Орест сжал губы. Значит можно исключить теорию, что они не знали, что Бран оборотень. Это плохо, Дрегики — это воины короля. Они ходят под его началом. Потому конфликта не избежать.
— И что? Ты не мог вырваться? — вмешался король. — С пробитой ногой нет, — сказал Гаспар. — Ранения тяжелые, и их наносили со сознанием о самых уязвимых местах Брана. Они ломали его кости, но не делали раны, чтобы он не смог сбежать. — Не приди брат на помощь… — вздохнул Бран. — По его версии они ушли как только увидели его в форме волка, — задумчиво произнес Фалберт. — Они оставили его как предупреждение. Как я оставлял предупреждения отступникам, — нахмурил брови Альфа. — Ты думаешь они в этом замешаны? Может отступники стали вербовать людей, зная, что мы не можем их убивать? — Может быть, — ответил Орест отцу. — Как выглядит их лагерь? — вернулся к Брану. — Как хорошо тренировочный лагерь, Альфа. Их тренировали. Людей там не меньше трех сотен. Их муштровали так же Дрегики, часовые на вышках, замаскированные разведчики на скрытых наблюдательных пунктах вокруг лагеря. Они основательно подошли. Ров, колья, но при этом замаскировали очень хорошо.
Орест сжал зубы. Все же король Ласен что-то готовил против них. Но зачем ему это? Его сын благоразумный политик, а сам самодержавец, до того параноидально боится импов, что потакает отцу в любой приходи, веря, что они защитят его от соседей. Орест посмотрел на отца.
— Я выдвигаюсь немедля, — вздохнул король. — Если Патр думает одурачить меня, то мы сделаем Ласен новым домом, — рыкнул он и вышел вон из палатки. Орест вздохнул. — Мне нужно, чтобы ты отметил сейчас на карте где лагерь, наблюдательные посты и вышки. Бран кивнул. — Да, Альфа. — Хорошо. Спасибо, что нашел их. Недавно меня и мою пару пытался убить видимо один из разведчиков, прячущийся в роще дерева Рух. Бран ту же догадался. — Умно. Там не учуять. — Да, потому мы срубили все эти деревья в окрестностях, — кивнул Орест, поднимаясь. — Отдыхай.
Пакара шла быстрым шагом, не замечая никого на пути, все больше погружаясь в странные ощущения, что вызвали слова Брана. Дракон его побери. Она приложила холодные кончики пальцев к ушам, чтобы хоть немного их охладить, потому что ей казалось, что они горели огнем. Гадство!
— Пакара? — окликнул ее кто-то сзади. Девушка вздрогнула и обрнулась, обнаружив Анес в сопровождении брата Брана. Его не хватало еще. — А… Да здравствуй. — От кого бежишь? — усмехнулся Урбан, осматривая невестку, отмечая бегающий взгляд и горящие щеки. Его взгляд настолько красноречиво говорил об знании, откуда она так бежала, что в Пакаре взыграла вредность. Она вся подобралась и с вызовом ответила ему: — Не от кого, а куда! Твоего брата допрашивают, а меня попросили убраться от мужских разговоров. — Это они тебя так смутили, — не унимал веселья Урбан, говоря это с полуулыбкой. — Пакара, — прервала их обмен любезностями Анес, — если хочешь, составь нам компанию. Альфа, — и они прервали на этом свой спор, — поручил мне проверить, все ли в его стае довольны, потому мы идем к казармам. Урбан с сомнением пострел на Анес. — Луна, я бось что это будет не безопасно. — Почему? — удивилась девушка. — Пакара еще не состоит в паре, больно ветреные на голову волки могут оскорбить ее. — Ну ты для того и со мной, что бы этого не допустить, — мило улыбнулась Луна. Ей будет внутреннее спокойнее, если Пакара пойдет с ними. — Да, но… Пакара усмехнулась. Ах, так Урбан боится, что она может ему устроить неприятности. Ну что же… — Я хочу с вами! Устала видеть только палатку Гаспара! Хочу увидеть всю стаю целиком! Урбан бросил на нее взгляд и вздохнул, прикрыв глаза, возводя мысленную молитвы Инагри о терпении. — Хорошо. Идем все вместе. Пакара победно улыбнулась и увязалась за ним, но быстро нагнала Анес, беря ее под локоть. Луна по-доброму улыбнулась девушке, радуясь, что все происходящее не угнетает девочку. Она ощущала некую ответственность за Пакару и желание, чтобы она всенепременно осталась. Анес хотелось, чтобы хоть с кем-то могла разговаривать на одни темы. Одной ей будет туго. Всегда было. Анес внутри выла от одиночества и отчаяния, когда жила с отцом. Шатры казармы, конечно, были более простыми. Они вмещали в себя около двадцати пяти волков. И сами воины были на лицо довольно молоды. Может, даже одного возраста с Пакарой. Вопреки переживаниям Урбана на Пакару никто не засматривался. Воины были слишком утомлены тренировкой, они подошли аккурат ко второму приему пищи. Анес внимательно смотрела на всех проходящих мимо и никак не могула решиться подойти к ним и задать вопросы, что сотый раз про себя повторяла. Она смотрела долго на группу из трех молодых волков, отдыхающих около костра, будто гипнотизируя их.