— Ищи нить.
Какую нить? Я не понимала…
— Нить, которая удержала тебя на поверхности. Ищи ее!
Мысли ускользали, я не понимала, чего от меня хотят.
— Ищи нить, связывающую тебя с источником силы! — голос становился все жестче, — ты уже использовала ее в прошлый раз.
Прошлый раз? Какой прошлый раз?
В голове обрывки воспоминаний: подземелье, свечи, кровавая жижа, коварно хлюпающая в центре каменной чаши, и чужой смех за спиной…
— Не смей сдаваться. Выжила тогда, выживешь и сейчас.
Холод и одновременная духота, скрип снега под ногами и яростное завывание вьюги…
— Ищи ее.
Маленькая избушка с темным потолком, старое, покрытое глубокими морщинами лицо Бри, тошнотворный аромат крови, витающий в воздухе…
— Ищи!
Паутина, окутывающая немощное тело старухи, переползающая на стол, стены, потолок. Холодная, звенящая, живая. Сплетенная из тысяч тончайших нитей…
Ослепнув от боли, я искала ту самую, о которой твердил неведомый голос.
Нащупала ее – тонкую, золотистую, идущую от моего сердца в темную мглу –ухватила, что есть мочи, и потянула на себя.
Один раз, второй, третий. Пока не почувствовала отклик с другой стороны.
Сначала неподатливо, а потом все сильнее и сильнее меня наполняли силы. Они хлынули по венам нескончаемым потоком, смывая боль и тьму, едва не поглотившую меня с головой.
Я снова могла дышать. Снова могла видеть и чувствовать. Я была жива!
Распахнув глаза, я обнаружила, что рядом со мной на коленях сидела Фрайя, а вокруг толпились остальные ведуньи. Их лица выглядели взволнованными, а в глазах плескался страх.
— Жива? — спросила главная.
— Жива, — я осторожно приподнялась, потом села. Вроде ничего не отвалилось.
— Где-нибудь болит?
— Нет.
Не поверив, Фрайя принялась меня щупать. Находила точки сосредоточения энергии, стучала кончиками пальцев по ребрам, слушая одной ей ведомое эхо. Даже веки, чтобы в глаза заглянуть, и то оттянула.
— Вроде цела, — настороженно согласилась и тут же снова встрепенулась, — Узнаешь меня? Остальных? Помнишь, где находишься?
Я кивнула:
— Все помню. Ничего не болит. Жива.
Среди ведуний прокатился облегченный выдох.
— Слава богам! Мы уж хотели замыкать круг силы, чтобы удержать тебя в мире живых и не отпустить к призракам.
Я была так тронута их искреннем беспокойством, что в носу засвербело:
— Спасибо вам. Я сделала как вы велели. Нашла нить…Но я не понимаю, что это такое. И не понимаю, почему мне стало так плохо. Ни с того, ни с сего.
Это вопрос меня очень волновал. Ведь если такое повториться, то кто даст гарантию, что мне снова удастся найти эту самую нить?
— Ты исчерпала свой резерв.
— Я же просто копала грядки…
— Дело не в грядках. И не в том, чем ты была занята в тот самый момент, — грустно улыбнулась Фрайя, — твои силы не врожденные, как у нас, а со стороны. Ты получила их от других, поэтому нет резерва на поддержание, нет внутреннего источника. Вдобавок они враждуют между собой, стремясь взять верх и перетянуть ресурсы на себя. Все это время они подтачивали тебя, забирая жизненную силу.
В полнейшем недоумении я уставилась на старшую ведунью, и тогда она, взяв меня за холодную руку, тихо пояснила:
— Прости, что не заметила этого раньше, и не поняла. На моем веку ни разу не было, чтобы к кому-то переходили чужие силы, вот и пропустила тревожные сигналы, — Фрайя горько поджала губы, — знаю, это не оправдание. Я должна была предвидеть и оградить тебя от этого, а я заставляла тренироваться. Вновь и вновь вынуждала делать то, что ты не должна.
В ее голосе звучало искреннее раскаяние, я же наоборот ни о чем не жалела:
— Я была рада нашим тренировкам. Мне очень нравилось заниматься.
Занятия наполняли души неимоверным ликованием и легкостью. Я была так счастлива в эти моменты, а теперь, оказывается, счастье подошло к концу?
Я замотала головой, отказываясь в это верить, тогда ведунья обхватила меня за плечи и, пристально посмотрев в глаза, произнесла:
— Линн, послушай меня очень внимательно. Тебе нужна подзарядка. Я не знаю, что ты сделала в прошлый раз, чтобы получить запас сил на все эти годы, но если хочешь жить, то тебе надо сделать это снова.
Там, где еще недавно полыхала боль, теперь расползалось онемение.
В отличие от главной ведуньи я прекрасно знала, что сделала в прошлый раз и почему выжила.
Я украла первую брачную ночь у сестры.
— Этот приступ первый, но не последний. Он будет возвращаться снова и снова, выматывая тебя и с каждым разом становясь все сильнее. Та ниточка, что сохранилась внутри тебя, не даст защиты и рано или поздно не выдержит. Ты не выдержишь… и тогда будет слишком поздно. То, что тебе досталось от ведьмы и от ведуньи погубит тебя.