Именно тут Шейн впервые поцеловал меня…
От воспоминаний так больно стало, что я охнула и схватилась за сердце.
Как мог ты отказаться от меня? Как?
Мне едва хватило сил сделать последние шаги. Ноги были как ватные и отказывались идти, в груди мучительно клокотало.
Осторожно выглянув из-за угла, я увидела мужской силуэт возле окна.
Шейн и правда ждал меня. Оставил свою молодую жену и пришел. Ко мне.
Во рту пересохло. Я попыталась позвать его, но голос не слушался, и сухой, неповоротливый язык прилип к нёбу.
С трудом сделала еще один шаг и надсадно прошептала:
— Я пришла.
Он вздрогнул, будто не ожидал услышать мой голос и медленно обернулся. И в тот же миг боль раскаленным молотом обрушилась на мое сознание. Я даже вскрикнуть не успела, как темнота набросилась со всех сторон.
Пришла я в себя в темном неуютном помещении с низким. Было душно, пахло свечами и чем-то странным, сладким и в тоже время отталкивающим.
Кое-как сев, я прикоснулась к голове, ожидая нащупать рваную рану или по крайней мере шишку с кулак, но ничего не было. Болело где-то внутри, и когда я попыталась встать, накатила тошнота.
Не знаю, чем меня ударили, но в организме расплылась такая слабость, что ноги едва держали. Надо добраться до лазарета и попросить целебную настойку. Мисс Сирра, конечно, даст самую горькую и просроченную, от которой начнется несварение и сухость во рту, но совсем отказать не посмеет. Как-никак целительница, хоть и преданная моей мачехе.
Я выбралась из закутка и оказалась на узкой лестнице. Одна часть ее уходила наверх и тонула в жуткой темноте, другая по спирали спускалась глубже, и где-то там, внизу плясали неровные облики света.
Я не знала, что делать. Здравый смысл говорил, что надо подниматься, потому что выход где-то наверху, а страх гнал вниз, туда, где было светлее.
Стены и низкий потолок давили на меня. Внезапно показалось, что никого в этом мире больше нет. Только я и эта каменная тюрьма.
А потом наверху что-то скрипнуло. На миг по стене полоснул квадрат света, и раздалась уже знакомая музыка.
Я все еще в имении Родери?! Тогда что это за место? Я была уверена, что знаю замок, как свои пять пальцев, что мне известен каждый закуток и тайный проход. Но это… я понятия не имела, что под замком есть такие глубокие ходы.
Прятаться было некуда. Все, что я могла – это вернуться в закуток, в котором очнулась, но мне не хватило времени. Сверху спустилась Светлина, небрежно покачивая мотком веревки.
— Очнулась?
— Где Шейн?
— Шейн? — она расплылась в самодовольной ухмылке, — там, где и должен быть. Вернулся к своей жене.
Значит, ушел? Помог заманить меня и вернулся к Ханне?
— А ты думала, он просто так спустит тебе то, что посмела унизить перед всеми? То, что вынудила остаться с тобой, когда его ждала любимая? — В ее глазах полыхала одержимость, — он дракон, курица ты убогая, драконы такого не прощают.
— Я хочу уйти.
Светлина рассмеялась:
— Уйти? Никуда ты не уйдешь! И никакой Жрец больше тебе не поможет! Скажем ему, что ты сбежала, нарушив его приказ. Остаток жизни проведешь здесь, в подземелье! В клетке! Руки давай!
Она распустила хвост веревки, а я попятилась:
— Не приближайся.
— Да кто ж меня остановит, — голос звенел от злорадного торжества, — ты не представляешь, как давно я мечтала сделать это. Иди сюда.
Вместо этого я отступила. Шум в голове мешал сосредоточиться, слабость отвлекала, но если сейчас не оказать сопротивление, позволить себя связать… Я даже думать не хотела о том, чем все может закончиться.
Собрав остатки сил, я бросилась вниз по лестнице.
— А ну вернись! Мерзавка! — разъяренной змеей зашипела Светлина и кинулась следом за мной, — тебе все равно не скрыться!
И все же я попробую.
Я перескакивала через ступени, порой скользила по скругленным временем краям, и удерживалась только благодаря деревянному шершавому поручню вдоль стены.
Сердце надрывно гремело в висках, воздух со свистом вырывался из легких, а я все бежала.
На пути попадались площадки, то крошечные, так что втроем не разойтись, то размером с приличную комнату, иногда в бок уводили темные зловещие отростки, но я не совалась туда, ожидая очередную западню или тупик.
Пару раз Светлина настигала меня и пыталась ухватить за волосы, но коротко стриженные пряди выскальзывали из пальцев.
— Тебе все равно не уйти, — орала она, а потом срывалась на злой, полубезумный хохот, — ты сдохнешь в этом подземелье! Сдохнешь!