Софья медленно поднялась с кресла:
– Знаешь, сестра, иногда амбиции – это не просто желание выделиться. Иногда это единственный способ двигаться вперёд. Особенно в медицине.
Диана молчала, глядя на фотографию на столе. Потом медленно произнесла:
– Хорошо. Готовьте документы на этическую комиссию. Но учтите, – она посмотрела на Анну, – вся ответственность на вас.
– Я понимаю, – кивнула Анна.
Когда они вышли из кабинета, Максим тихо сказал:
– Я буду ассистировать вам в этом случае.
– Почему? – Анна остановилась.
– Потому что иногда нужно верить не только в медицину, но и в людей, – он улыбнулся. – Особенно в тех, кто не боится рисковать ради других.
В ординаторской Анна разложила документы для этической комиссии. За окном догорал весенний день, окрашивая стены в тёплые персиковые тона. Максим принёс две чашки кофе:
– Завтра важный день.
– Да, – она потёрла уставшие глаза. – Знаете, сегодня Алиса нарисовала ещё одну картинку. Там все бабочки танцуют вместе...
– Она верит в выздоровление, – Максим присел рядом. – И мы должны оправдать эту веру.
В коридоре послышались шаги – мимо прошла Диана Аркадьевна, о чём-то оживлённо разговаривая по телефону. Её голос звучал встревоженно:
– Да, я понимаю ваши опасения... Нет, это может создать прецедент... Конечно, репутация клиники...
Анна и Максим переглянулись.
– Похоже, завтра будет непросто, – тихо сказала Анна.
– Главное – помнить, ради чего мы это делаем, – Максим коснулся её руки. – И кстати... – он замялся, – может быть, после комиссии...
Но договорить он не успел. В ординаторскую вбежала взволнованная медсестра:
– Анна Сергеевна! У Алисы ухудшение! И... там Родион Витальевич требует срочно пересмотреть план лечения!
Они вскочили одновременно. А в конце коридора Диана Аркадьевна уже заходила в кабинет Родиона, сжимая в руках какие-то бумаги и загадочно улыбаясь...
История 2
Интриги в верхах
Кабинет Родиона утопал в вечернем полумраке. Единственным источником света была настольная лампа, отбрасывающая тени на стопки медицинских журналов и снимки МРТ на стенах. Диана Аркадьевна элегантно опустилась в кресло для посетителей:
– У меня есть интересное предложение, Родион Витальевич.
Он поднял глаза от истории болезни Алисы:
– Если это касается метода Анны Сергеевны...
– Именно, – Диана положила на стол папку. – Вы же понимаете, какие риски несёт этот эксперимент? А главное – какие возможности он открывает для того, кто первым укажет на его... несостоятельность.
Родион откинулся в кресле, внимательно глядя на начмеда:
– Вы предлагаете мне выступить против?
– Я предлагаю вам защитить интересы клиники, – она чуть наклонилась вперёд. В тусклом свете лампы её глаза казались особенно выразительными. – И заодно... свои собственные интересы.
За окном мигнула сирена скорой помощи, на мгновение осветив кабинет синим светом. Где-то в коридоре раздавались торопливые шаги – видимо, привезли экстренного пациента.
Родион встал, подошёл к окну. В его движениях чувствовалась усталость после долгого операционного дня, но даже сейчас он сохранял ту особую грацию, которая всегда привлекала к нему женские взгляды.
– Знаете, Диана Аркадьевна, – он повернулся, и свет уличного фонаря очертил его сильный профиль, – в последнее время я часто думаю о выборе.
– О каком выборе? – Диана поднялась, машинально поправляя идеальную причёску.
– Между тем, что правильно, и тем, что... выгодно, – он сделал шаг к ней. – Как вы всегда делаете этот выбор?
Диана почувствовала, как участился пульс. Родион стоял непозволительно близко, от него пахло дорогим парфюмом и почему-то грозой.
– Я выбираю то, что помогает достичь цели, – её голос слегка дрогнул.
– А какова ваша цель сейчас? – он смотрел ей прямо в глаза. – Защитить клинику или... что-то другое?
Диана вдруг поняла, что забыла все заготовленные аргументы. В полумраке кабинета, наедине с этим человеком, все интриги казались такими мелкими...
– Я... – она запнулась, когда его рука случайно коснулась её локтя.
В этот момент дверь распахнулась. На пороге стояла Софья Аркадьевна:
– О, простите... Я не вовремя?
Диана отпрянула от Родиона, как будто их застали за чем-то предосудительным: