Штефан тоже выскочил в главный коридор. Обернувшись назад и увидев, что дверь позади него начала приоткрываться, он поднял пистолет и поспешно дважды выстрелил по двери.
Звуки выстрелов слились в единый грохот, болезненно ударивший по барабанным перепонкам Штефана и отозвавшийся эхом в пустом коридоре, а отдача так сильно дернула руку Штефана вверх, что он едва не выронил пистолет. Тем не менее он успел заметить, что как минимум один из его выстрелов достиг цели: из металлической двери высеклись искры. Если находившиеся за дверью парни имели хоть немного соображения, они, пожалуй, должны были на всякий случай подождать еще несколько секунд перед тем, как снова — и очень осторожно — попытаться открыть дверь. А эти секунды ох как нужны были сейчас Штефану и Ребекке.
Он бросился бежать. Ребекка уже была далеко впереди. Штефан поначалу подумал, что догонит ее за несколько секунд, однако страх, похоже, придал ей сверхчеловеческие силы. Кроме того, при прыжке с емкости Штефан поранился намного сильнее, чем ему сначала показалось: его нога теперь очень болела и он чувствовал, как по ней течет кровь. Поэтому ему лишь с большим трудом удалось догнать Ребекку. Несмотря на это, он показал ей жестами на бегу, чтобы она передала ему Еву. Ребекка отрицательно покачала головой и, пожалуй, была права: если преследователи станут их догонять, Штефану потребуются обе руки.
Штефан еще раз, уже не целясь, выстрелил на бегу через плечо и тут же услышал в ответ ругательство на русском языке. Однако, когда он оглянулся и посмотрел назад, коридор оказался пустым. Похоже, Штефан был прав, предположив, что русские действительно восприняли его как серьезного противника.
Ребекка, споткнувшись, на пару секунд снизила темп ходьбы. Она без труда удержалась на ногах и снова засеменила вперед, однако Штефан осознал, что она, по всей видимости, передвигается из последних сил и очень скоро эти силы полностью иссякнут. Если бы она вдруг упала, то уже вряд ли поднялась бы.
— Сюда! — Штефан наугад указал на одну из дверей по левой стороне коридора, и Ребекка послушно заковыляла в указанном направлении, не задумываясь над тем, что делает. Когда она скрылась за дверью, Штефан повернулся и поднял пистолет. Однако стрелять было все еще не в кого. Если русские и бросились за ними в погоню, то, очевидно, выбрали для этого другой путь.
Тем не менее он выстрелил еще раз, и это был уже четвертый выстрел. Правда, Штефан не имел ни малейшего представления о том, на сколько патронов рассчитан магазин этого пистолета и сколько их там изначально было. Он снова бросился вслед за Ребеккой, захлопывая за собой все двери, через которые они пробегали, чтобы преследователям пришлось их открывать. Быть может, от этих действий не было особого толку, но Штефан все же надеялся, что этим ему удается сэкономить столь ценные для них сейчас секунды.
Ребекка, шмыгнув в очередную дверь, вдруг остановилась и оперлась о стену. Она была смертельно-бледной и дрожала всем телом, но крепко держала Еву на руках. Дыхание у Ребекки было очень частым и прерывистым.
Штефан, пройдя вслед за Ребеккой в помещение, закрыл за собой дверь и, взглянув на нее, без особого удивления обнаружил, что и на этой двери не было замка. Наверное, во всем чертовом подземелье не было ни одного замка из соображений пожарной или какой-то там еще безопасности. Тяжело дыша, он огляделся по сторонам. Они сейчас находились в коридоре, который был таким низким, что Штефан мог в нем стоять лишь слегка пригнувшись. С левой стороны стена была скрыта под все теми же кабелями и трубами, а с правой стороны бетонная стена была влажной, в пятнах плесени. В этом коридоре не было ни дверей, ни ходов, если не считать узкой железной лестницы, видневшейся в метрах двадцати от них и ведущей куда-то наверх. В общем, было ясно, что они оказались в западне.
Штефан поискал глазами что-нибудь, чем можно было подпереть дверь, и, конечно же, ничего не нашел. Он мрачно кивнул в сторону лестницы в конце коридора. Ребекка ответила тоже кивком и, заковыляв вперед, чуть не уронила Еву. Штефан тут же протянул к ней руки, чтобы забрать девочку, и на этот раз Ребекка не стала упрямиться.
Лестница вела вертикально вверх и в конце узкого лаза упиралась в ржавую решетку. В помещении за ней было темно, а тусклое дежурное освещение коридора позволяло различить там лишь какие-то тени. Штефану оставалось только надеяться, что эта решетка не является гордым обладателем единственного на всем подземном этаже замка.