Но этот человек, широко расставив ноги и держа оружие обеими руками, уже целился в волка с необычайным хладнокровием. Прогремел выстрел. В тот самый миг, когда прыгнувшего волка отделял от человека всего лишь метр, пуля ударила в волка и отбросила его назад, на дно бассейна.
Между первым и третьим выстрелом прошло чуть больше секунды.
И тут Штефан узнал этого так неожиданно появившегося человека — это был светловолосый спутник Уайта. Тот самый парень, с которым Штефан столкнулся в больнице.
— Чего вы, черт возьми, ждете? — крикнул светловолосый. — Когда они придут в себя?
Его слова заставили Штефана выйти из оцепенения. Ни Соня, ни два волка не были убиты. Штефан даже сомневался, что их вообще можно было убить. И у него не было ни малейшего желания узнать, сколько им потребуется времени, чтобы оправиться от пулевых ранений.
Он резко повернулся к Ребекке и увидел, что она тщетно пытается выбраться из-под Сони. Ей это не удавалось сделать, потому что обе ее руки были заняты Евой. Штефан ухватил за плечи девушку-волка и оттащил ее окаменевшее тело от Ребекки. При этом его охватило какое-то жуткое, тошнотворное чувство: в теле Сони что-то происходило. Если не считать ужасной раны в том месте, где пуля вышла из ее спины, в теле Сони вроде бы ничего не изменилось. Однако оно казалось каким-то неестественным. По-видимому, в ней начался ужасный процесс превращения в волка, и Штефану отнюдь не хотелось дожидаться завершения этого процесса.
Он довольно грубо схватил Ребекку за плечи и толкнул ее вперед. До лестницы было метров двадцать — расстояние, казавшееся сейчас просто невероятно огромным. На полпути они прошли мимо волка, сбитого с ног выстрелом. Тот уже начал шевелиться. Его бок представлял собой огромную кровоточащую рану. Тем не менее он гневно оскалил на них зубы и попытался подняться на еще не подчиняющихся ему лапах. Это ему так и не удалось, хотя его рана заживала с поразительной быстротой.
Штефан попытался, подталкивая Ребекку, заставить ее идти еще быстрее, но тут же понял, что она может потерять равновесие и упасть. Им сейчас была дорога каждая секунда. Когда они наконец стали подниматься по лестнице, Штефан так и не решился посмотреть назад, хотя, как ему показалось, он уже слышал жуткие звуки, сопровождающие превращение Сони из человека в волка.
Человек Уайта подошел к лестнице, переложил пистолет из правой руки в левую и, наклонившись, свободной рукой грубо схватил Ребекку и одним рывком буквально выволок ее с середины лестницы наверх. Штефан хотел возмутиться, но передумал: позади них раздались звуки, в которых чувствовалось уже больше гнева, чем боли.
Американец еще раз выстрелил куда-то вниз, в темноту, резко повернулся и грубо толкнул Штефана в спину. Штефан споткнулся, сделал два или три неверных шага, отчаянно пытаясь сохранить равновесие, и наверняка упал бы, если бы американец молниеносно не догнал его и, схватив за рукав, не дал упасть и потащил за собой.
Они со всех ног кинулись через сад к дому. Теперь уже и с этой стороны дома горели все лампы, ярко освещая все вокруг. Входная дверь была раскрыта настежь. Штефан увидел людей, двигавшихся перед дверью и за ней. Слышались чьи-то крики.
Но и позади них отнюдь не было тихо. Первый раненый волк перестал скулить, послышалось его гневное рычание. Штефан почувствовал, что хищник бросился вдогонку. Он несся так быстро, что казалось, будто он гонит впереди себя горячую воздушную волну.
Подбегая к дому, Штефан увидел, что кроме Вестманна у входа в дом собрались уже все: Роберт, его второй охранник, Уайт и, конечно же, Дорн, который, как и остальные, держал в руках пистолет. Ребекка проскочила между Уайтом и полицейским и тут же чуть не сбила с ног своего брата, который хотел заключить ее в объятия, однако явно не рассчитал инерцию ее движения. Штефан тоже хотел проскочить между Уайтом и Дорном, но человек Уайта неожиданно так сильно толкнул Штефана в спину, что тот невольно оступился и с размаху врезался в застекленную посередине дверь. Стекло с громким треском разлетелось на кусочки, и один из его осколков больно резанул Штефана по щеке. Штефан ввалился через выбитое стекло в дом и, упав и тут же перевернувшись на спину, увидел, что светловолосый американец резко обернулся, бросил взгляд в сторону сада и вскинул руку с пистолетом.