В последнюю очередь Штефан позвонил Роберту в отель в Цюрихе. Соединение произошло так быстро, как будто Роберт сидел у телефона и ждал его звонка.
Похоже, так оно и было. Хотя Роберт уже довольно подробно знал о событиях вчерашнего дня, он заставил Штефана рассказать ему о том, что произошло, не упуская малейших деталей. Закончив свой рассказ, Штефан даже по телефону смог почувствовать, как обеспокоен Роберт, и представил, какое у него сейчас было, наверное, встревоженное лицо.
— Не нравится мне все это, — сказал Роберт. — Ох как не нравится! Я возвращаюсь во Франкфурт.
— С чего это вдруг? — спросил Штефан. — Только потому, что кто-то напал на эту женщину из Управления по делам молодежи?
— Потому что тебе и твоей жене, по-видимому, угрожает опасность, — резко ответил Роберт.
Ему хватило тактичности сказать «тебе и твоей жене», а не «тебе и моей сестре». Впрочем, формулировка не имела большого значения: Штефану и так было понятно, что на самом деле хотел сказать Роберт.
— Ты только не сгущай краски. — Штефан старался говорить спокойно. — В таком городе, как Франкфурт, на людей нападают прямо посреди улицы едва ли не каждый день.
— Ты и вправду такой придурковатый или только прикидываешься? — сердито спросил Роберт. — Неужели тебе непонятно, что тот полицейский, скорее всего, прав? И вполне возможно, что светловолосый парень либо почему-то решил на вас оторваться, либо его прислали забрать девочку.
— И чтобы это сделать, он напал на женщину из Управления по делам молодежи и постарался произвести как можно больше шуму? — Штефан рассмеялся. — Глупости!
— Может, и глупости. — Роберт выразил свое негодование тем, что громко фыркнул. — Но я лучше предприму что-нибудь еще до того, как Ребекка окажется в могиле. Я возвращаюсь завтра утром первым же самолетом. А ты поезжай в больницу и присмотри там за женой и дочерью.
«Это не моя дочь, черт тебя побери! — подумал Штефан. — И с какой стати ты опять мной командуешь?»
— А как же твои дела?
— Я могу их отложить, — ответил Роберт. — Это всего лишь бизнес. Если сделка сорвется, я заключу другую. Поезжай сейчас к Ребекке. Я постараюсь прислать вам кого-нибудь на подмогу. Да, кстати, поставь завтра утром БМВ у своего дома. Я кого-нибудь за ним пришлю.
— Да, конечно, — холодно сказал Штефан. — Что-нибудь еще?
Он почувствовал, как в нем нарастает леденящий душу, вот-вот готовый вырваться наружу гнев. Хотя Штефан уже давно знал Роберта, он никак не мог привыкнуть к его манере себя вести. Кем шурин, собственно говоря, себя считает по отношению к Штефану? Опекуном?
— Нет, больше ничего, — ответил Роберт. Затем его голос стал звучать более миролюбиво. — Извини, я не хотел тебя обидеть. Однако ты, похоже…
— Не в состоянии позаботиться о своей жене? — перебил его Штефан.
— …ты, похоже, не отдаешь себе отчета в том, с какими людьми нам, по-видимому, придется столкнуться, — невозмутимо продолжил Роберт. — Может, ты и прав и все произошедшее — лишь вереница неприятных совпадений. Однако, если есть хоть малейшая вероятность, что это не так, тебе, безусловно, следует быть начеку. А что об этом узнал тот полицейский?
Смена темы разговора охладила воинственное настроение Штефана — так, наверное, и было задумано Робертом. Теперь у Штефана не было повода сердиться и его гнев исчез так же быстро, как и возник.
— Ничего, — машинально ответил Штефан. — По крайней мере от меня. Впрочем, я не знаю, что ему рассказала Ребекка.
— Наверняка не больше, чем ты, — заявил Роберт. — Ну ладно! Обсудим все, когда я вернусь. Будь осторожнее.
Он положил трубку. Штефан несколько секунд смотрел на телефон, ожидая, что в его душе вновь вспыхнет гнев. Но он так этого и не дождался, хотя повод для гнева, конечно же, был: для него ведь было очевидно, что Роберт в который раз обошелся с ним весьма бесцеремонно. Роберт наверняка почувствовал, что Штефан разозлился, и решил эту проблему простым и не очень оригинальным способом: резко сменил тему разговора, а затем быстро попрощался и положил трубку.
Тем не менее Штефан так и не сумел по-настоящему разозлиться. Возможно, в глубине души он понимал, что Роберт прав — пожалуй, прав еще больше, чем мог предположить, — ведь Штефан не рассказал ему ни о том, что произошло сегодня утром, ни о двух визитерах со «странной» внешностью. Так или иначе, если была хоть малейшая вероятность того, что светловолосый парень — не просто какой-нибудь накачанный наркотиками панк, наугад подыскивающий себе жертву, а человек, присланный из неведомой, жуткой части мира по следам Штефана и Бекки, то они и впрямь должны быть начеку.