— Странный запах? — проблеяла жена.
О, да, запах был. Дикая смесь каких-то сладких духов, приправленных странными травами. Каждый раз, как она к нам наведывалась, я отдавал слугам приказ все тщательно проветривать, потому что Барнетта жгла в своей комнате благовония якобы для изгнания злых духов. Сначала она и вовсе пыталась жечь это повсеместно – в гостиной, в холле, в моей библиотеке, и очень оскорбилась, когда я запретил ей это делать.
Она вообще много возмущалась. Например тем, что я не разрешил ей переехать вместе с дочерью. Она-то уже распланировала, как будет вести быт, как обустроится, а тут отказ. Мне даже в какой-то момент показалось, что она заявит, что я не имею права ей чего-то запрещать.
Не заявила. Хватило мозгов понять, что тогда в столицу вообще не сунется, и доченьку свою драгоценную будет видеть только когда та приедет в их родовой замок.
Следующий раз ее недовольство было по поводу того, что я запретил ей трогать своих слуг. Я их нанимал, я им платил, и служить они должны были мне. Та дурочка, которая попала под влияние Барнетты, вылетела в тот же миг, как посмела ослушаться моего приказа.
Поняв, что менять своего решения я не собирался, Ханна завела старую песню:
— Ты меня не любишь. Ты не разрешаешь мне видеться с мамочкой.
Первую часть ее стона я оставил без внимания:
— Никто не запрещает вам видеться. Ты всегда можешь отправиться в замок Родери. Хоть на день, хоть на месяц.
Хоть навсегда…
— Но я хочу показать ей столицу! — продолжала причитать жена, — Погулять по паркам, по магазинам. Есть столько мест, которые ей понравятся.
— Без проблем. Я дам адрес прекрасной гостиницы в центре. Пусть остановится там. Номер я оплачу.
— Шейн! Это неприлично! Отправлять маму в гостиницу, когда у нас такой большой дом…что скажут соседи?
— Соседям глубоко плевать на то, где она, кто она и чем занята.
Она снова дернулась, будто не могла поверить, что до ее матушки кому-то не было дела. Откуда вообще в ней такая уверенность в исключительности Барнетты?
— Как я ей об этом скажу?! Она обидится.
— Говори, как хочешь. Мой ответ не изменится. И если ты хочешь, чтобы я взял вас ОБЕИХ на прием к провидице, то больше не заводи разговоров на эту тему. Без крайней необходимости твоей матери не будет в нашем доме. Точка.
Обиженно откинув вилку в сторону, Ханна поднялась из-за стола и, сердито шелестя парчовыми юбками, ушла.
Остаток завтрака я провел в одиночестве, и не сказать, что меня это расстраивало. Я спокойно закончил с трапезой, собрался и отправился на службу, где меня уже поджидало послание от Арона.
Жду тебя вечером на обычном месте.
Он уже неделю отпаивал меня различными зельями и вливал своих целительских сил столько, что хватило бы на целую армию. Теперь пришло время проверять результат. Мы оба надеялись, что дракон уже пришел в себя. Может и полностью, но хотя бы перестанет при обороте биться в болезненной агонии.
С трудом дождавшись вечера, я снова отправился за город. Памятуя о прошлом неудачном опыте, я остановился чуть дальше от обрыва, чтобы в случае чего снова не скатиться в ледяную воду.
Вскоре приехал собранный строгий Арон. В этот раз с ним был саквояж, полный всяких коробочек и склянок:
— На тот случай, если придется оказывать дракону дополнительную помощь. Но я надеюсь, что этого не потребуется. Готов?
— Вроде как.
— Тогда приступим.
Я отошел на пару шагов назад и… ничего.
— Чего тянешь? Оборачивайся.
А у меня было такое потрясение, что не мог и слова сказать. Только стоял, как дурак, расставив руки, и хлопал глазами.
Арон нахмурился:
— В чем дело?
— Я не могу обернуться, — хрипло выдохнул я, — он отказывается выходить.
— Не время для шуток, — строго сказал Арон.
— Да какие шутки?!
Я снова обратился к своей драконьей сути. Вот же она, на месте, но не реагирует на мои призывы. Она будто была отдельно от меня, сама по себе. Я чувствовал, как между нами надсадно вибрировала непривычно тонкая связь.
Целитель подскочил ко мне и обхватил ладонями мою голову. Я почувствовал нестерпимый жар и то, как его силы хлестали по моим венам. Нить между мной и драконом перестала надрывно дрожать, но обернуться я все равно не смог.
— Больше не пытайся этого делать, понял? — Арон выглядел по настоящему взволнованным, — пока мы не выясним, что это за чертовщина – даже не суйся к своей второй ипостаси.
— Но…
— Не суйся! Иначе разорвешь связь и останешься без него.