Ждать пришлось долго. Я слонялась по главной аллее, несколько раз проходила мимо ворот, охраняемых молчаливыми стражами, то и дело смотрела на часы на высокой башне и вздыхала.
Несмотря на то, что в воздухе явно чувствовался привкус приближающейся весны, мне было холодно. Руки давно замерзли и покраснели, ног я не чувствовала, но эти мелочи меня не тревожили.
Вот вернусь на остров, там и отогреюсь. А пока, надо решить, что сказать дракону, когда он все-таки появится.
На улице уже начинало темнеть, когда я почувствовала, что он рядом. Не увидела, именно почувствовала. Сначала сдавило в груди, а потом обрадованное сердце пустилось вскачь, и против воли губы растянулись в подобие улыбке.
— Ненавижу…
За то, что заставлял испытывать эти ощущения. За то, что успел прорасти внутрь и даже годы, проведенные порознь, не искоренили эту связь. Ненавижу.
— Линн? — удивленно спросил он, подходя ближе, — что ты тут делаешь?
И не нашла ничего лучшего, чем сказать правду:
— Жду тебя.
Вот так просто, без придумок и хитрых ходов, неожиданно попав точно в цель. Шейн шумно выдохнул, и его морозный взгляд в одно мгновение стал хищным и жадным. Как когда-то давно, в другой жизни, когда мы еще не были врагами.
— Ждешь? — напряженно, тихо, проникновенно.
— Жду.
— Почему?
— Потому что соскучилась.
Не сейчас, не за один единственный день. Я скучала по нему все эти годы. Ненавидела и скучала. Презирала и скучала. Мечтала уничтожить, как он это сделал со мной, и скучала!
Проклятая Истинность! Лучше бы Барнетта забрала ее полностью, чем вот так.
— Я тоже скучал, — сказал он, подступая ближе, — идем?
Я даже не спросила куда. Просто кивнула, заранее соглашаясь на все:
— Идем.
Его ладонь нашла мою, и я не сопротивлялась, когда наши пальцы переплелись. Мои ледяные и его теплые. От простого прикосновения внутри екнуло, заломило так сладко и в то же время нестерпимо больно.
И метка под сердцем так остро: тюк-тюк-тюк. На разрыв.
Ненавижу…
Я ненавижу тебя дракон. И люблю.
Глава 18
Я сходил с ума.
Медленно, но верно погружался в безумие, из которого не хотелось возвращаться. В нем было хорошо, мучительно сладко и порой так остро, что сердце было готово выпрыгнуть из груди.
И все из-за девчонки, со светлыми, как зимнее небо глазами.
Рядом с ней хотелось жить и дышать, а все проблемы отходили на задний план. Опостылевшая капризная жена, на которую с каждым днем все сложнее было смотреть. Дракон, который так и не выходил, сколько бы лечебных зелий и целительных сил не вливал в меня Арон. Меркнувший кристалл в родовом каменном парке. Все казалось каким-то пустым и далеким. Неважным.
Головой я понимал, что так не должно быть, что так – неправильно, а вот сердцем… Сердце мое намертво приросло к Линн. Те вечерние часы, что мы проводили вместе, казались непростительно короткими. Они пролетали за миг, а потом наступала стылая бесконечность, которую я проводил дома, под недовольное ворчание Ханны. Или на службе, рассеянно выполняя то, что от меня требовали.
— Айсхарт, ты где вообще?! — спросил Эйс, когда в очередной раз я натолкнулся на него в коридоре.
— Что?
— Ну-ка, идем, — без особых церемоний он затолкал меня за первую попавшуюся дверь, — что с тобой?
А что со мной? Со мной все прекрасно. Тону и не делаю попыток выплыть.
Я рассеяно пожал плечами:
— Все хорошо.
— Думаешь, я не заметил, как ты то и дело таскаешься к Арону? Или что в последнее время тебя не отправляют ни на патрули, ни на зачистку?
Наверное, заметил. Наверное, даже не только он. Многие заметили. Порой мне казалось, что я слышал за спиной любопытные голоса, шепчущиеся обо мне, чувствовал чужие взгляды. И мне было все равно.
— Значит, в этом нет необходимости, — я попытался уйти, но Рейнер встал на пути.
— Твой дракон так и не поправился?
Я не стал врать лучшему другу. Пожалуй, он единственный мог понять каково это, когда чувствуешь себя беспомощным, и на том месте, где должна полыхать драконья сущность звучали лишь отголоски бескрайней холодной пустыни.
— Он не откликается.
— Ушел? — недоверчиво прошептал Эйс.
— Нет. Все еще со мной… Пока еще со мной.
— Что говорит Арон?
— Ничего. Ему не доводилось с таким сталкиваться, поэтому мы ждем Провидицу. Если она не скажет в чем дело, то… — я развел руками.
О том, что будет если Провидица окажется бессильной, не хотелось даже думать.
— Может, яд фьерров?
— Яд ни при чем. Это что-то другое, более серьезное. И…мой кристалл начал мутнеть, — нехотя признался я, — дракон угасает.