- Ты тронула моё... Причинила боль... Я такое не прощаю.
Резко хватаю её за подбородок, мучительно сдавливаю сильными пальцами бледную кожу, до синюшных отметин.
- Пожалуйста... Не надо...
Глубоко затягиваюсь в последний раз, лениво швыряю окурок в сторону.
- Надо, милая, надо..
Грубо толкаю её назад, она заваливается на спину. Медленно встаю на ноги, с широким оскалом на лице положительно киваю своим парням.
- Пламенный привет от Зубровой.
- Неееееет. Уйдите! Не трогайте меня!
Уголки моих губ дрогнули в злорадной усмешке.
- Кричи... Кричи, моя милая...
Насмешливо приподнял бровь и ядовито прохрипел.
- Развлекайтесь.
- Да ты хоть знаешь кто мой папа?! Он же тебя в порошок сотрёт!!
Сука неугомонная... Мои глаза наливаются опасным блеском.
- Хм... Если только встанет с того света.
Уверенно разворачиваюсь и выхожу из помещения, с наслаждением слушая истошные крики мерзкой потаскухи.
32 глава. Окончательный выбор.
ОТ ЛИЦА ЖЕНИ.
Около двух недель я провалялся в больнице, у меня было достаточно времени обдумать всё то дерьмо, что творится сейчас в моей жизни. Лежал в давящей тишине, странное чувство, чувствовать что ты никому не нужен в этой жизни. Всё надеялся что в один из таких дней ко мне придёт она... Но, Даша так и не появилась. Несколько раз брал телефон в руки и порывался набрать её номер, хотелось видеть её до ломоты костей. Стало невыносимо, без неё, всё же решился и набрал её номер, но абонент был недоступен. Впервые в своей жизни я стал волноваться не за себя, а за другого человека. Пересилив свою гордость, набрал Зуброву, мне было жизненно необходимо знать, что с Дашей всё в порядке... И вот итог этого разговора. Стою сейчас на пороге дома Зуброва, а промозглый, проливной дождь беспрерывно лупит по металической черепице. Словно вкопанный я стоял и прислушивался к этим оглушительным ударам звучных капель, не решаясь позвонить в дверь. Остервенело сжимаю руки в кулаки, болезненно впиваюсь пальцами в кожу. Обречёно прикрываю веки, делаю глубокий вдох и решившись, нажимаю на звонок. Стою в томительном ожидании, ощущаю как беспрерывно ебашит моё сердце. Казалась стою под этой металической дверью целую вечность, слышу щелчок дверного замка и на пороге с нескрываемым призрением появляется брат Даши.
- Не надеялся что снова тебя увижу, ошибся адресом, Казанцев?
Малой уверено прикрывает дверь и выходит на крыльцо дома, намеренно преграждая мне путь. С вызовом смотрит в мою сторону, достаёт из кармана пачку сигарет и прикуривает, демонстративно делает затяжку, выпуская облако дыма в мою сторону.
- Твой отец сам назначил мне встречу, поэтому, уйди с дороги.
- Верно... МОЙ…...
Делаю один опасный шаг навстречу, всё так же нагло смотрит на меня ядовитым взглядом. Хищно облизываю нижнюю губу. Уже хотел сам убрать мелкого с дороги, но он неожиданно отстраняется в сторону.
- Не чувствуй себя здесь как у себя дома.
Направляюсь ко входу, но в спину прилетает едкая фраза сопляка.
- Слышал, тебя поперли с органов…. Покровителя твоего больше нет... Интересно получается, правда? Мент, который сам себя закопал.
Облокачивается на перила лестницы, цинично смотрит и приподнимает одну бровь.
- Не напрягайся так, малой, кто знает, может нам ещё придётся стать одной семьёй.
Непринуждённо хмыкнул, говорю с откровенной иронией, чувствую как от моих слов малой напрягается.
- Дашка конечно наивная, но не дура, Казанцев, или ты думаешь что спасая ей жизнь, заслуживаешь прощение всего мира?
- Я не жду от неё прощения, самое главное, она жива.
- Ждёшь что я тебе в ноги упаду, за её спасение? Зря, поклонения не будет.
Процедил сквозь зубы и шумно вдохнул воздух носом, делая новую затяжку.
- Мы ещё с тобой подружимся, вот увидишь..
Малой сжал челюсть от негодования, резко бросает на бетонку сигарету и ботинком тушит окурок.
- В твоих мечтах, Андерсен хренов!
Бесится... Каждой фиброй души чувствую его ярость.
- Посмотрим... Вывезешь ли ты конкуренцию в лице Царёва.
Губы мелкого трогает довольная ухмылка. Хищно скалюсь, не свожу с него сурового лица, сунув руки в карманы, он проходит мимо меня, демонстративно задевая своим плечом, а потом вовсе исчезает в дверном проёме.
- Вот же, сучёныш мелкий!
Несмело переступаю порог дома, осматриваюсь по сторонам, так и веет теплотой и уютом, в голове проскакивает навязчивая мысль... А ведь могло бы быть всё иначе... Смотрю на стену, в деревянных фоторамках висят семейные снимки... Счастливые лица маленьких детей, малой совсем ещё мелкий, а Дашка постарше, в сердце остро кольнуло, печально усмехаюсь... А ведь здесь, на этих фотокарточках мог быть и я, сложись всё иначе. Не знаю сколько стоял и глазел на эти фото, но за спиной отчётливо уловил женский голос.