— Но я не могу. Не хочу…
— Ты должна спасти себя. Никто другой этого не сделает.
— Может, есть какой-нибудь другой способ? — взмолилась я, — ритуалы? Амулеты? Заморские травы?
Фрайя только качала головой и грустно усмехалась:
— Нет, Линн. Таких способов не существует, — она погладила меня по пылающей щеке и ласково произнесла, — тебе пора покидать наш остров и возвращаться туда, где все началось.
Глава 11
В этот раз на нашу территорию прорвалось кровожадное племя костяных фьерров. Коренастые, коротконогие, с серыми спинами, покрытыми неровными наростами – они сливались с валунами, забросанными по склону.
Первого мы нашли случайно, когда, будучи в человечьих обличиях, проверяли тайные тропы на наличие новых следов. Эйс пнул кусок гранита, попавшийся под ногу, тот отлетел и со всего маха врезался в груду обломков. Только звук был не таким, когда камень о камень ударялся, а глухим и странным.
Мы переглянулись и, не проронив ни звука, взмыли в воздух. И как оказалось, весьма вовремя.
Спустя мгновение на то место, где мы только что стояли, обрушился шквал ядовитых дротиков.
Фьерры, были ближе к зверям, чем к людям, поэтому не отличались ни умом, ни мастерством. Из оружия у них были лишь костяные осколки, притянутые грубыми серыми волокнистыми нитями к деревянной ручке, да тростниковые трубки, через которые они ловко выдували иглы, пропитанные ядом.
Яд у них был забористый – с нашей стороны гряды такого не найти. Человек – отвалится сразу, парализованный на обе стороны. Если доза маленькая – очнется через несколько дней, если большая – будет умирать в тяжелых муках. Дракону проще, его тоже поведет, но хотя бы без последствий. Проспался – и в порядке.
Когда мы поднялись над землей их словно прорвало. Они хлынули ото всюду и галдели внизу, грозно размахивая кулаками в тщетной попытке добраться до нас.
Пришлось жечь и морозить. Много жечь. И много морозить!
Эти черти с каменной шкурой неплохо переносили огонь, да и к холоду оказались на редкость терпимы. Они сидели в своих укрытиях до последнего, пока либо кровь в жилах не леденела, либо паленым не начинало вонять. Тогда раздавались их вопли, больше похожие на звериные, а сами фьерры начинали метаться в безумных припадках, разбегаясь по сторонам, словно тараканы.
Нам приходилось вести одновременно две стены – огненную и ледяную, постепенно вытесняя их обратно к перевалу. Мы выкорчевывали их из пещер, из-под насыпей, из каждой маломальской трещины, в которую им удавалось забиться.
Пару раз я чувствовал, как по жестким пластинам на боках ударяются чужие дротики, пытаясь пробиться внутрь.
Когда последний из фьерров покинул нашу территорию, я опустился на землю, чтобы закрыть основные проломы, а Рейнер остался в воздухе и прикрывал меня, когда кто-то с той стороны предпринимал попытку прорваться обратно.
Дыр в защиет они наделали предостаточно. Блягодаря своей жеткой шкуре с шипами, Примитивное племя преуспело там, где не каждый маг справиться.
Я заполнял прорехи в защите единственной доступной мне магией – силой ледяного драконьего огня. Вливал ее щедро, не жалея, стремясь перекрыть даже самые мелкие выщерблины.
Затем, мы поменялись местами. Я поднялся в воздух, а Эйсан подпитал защиту и своим пламенем. Этого должно было хватить до визита магов, которые наполнят ее не только стихиями, но и ментальными чарами.
— Кажется, все…
После зачистки, ущелье напоминало пожарище – кругом пепел, сажа, прогоревший еще голый кустарник и ковры выжженной прошлогодней травы, местами встречающейся среди каменного раздолья.
Снова поднявшись в воздух, мы друг за другом мы сделали еще один круг над ущельем и близь лежавшими территориями. Иногда опускались так низко, что едва не задевали землю чешуйчатыми животами, иногда поднимались настолько высоко, что наши тени походили на крохотных черных жуков, ползущих по земле.
Убедившись в том, что все чисто, мы отправились в обратный путь. Покинули каменную гряду, похожую на гребень спящего дракона, обогнули озеро, уже начавшее избавляться от ледяных оков, пролетели над развилкой дорог. Одна из них уводила к тем горам, с которых мы только что вернулись, вторая – на запад, а третья тянулась на юг.
Именно она привлекла мое внимание. Захотелось опустить, обратиться человеком и пройти этот путь от и до, независимо от того, что ждало в конце.