— Орест, — отрезал он.
— Ч-что? — спросила она тихо, когда голос вернулся, как и мысли
— Мое имя Орест, — повторил он. Она облизнула губы, мысленно произнося его имя про себя… И оно ей нравилось, она-то думала, будет что-то грубое, некрасивое. Девушка кивнула. Ее имя он знает. Но пока не понимал, в какую игру играет волк. Имя, похвала, даже воду дал. Может как зверька хочет приманить глупую.
— Я ненадолго должен отлучиться, ты ни при каких обстоятельствах не должна выходить из шатра. Ты поняла меня? Ни при каких! — строго сказал он. Девушка кивнула и вся сжалась. Тут его рука мягко убрала с лица светлые кудряшки, и вновь в янтарных глазах вспыхнул огонь желания, что Анес самой стало жарко. Потом он резко вышел из помещения.
— Ох… — выдохнула она и так и осела на пол. Ноги совсем не держали. Боже, хоть немного передышки, без него. Она закрыла глаза и наклонилась вперед, прижавшись лбом к шерсти
— О, Смотрящий, за что же мне все это… — тихо сказала она… Через несколько секунд поднялась. Первое, что сделала Анес, это умылась водой из чаши. Это немного взбудоражило ее и заставило прийти в себя. Сложила руки в ладошки и стала пить воду, пока не заболел живот. Сама не знала зачем, может ей поможет справиться с спазмом от страха в животе? Не помогало.
Ей нужно успокоиться, нужно мыслить холодно и здраво… Анес присела на мягкую кровать и потерла виски. Что бы сказать такого, чтобы он… ну, не притронулся… Болезнь? А если он приведёт лекаря? И за обман ей будет только хуже… Проклятие от ведьмы? Выдумать мол : «любой твой любовник умрет как только прикоснется к тебе» или что-то в этом духе. Глупо! Он сам владеет магией! Проклятье! Еще там, на площади, бы учуял! Тогда что? Притвориться слабоумной? Ну да! Приходит, а она тут дурочку из себя строить, по полу валяется и с яблоком разговаривает! Блеск! Что у тебя в голове, Анес? Может и вправду солома, как говорит отец?
Но Альфа ждать, пока Анес придумает план, не стал, вошел в шатер вместе с холодным ветром. Анес вся как стрела вытянулась и подскочила с постели. Орест также спокойно осмотрел ее и стал снимать жилетку. О, Смотрящий! Нет! Нет….
Волк поднял на нее взгляд исподлобья, пока снимал сапоги, но, что странно, ничего не говорил.
— Сними с себя эти лохмотья и ляг на кровать, — сказал он чуть рычащим тоном, пока умывался.
Анес пронзил холод, и хотелось наоборот укутаться в эти меха и спрятаться. Она стала отходить и качать головой, волк же невозмутимо сказал, пока вытирал руки и лицо:
— Лучше тебе сделать это самой, потому что, если я примусь за это дело, то могу нечаянно ранить. Давай не будем проверять, где кончается грань моего самообладания, ладно? — сказал он, выжидающе смотря на Анес.
Та часто дышала и дрожала. Раздеваться перед незнакомым мужчиной для того, чтобы он потом ее просто использовал. Но она понимала, что будет хуже, и это «нечаянно ранит» обернется для нее очень трагично.
Она опустила глаза и стала снимать платье, ловя себя на том, что горячие слезы бегут по щекам. Тут же Орест оказался рядом и тыльной стороной ладони стер слезу.
— Почему ты плачешь? — спросил он таким же спокойным голосом.
«Какой глупый вопрос…» - нервно про себя хмыкнула девушка
— Потому что мне страшно, — сухо сказала она, стараясь чтобы голос не дрогнул. Орест молчал, а потом вдруг поднял ее на руки и уложил на кровать.
— Ты не должна меня бояться, — покачал головой он, нависая над Анес, и его взгляд будто коснулся каждого сантиметра ее тела. — Я никогда не сделаю тебе больно, Анес, — так же тихо сказал Орест, поднимая на нее пылающий взгляд.
В это слабо верилось. Она все равно сжалась калачиком, чтобы скрыть себя, и слезы снова пробили ее стену…
-Я не хочу…. Не хочу… Не надо, пожалуйста, не надо…- тихо говорила она, и мурашки пробежали по всей коже, когда губы Ореста стали целовать ее плечо: нежно, трепетно, будто пробуя на вкус. Анес тихо ахнула, от того что эти ощущения стали разжигать в ней что-то большее… Что-то жаркое, что лилось по венам словно лава, устремляясь вниз. Волк легко вернул ее на прежнее положение и сжал запястье над ее головой. Анес приоткрыла губы, внимательно смотря на него. В тот момент Анес казалось, что он самый прекрасный мужчина в мире, янтарные глаза смотрели на нее с неприкрытым вожделением и страстью. Этот взгляд прожигал все, зажигал, наполнял. Его полные губы были сжаты будто, он злился, но скорее это выглядело, будто он задумался…
Девушка облизнула уже свои губы и хотела что-то сказать, как негромкий рык сорвался с его губ, он в прямом смысле обрушился на Анес, в жестком подавляющем поцелуе. Девушка не успела сжать губы, поэтому язык Ореста исследовал ее рот, играл с ее языком. Губы жадно целовали и мяли ее губки, и в определенный момент, под таким натиском, она стала отвечать, сама не зная как, ибо никогда не целовалась прежде. Руки волка отпустили ее запястья, и стали ходить по голой коже, которая стала невероятно чувствительной к прикосновениям теплых рук, его бедра задвигались в весьма двусмысленном жесте.… И девушка ахнула, когда грубая кожа штанов, задела точку нервов между ее ног. Ох.…А это оказывается приятно.… Поймала себя она на этой мысли, и ей захотелось снова, она уже сама чуть приподняла бедра, чтоб вновь испытать это ощущение. Ее руки сами обвили его шею, сами притянули ближе, губы сами отвечали, и тело само выгибалось навстречу Оресту. Мозг ушел куда-то далеко и надолго, пока тело и инстинкты правили всем сознанием. Как же так? Он же.… Нехороший, он же попользуется ей как подстилкой и все! Но его руки были так ласковы, так прекрасны.