– Присядьте оба, – старик достал из шкафа потрепанную папку. – И послушайте одну историю.
Он раскрыл папку, и на стол выпала старая фотография – молодая женщина в белом халате, удивительно похожая на Анну Соловьеву.
– Моя дочь, Татьяна, – голос Владлена Ивановича дрогнул. – Десять лет назад она тоже столкнулась с необычным случаем аритмии. Разработала новую методику лечения. Но кто-то... – он сделал паузу, – кто-то подменил результаты исследований.
Максим подался вперед:
– Что случилось потом?
– Пациент умер. Таню обвинили в халатности. Она не выдержала травли и... – он замолчал, снимая очки и протирая их дрожащими руками.
– Поэтому вы стали председателем этического комитета? – тихо спросил Родион.
– Да. Чтобы такое больше не повторилось. Но сейчас, глядя на Анну Сергеевну, на этот случай с Алисой...
В коридоре послышались шаги – кто-то приближался к ординаторской. Владлен Иванович быстро убрал папку:
– Родион, проверь все документы Алисы. Максим, держи связь с лабораторией. А я...
– А вы? – Максим внимательно посмотрел на старика.
– А я навещу одного старого друга в архиве. Пора поднять некоторые документы трехлетней давности.
День набирал обороты. Студенты собирались на утреннюю конференцию, медсестры развозили лекарства, где-то в дальнем конце коридора Диана Аркадьевна отчитывала молодого интерна.
Владлен Иванович стоял у окна, наблюдая, как во дворе больницы Анна Сергеевна о чем-то увлеченно рассказывает практикантам. Так похожа на Таню – тот же блеск в глазах, та же страсть к профессии...
– Не в этот раз, – прошептал он. – В этот раз всё будет иначе.
Вечером, когда большинство врачей уже разошлись, он сидел в своем кабинете, разбирая старые записи. На столе лежали две папки – одна с делом его дочери, другая – с историей того случая трехлетней давности.
В дверь постучали – на пороге стояла Анна Сергеевна:
– Владлен Иванович, можно к вам?
– Конечно, детка, – он указал на стул. – Присаживайся.
– Я хотела спросить... – она замялась. – Вы ведь знаете, что случилось тогда, три года назад?
Старик внимательно посмотрел на неё поверх очков:
– Знаю. И знаю больше, чем ты думаешь. Например, то, что некоторые результаты анализов были намеренно изменены.
Анна побледнела:
– Вы уверены?
– Более чем, – он достал из ящика стола еще одну папку. – И я знаю, кто это сделал. Вопрос в том, готова ли ты узнать правду?
За окном догорал закат, окрашивая небо в цвет венозной крови. Где-то в палате Алисы пищал кардиомонитор, отсчитывая удары юного сердца. А в кабинете Владлена Ивановича начинался разговор, который мог изменить судьбы многих людей в этой больнице.
– Прежде чем я покажу тебе эти документы, – Владлен Иванович достал из ящика стола старую фотографию, – я хочу рассказать тебе ещё кое-что. О том, почему я так внимательно слежу за твоим случаем.
Анна взяла в руки снимок и удивленно выдохнула – с фотографии на неё смотрела молодая женщина, удивительно похожая на неё саму.
– Моя дочь, Татьяна, – голос старика дрогнул. – Она тоже была кардиологом. Талантливым, увлеченным, готовым бороться за каждого пациента. Как и ты.
– Была? – тихо спросила Анна.
– Десять лет назад она столкнулась с похожей ситуацией. Сложный случай, новаторская методика лечения, подмененные результаты анализов... – он помолчал. – Она не выдержала травли после смерти пациента.
Анна почувствовала, как к горлу подступает комок:
– Что с ней случилось?
– Она выбрала уйти. Навсегда, – Владлен Иванович снял очки, и Анна впервые увидела слезы в его глазах. – С тех пор я поклялся не допустить повторения этой истории.
В коридоре послышались быстрые шаги – кто-то бежал к палате Алисы. Анна вскочила, но Владлен Иванович остановил её:
– Подожди. Есть кое-что, что ты должна знать прямо сейчас. То, что случилось три года назад... это не была твоя вина.
– Но результаты анализов...
– Были подделаны. И я знаю, кем. Та же рука, что погубила мою Таню, – он достал из папки несколько документов. – Смотри внимательно. Видишь эти пометки? Характерный почерк...
Анна склонилась над бумагами, и её глаза расширились от понимания:
– Не может быть... Диана Аркадьевна?
– Именно. Десять лет назад она была интерном в отделении, где работала Таня. А три года назад...
Их прервал крик из коридора:
– Срочно! Всем в палату Алисы!
История 5
Тревожные звоночки