Хотя никакие это не пустяки.
Она не собиралась отпускать Шейна на волю ведь совсем скоро ей будет по силам присосаться и к нему. И хотела лично взглянуть, что там за девица такая рядом с ним нарисовалась. Наверняка непростая, раз как-то смогла меченного дракона заполучить.
— Да. Этого будет достаточно.
— Что ж, дело твое. Говори, что за девка, и где ее найти. Мои люди все сделают.
Барнетта рассказала все, что ей было известно от дочери. Потом погасила зеркало и пошла собираться.
А через полчаса легкая карета, запряженная самыми резвыми лошадями, вылетела через ворота замка Родери.
Глава 20
На следующий вечер Линн не пришла.
Я ждал на привычном месте, сгорая от нетерпения, а ее все не было.
С нелепой надеждой я всматривался в лица идущих навстречу людей, поднимался на цыпочки, пытаясь рассмотреть хрупкую фигуру в сумрачной дали, но время шло, а Линн так и не появлялась.
В душе зашевелились нехорошие предчувствия. Заболела? Что-то случилось? Или жалеет о том, что между нами произошло?
Я не хотел, чтобы она ни о чем жалела. Если потребуется – увезу далеко-далеко, где будем только мы вдвоем. И плевать мне на Ханну, которая после вчерашнего вечера вообще превратилась в размытое пятно, плевать на одобрение семьи. Это моя жизнь и я хотел провести ее с Линн. Мне все равно, что моя метка цвела на какой-то другой девушки, плевать что моя истинная связь не работала так как надо, была дефективной и неправильной. На все плевать. Даже на то, что дракон забивался все глубже, с каждым днем угасая все сильнее – и то плевать.
Имела значение только Линн. Я хотел быть с ней. Всегда, вопреки всему. Я хотел положить к ее ногам весь этот мир, все его богатства, мою жизнь, все.
И этот выбор уже ничего не изменит. Он прорастал насквозь меня, шел из сердца, пульсировал в венах.
Так и не дождавшись, я отправился к ее дому.
До дрожи хотелось ее увидеть. Даже если засмущалась и решила спрятаться – не отпущу, зацелую, залюблю. Но никуда она от меня не денется.
Пока шел – улыбался, однако, когда увидел темный дом Рейганов – улыбка стекла, и стало не по себе. Кольнуло дурными предчувствиями куда-то в солнечное сплетение и защипало.
Я постучал в ворота, дождался, когда дверь распахнется и тут же выпалил:
— Мне нужно увидеть, Линн. Немедленно!
Старый слуга отреагировал на мое порывистое требование совершенно спокойно:
— Ждите. Я доложу хозяйке.
Ждать было сложно, но не вламываться же в чужой дом?
Потом появилась сама хозяйка, а вот Линн почему-то не вышла.
— Добрый вечер, Айсхарт. Что привело вас в мой дом?
— Мне нужно увидеть Линн, — повторил я.
В ответ предельно вежливая и отстраненная улыбка:
— Это невозможно.
— Что значит невозможно? — внутри начинало клокотать. Я не понимал, что творилось, но однозначно чувствовал, что ничего хорошего.
— Линн уехала.
— Что…как…Когда?!
— Сегодня утром она покинула мой дом.
— Она не могла уехать.
— Молодой человек, вы мне не верите? — удивилась Марра и, шагнув в сторону, сделала пригласительный жест, — можете пройти и проверить мой дом. Линн нет.
— Я не понимаю…
— У нее были дела в городе. Вчера она с ними закончила и уехала.
— Какие дела?
Я вдруг понял, что Линн ни разу и словом не обмолвилась о своих делах. Это я в основном говорил о службе и своих обязанностях, а она больше улыбалась и обтекаемо рассказывала о своей жизни. Мне было все равно даже если бы она пела глупые песни или читала вслух самую нудную книгу, а я бы все равно слушал с видом блаженного идиота.
— Этого я вам не могу сказать, — Марра развела руками, — Линн девочка взрослая. Я за ней не слежу.
— Ну хоть что-то она должна была сказать!
Хозяйка дома прохладно улыбнулась:
— Она оставила вам письмо.
Сунув руку в карман, она достала запечатанный серый конверт и протянула его мне.
Когда я его забирал в руках стояла дрожь. Что-то подсказывало, что там ничего приятного не будет. Мне даже показалось, что бумага была холодной на ощупь, словно кто-то положил внутрь кусок льда.
— А теперь простите, я жду гостей, — развела руками Марра, весьма прозрачно намекая, что мне пора выметаться за порог. — Хорошего вам дня.
Сжав письмо в кулаке, я покинул ее дом и только на улице распечатал конверт. Достал оттуда небольшой клочок бумаги, на котором острым мелким почерком было написано всего несколько слов.