывал своего презрения к ней. Рыжебородый великан с холодными глазами - он всегда держался почтительно в присутствии князя, но она замечала взгляды, которые он бросал, когда думал, что никто не видит. А ещё злобу он затаил после того, как она рассказала князю про беженцев. Да и в своём отравлении виновной её считает. Страшно идти к нему, опасно. А выбора нет. В его руках- власть, в его словах- приказ. Вот и аккуратное переподнесённое служанкой " просит" на самом деле являлось ни чем иным как " велит". Просто слуги старались угодить новой Князевой полюбовнице. Хоть, сослаться можно на то, что Мстислав велел ей не выходить из покоев. Но, подумав, решила она не портить отношения с воеводой лишний раз- и без того подозревает он её, видно. Да ещё и о князе речь пойти должна. Может, узнал что про отравление? Да с неё груз подозрений снять желает?
- Передай, что я скоро буду, - ответила она, набрасывая шаль.
В покоях воеводы горел камин, отбрасывая рыжие отсветы на стены, украшенные оружием. Святослав поднялся ей навстречу, улыбаясь с неожиданной теплотой. Это заставило на мгновение замереть, задуматься, что же он замыслил? Аль, может, действительно примирения желает, но зачем ему мириться с очередной княжеской девкой, как все вокруг, и он, без сомнения, считает?
- Благодарю, что пришли, госпожа,- он указал на кресло у огня.- Прошу, присаживайтесь. Вино?
- Нет, благодарю, - Милослава осторожно опустилась на край кресла. - Вы хотели поговорить о князе?
Святослав кивнул, его большие руки сжали кубок.
- Да. Но прежде я хотел бы извиниться. Я был несправедлив к вам, - произнёс он, глядя в огонь. - Думал, вы очередная... прихоть князя. Как Яромила и другие до неё. Но я вижу, что ошибался. То, что между вами - настоящее. И за...- он замялся- То, что заточил вас, прошу простить. Думал, что князя убили. Как тут.... Не взъярится.- грубо, но зато честно.- Меня-то ладно, я - сошка мелкая. Но на князя покуситься...