— Привет, — прошептала я.
Дракон приоткрыл один глаз, и остановил свой взгляд на мне. В нем кружилась зимняя вьюга и мерцал голубой лед, искрились миллиарды снежинок и вились морозные узоры. Красиво.
Зверь фыркнул и поднял голову. Принюхался ко мне, шумно втягивая воздух узкими ноздрями, потом толкнул носом в живот. Легонько, но я едва устояла на ногах.
— Не буянь.
Страха не было. Я подступила ближе и положила ладонь на шершавую, чешуйчатую щеку, а дракон заурчал, как огромный довольный кот, которого чесали за ухом.
— Ну как-ты?
В ответ утробное ворчание.
— Жалуешься? Я бы на твоем месте тоже жаловалась… Уверена, тебе было очень не просто, — я забралась на когтистую лапу, села на нее, привалившись спиной к изгибу и спросила, — а хочешь, я расскажу, как жила все это время?
В могучей груди что-то заклокотало, я расценила это как согласие, и принялась говорить.
Рассказала ему обо всем, без утайки и желания приукрасить. О том какой тоскливой и беспросветной была жизнь в замке Родери, пока в моей жизни не появился дракон. О том, как было больно и страшно, когда метку украли и тот, кто был предначертан судьбой, отрекся от меня, променяв на другую. О том как угодила в ведьминскую купель, а потом оказалась в избушке старой ведуньи. Как само того не подозревая выпустила на волю страшное проклятие. О том как ехала на юг, как нашла остров ведуний и осталась там на долгих три года. О том, как поняла, что надо возвращаться. Как вернулась, преследуя лишь одну цель – подпитать растревоженную метку и унять мучительное томление в груди, но все вышло из-под контроля. О том, как похитили, и заперли в сторожке лесника и как вырвалась оттуда, выпустив на волю силы ведьмы. Как оказалась в ущелье и была готова распрощаться с жизнью, но появился он и спас.
Все рассказала, ничего не утаивая, а дракон слушал все это время слушал и неотрывно смотрел на меня.
— Теперь, ты знаешь все…а мне пора уходить.
Он недовольно заворчал и поднял над нами серые крылья.
— Это всего лишь сон. Ты знаешь это. Если захочешь увидеть меня вживую и что-то сказать — я буду на острове ведуний. Но для этого тебе надо снова стать самим собой, иначе этот остров тебе никогда не найти. Они хоть и добрые, но упрямые, и не пустят на свою территорию дикого зверя. Справишься?
Дракон недовольно заклокотал, а я еще раз приложила ладонь к его щеке, и ушла, покинув этот странный сон. Все, что было в моих силах сделала – что будет дальше зависело только от него.
Эпилог
Мне больше нечего было делать в столице, и я с чистой совестью уехала Ведуний.
Там жизнь текла спокойно и размеренно. Чистый воздух, умиротворяющая тишина и силы земли залечивали раны, лучше любых лекарских настоек и обрядов.
Я вставала с первыми лучами солнца, работала вместе с остальными, подставляла лицо под ласковые лучи солнца и постепенно стала ловить себя на том, что улыбаюсь.
На душе больше не лежал тяжкий камень и не давило в груди от страшных воспоминаний. Все это осталось позади.
Я просто радовалась новому дню, простой еде, теплому ветру, играющему с волосами. Тихим разговорам по вечерам, когда все рассаживались по лавочкам вокруг костра и рассказывали истории из жизни.
Одно только беспокоило.
Собственные глаза.
Потому что они нет-нет, да и поднимались к небу, пытаясь что-то на нем рассмотреть.
Я ругала себя, возвращала к работе, но через пару минут снова смотрела на синеву и облака.
— Ждешь кого-то? — смеясь, прашивали соседки по острову.
— Вот еще, — возмущенно фыркала я и отворачивалась.
А потом снова все повторялось. И так изо дня в день, пока в один прекрасный момент, во время перекопки огорода, не раздалось Чамрино скрипучее:
— Летит.
— Кто летит?
— А кого ты все это время выглядывала? Во-о-он там!
Я аж дёрнулась, выронив из рук лопату. И не обращая внимания на взгляды и тихие смешки, принялась всматриваться в даль. Аж на цыпочки встала от усердия.
Надо признать зрение у старой Чамры было отменным. Разглядеть такую крохотную точку на небосводе, да еще и не перепутать ее с обычной птицей!
Постепенно точка росла, принимая знакомые очертания: длинный шипастый хвост, широкие кожистые крылья, пузо стального цвета, которое нам довелось рассмотреть во всей красе, когда дракон пролетел низко над островом.
Сделав круг, он развернулся и плавно опустился в центр нашей, внезапно показавшейся такой крошечной, деревни.
Миг — и на месте зверя, молодой мужчина, от которого, как и прежде сердце надрывно билось о ребра.