– Помнишь тот случай с близнецами? – неожиданно спросил он, разливая кофе. – Когда мы оперировали двадцать часов подряд?
– Конечно, – улыбнулась Анна. – Ты тогда сказал, что никогда не видел таких упрямых пациентов.
– А ты ответила, что они просто похожи на меня.
Они рассмеялись – впервые за долгое время.
– Что с нами случилось, Макс? – тихо спросила Анна. – Когда мы перестали разговаривать?
Он долго смотрел в свою кружку:
– Наверное, когда работа стала важнее всего остального. Когда я начал отменять наши встречи ради дежурств. Когда...
– Когда мы оба забыли, что кроме операций есть что-то ещё, – закончила она.
В коридоре послышались шаги – медсестра принесла результаты анализов их пациентки.
– Показатели стабилизируются, – сказала Анна, просматривая бумаги. – Мы справились.
– Мы всегда справляемся, – отозвался Максим. – Как команда.
– Но я не хочу быть просто частью команды, – она подняла на него глаза. – Я хочу быть твоей Анной. Той самой, с которой ты гулял под дождём после ночного дежурства. Той, которой ты читал медицинские статьи, пока она засыпала у тебя на плече.
Максим встал, подошёл к окну:
– Я боюсь, – признался он. – Боюсь, что однажды придётся выбирать между тобой и пациентом. Что личные чувства помешают принять правильное решение.
– А может, именно они помогают нам оставаться людьми? – Анна подошла к нему. – Может, именно поэтому мы такая хорошая команда – потому что понимаем друг друга не только как врачи?
В этот момент в кармане Максима зазвонил телефон – снова вызов в отделение.
– Иди, – мягко сказала Анна. – Но обещай, что мы договорим.
Он повернулся к ней:
– Знаешь, что я понял сегодня во время операции? Что самые важные слова нельзя откладывать. Поэтому... – он взял её за руку. – Я люблю тебя, Ань. И я чертовски устал притворяться, что это не так.
В коридоре снова раздался сигнал вызова.
– Похоже, нам обоим пора, – улыбнулась она.
– Ужин после дежурства? – предложил он. – Как раньше?
– Как раньше, – кивнула Анна. – Только теперь мы будем делать это правильно.
Они вышли из ординаторской вместе – два врача, готовых спасать жизни. Но теперь что-то изменилось. Словно между напряжённых будней и бесконечных дежурств пробился тонкий луч надежды – надежды на то, что можно быть и прекрасными врачами, и счастливыми людьми.
А в ординаторской остались две кружки с недопитым кофе – символ того, что некоторые разговоры стоит заканчивать, даже если весь мир требует твоего внимания.
Выбегая на экстренный вызов, Анна и Максим столкнулись с Софией, которая бежала в противоположном направлении.
– Алиса! – только и успела крикнуть она. – В критическом состоянии!
Они переглянулись. Их пациентка могла подождать пару минут – состояние было стабильным. Но Алиса.
– Иди, – сказал Максим Анне. – Ты лучше знаешь её случай.
– Уверен?
– Теперь да, – он быстро сжал её руку. – Больше никаких сомнений.
Анна побежала вслед за Софией. Позади остались две остывающие чашки кофе, впереди ждала борьба за жизнь маленькой пациентки, которая стала особенной для всей клиники.
Палата интенсивной терапии встретила их пронзительным писком мониторов. Показатели стремительно падали, а на кровати, опутанная проводами и трубками, лежала бледная как мел Алиса. Её некогда яркие рисунки на стенах казались сейчас особенно контрастными на фоне происходящего.
История 2
Последний шанс
– Полная остановка! – крикнула Арина, бросаясь к дефибриллятору.
Анна уже готовила адреналин, краем глаза замечая показатели на мониторах. Всё было плохо – намного хуже, чем они могли предположить. Экспериментальное лечение, которое давало такие обнадёживающие результаты, внезапно перестало работать.
– Разряд! Руки! – скомандовала Анна.
Маленькое тело Алисы выгнулось дугой. Никакой реакции.
– Ещё разряд!
В палату влетел Владлен Иванович – бледный, держась за стену, но с привычной решительностью во взгляде.
– Что произошло?
– Резкое падение всех показателей, – быстро доложила Анна, продолжая реанимационные мероприятия. – Предположительно, отторжение терапии.