– Журналисты ждут официального заявления, – сообщила Вероника, заглянув в кабинет. – И звонят из министерства здравоохранения.
Анна, прислонившись к стене рядом с Максимом, тихо произнесла:
– Знаете, моя сестра говорила: "В медицине нет места полумерам. Или ты спасаешь жизни, или..."
– ...или ты предаёшь саму суть профессии, – закончила за неё София. – Елена часто это повторяла.
В кабинете повисла тяжёлая тишина. Артамонов, сидевший под присмотром охраны, хмыкнул:
– Красивые слова. А как насчёт реальности? Вы хоть представляете, сколько людей потеряют работу?
– А сколько людей могли потерять жизнь? – тихо спросил Максим, делая шаг вперёд. – Я видел результаты независимой экспертизы. Это не просто побочные эффекты, это...
– Преступление, – твёрдо закончил Владлен Иванович. – И именно так мы это и назовём.
Миша и Катя, стоявшие у двери с папками документов, переглянулись. Молодая практикантка Марина, которую попросили остаться как свидетеля, нервно теребила край халата.
– Я предлагаю следующее, – Владлен Иванович подошёл к столу. – Мы проведём пресс-конференцию. Сейчас же. Расскажем всё: о первых исследованиях, о сокрытии информации, о реальных последствиях.
– Но сначала, – вмешалась Анна, – мы должны связаться со всеми клиниками, где применялся препарат. Немедленно.
– Уже занимаемся, – отозвалась Вероника из коридора. – Родион обзванивает заведующих отделениями.
Диана медленно поднялась:
– Я... я хочу сделать заявление первой. Это мой долг. Перед Еленой. Перед всеми.
София крепче сжала руку сестры:
– Ты уверена?
– Впервые за десять лет – да.
Артамонов резко встал:
– Ты не понимаешь! Это уничтожит всё! Нашу репутацию, наши планы...
– Ваши планы, Игорь Петрович, – холодно поправил Владлен Иванович. – Только ваши.
В этот момент в кабинет буквально влетел Родион:
– Звонили из кардиологического центра! У них тоже были случаи осложнений, но они боялись говорить...
– Вот видите? – Анна повернулась к присутствующим. – Страх порождает молчание, а молчание...
– ...убивает, – закончил Максим, и их взгляды встретились.
Владлен Иванович посмотрел на часы:
– У нас есть час до основных новостных выпусков. Диана Аркадьевна, вы готовы?
– Более чем, – она расправила плечи. – София... ты будешь рядом?
– Как всегда, сестрёнка. Как всегда.
Марина вдруг подала голос от двери:
– А можно... можно я тоже расскажу? О том, что видела в отделении? О пациентах, которые...
– Конечно, – мягко улыбнулась Анна. – Правда складывается из множества голосов.
Артамонов смотрел на происходящее с смесью ярости и бессилия. Его империя рушилась на глазах, и он ничего не мог с этим поделать.
Конференц-зал клиники никогда ещё не видел такого скопления журналистов. Вспышки камер, жужжание видеокамер, приглушённый гул голосов – всё создавало атмосферу напряжённого ожидания.
Диана стояла за кулисами, нервно поправляя воротник халата. София осторожно взяла её за плечи:
– Помнишь, как в детстве перед школьными концертами? Ты всегда боялась выходить на сцену...
– А ты говорила: "Просто представь, что рассказываешь историю самому близкому человеку", – слабо улыбнулась Диана.
– И сейчас то же самое, – София погладила сестру по спине. – Только теперь эта история – твоя собственная.
В другом конце зала Анна и Максим просматривали документы, которые предстояло представить прессе. Их пальцы случайно соприкоснулись над папкой.
– Знаешь, – тихо сказал Максим, – после всего этого...
– Потом, – мягко прервала его Анна. – Сначала долг, помнишь?
Он кивнул, но его взгляд говорил больше любых слов.
Владлен Иванович поднялся на трибуну:
– Уважаемые представители прессы, коллеги, друзья. Сегодня мы собрались здесь, чтобы рассказать историю. Историю о выборе между правдой и ложью, между честью и выгодой, между жизнью и...
Внезапно двери конференц-зала распахнулись. На пороге стояла группа людей в строгих костюмах.
– Прокуратура, – представился один из них. – Мы получили анонимное сообщение...
– Анонимное? – переспросила Марина, и все посмотрели на неё. Молодая практикантка покраснела: – Я... я не могла иначе. После того, что увидела...
Артамонов, всё ещё находившийся под присмотром охраны, побледнел ещё сильнее.
– Что ж, – Владлен Иванович невозмутимо кивнул, – значит, наша история получит официальное продолжение.