— Послушай… — неожиданно сказал Роберт. На его лице появилось отчасти задумчивое, отчасти недоверчивое выражение. — А что это он говорил по поводу того, что твою машину якобы взорвали?
— Что говорил, то и говорил, — ответил Штефан. — Кто-то засунул мне бомбу под капот. Не очень вежливый поступок, хотя и весьма впечатляющий. Да и зрелище было весьма эффектное.
— Но ведь ты на ней… — Роберт запнулся, когда наконец, видимо, понял, что на самом деле произошло. Он слегка побледнел.
Штефан мысленно рассмеялся, отметив, что он, по крайней мере, еще способен испытывать и другие чувства, а не только страх и недоверие. Это успокаивало.
Если его вообще могло хоть что-то успокоить.
Врач пробыл с Ребеккой и девочкой еще целых десять минут — достаточно долго для того, чтобы спокойствие Штефана переросло в озабоченность, а озабоченность — в нервозность. Выражение лица врача, спускающегося по лестнице, тоже отнюдь не успокоило Штефана. Врач выглядел утомленным, и его лицо было таким серьезным, что это дало дополнительную пищу уже разыгравшейся фантазии Штефана.
— Как дела у моей сестры? — спросил Роберт еще до того, как Штефан успел набрать в легкие воздух, чтобы задать примерно такой же вопрос.
Доктор Риманн сделал рукой жест, смысл которого можно было истолковать как угодно. Он спустился, часто и как-то нервно шагая, по лестнице, поставил свой портфель на письменный стол Роберта и лишь затем ответил:
— Хорошо. Во всяком случае, лучше, чем я ожидал после всего того, что вы мне рассказали. Она очень сильно истощена, однако это вполне поправимо. Для этого ей необходимы нескольких дней полного покоя и восстанавливающие препараты. — Тут он наконец посмотрел на Штефана. — Как фамилия лечащего врача вашей супруги?
— Профессор… — машинально начал Штефан, однако запнулся и вместо ответа сам задал вопрос: — А зачем вам нужна его фамилия?
— Потому что или он дурак, или дело в том, что между врачом и пациентом не сложились доверительные отношения, — ответил Риманн.
— Что вы имеете в виду? — спросил Роберт.
— Ваша сестра абсолютно здорова, — пояснил врач, однако тут же слегка поднял руки, показывая этим, что не стоит делать поспешных выводов. — С некоторыми оговорками, конечно. У меня здесь не было ни возможности, ни времени на ее тщательное обследование. Но я не увидел никаких ран. Точнее говоря, даже ни одной царапины.
— Вы уверены? — воскликнул Роберт.
Он и Штефан обменялись удивленными взглядами.
Действительно, Роберт ведь достаточно часто навещал Ребекку в клинике, чтобы не понаслышке знать о ее состоянии. Более того, он сам видел разорванную и пропитанную кровью ночную рубашку, в которой она совсем недавно приехала сюда.
— Нет, — язвительно ответил Риманн. — Я просто болтаю от нечего делать и вовсе не осматривал вашу сестру, а простоял десять минут у окна, радуясь, что вы мне заплатите приличную сумму за вызов на дом.
— Извините, — сказал Роберт. Он по-прежнему выглядел очень удивленным. — Я не хотел вас обидеть. Но дело в том, что…
— Ребекка была очень сильно ранена, — перебил его Штефан. — Я видел это собственными глазами.
Риманн возмущенно пожал плечами, как будто этот разговор сильно действовал ему на нервы. А может, он почему-то боялся вдаваться в подробности?
— Я могу говорить только о том, что я видел собственными глазами, — заявил он. — Вы говорили, что это были раны от укусов?
Штефан ничего подобного не говорил, но, по всей видимости, Роберт еще раньше ввел врача в курс дела. А потому Штефан кивнул.
— Иногда раны на первый взгляд кажутся более ужасными, чем они есть на самом деле, — сказал Риманн и снова пожал плечами. — Возможно, мой коллега сотворил настоящее чудо… Не знаю! Возможно…
— Возможно — что? — спросил Штефан, так и не дождавшись, когда врач скажет что-нибудь еще.
Риманн секунду молча смотрел на Штефана, а затем решительно покачал головой.
— Мне больше нечего вам сказать по этому поводу! А как ваши дела? Вам тоже нужна медицинская помощь?
— Не больше, чем Ребекке, — ответил Штефан. — Несколько часов сна — и я буду в норме. Прошедший день был очень… напряженным.
— И для меня тоже, — сказал Риманн. Он повернулся к Роберту и одновременно взял со стола свой портфель. — Я вам еще нужен? Уже довольно поздно.
— Нет, — ответил Роберт. — Спасибо, что вы согласились прийти в такое позднее время.
Риманн ушел. Точнее, говоря, он не просто ушел — его уход показался Штефану бегством, хотя врач не слишком торопился.