Выбрать главу

— Не знаю, куда ты всё это деваешь, — говорит она с лёгким удивлением.

— Надеюсь, это пойдёт в волосы, — шучу я, пожимая плечами.

Она ухмыляется и возвращается к телефону, и никто больше, кажется, не обращает внимания на нас.

После встречи я оказываюсь наедине с Прохором у места посадки в лимузин, пока остальные в туалете.

— Прогресс, — тихо говорю я, имея в виду переговоры.

Глаза Прохора искрятся весельем.

— Да, — говорит он коротко. Одно слово, и я на миг задумываюсь, говорит ли он о переговорах или о круассанах.

— Итак, у нас сессия через два часа, — напоминаю я. — Будет видео.

Прохор стонет недовольно.

— Мне всё ещё нужно смотреть это видео? Я думал, мы уже это прошли.

— Это программа, — напоминаю я твёрдо.

— Я думал, мы создали новую, лучшую программу, — говорит он с надеждой.

— Хорошая попытка, но нет.

— Ты вообще читала мои эссе с прошлой сессии? Не думаю, что читала.

— Я прочту их незамедлительно, — говорю я, подражая его манере речи, — и я совершенно уверена, что они заслужат твою галочку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он бросает на меня тёмный взгляд, который мне очень нравится.

— Что ж, тогда программа должна будет пройти в клубе «Роял».

— Что? — Я резко поворачиваюсь к нему. — Это час видео. И на этот раз ты правда должен смотреть внимательно. Без многозадачности.

— Такая прилежная, — говорит он с усмешкой. — Не волнуйся, я посмотрю. Мы посмотрим его за ужином.

— Серьёзно, никаких галочек без просмотра видео, — предупреждаю я.

— Ты уверена в этом? — гладко спрашивает он.

— Прекрати! — Я фыркаю. — Я серьёзно настроена. И разве клуб «Роял» не очень пафосный? Что они скажут, если мы будем смотреть видео за столом?

— Мы используем наушники, — просто отвечает он.

— Но занять стол на час…

— С теми деньгами, что я там трачу, мы могли бы устроить трёхдневную оргию на столе, — говорит он серьёзно.

— Это точно не входит в мою программу наставничества, — говорю я, закатывая глаза, но ужин подходит. Я, наверное, единственный гость в отеле «Мираж», который постоянно голодает.

— Что скажешь? Выезжаем в четыре тридцать? Я думаю, сначала возьмём коктейли. У меня для тебя сюрприз.

— Ты не можешь быть пьяным при просмотре видео, — строго говорю я.

— Я никогда не напиваюсь, — говорит Прохор, и это, конечно, логично. Он такой фанат контроля над собой.

***

Той же послеобеденной порой я наконец-то добираюсь до ответов Прохора на эссе, которые задала несколько дней назад. Читаю и невольно улыбаюсь его похвале актёрским навыкам Алексея — он правда подметил что-то важное. У него добрые, тёплые слова о Насте, и мне вдруг приходит в голову любопытная мысль: они похожи — оба прямолинейные, оба с твёрдым мнением, не привыкшие юлить. Но самое интересное открытие ждёт меня дальше: у него есть собственная теория о воре фильтра для сброса ворса из сушилки. Как у него вообще может быть теория? У меня самой нет никакой теории! Вора фильтра так и не поймали, дело зашло в тупик. Я начинаю перебирать в памяти все видео, пытаясь вспомнить детали. Могли ли там быть какие-то подсказки? Прямо в видео, на виду у всех?

В три часа дня приходит коробка, её приносит ещё один работник обслуживания номеров, который снова вежливо отказывается от чаевых. Название магазина на упаковке кажется смутно знакомым. Я открываю коробку с любопытством, и там одно из платьев, которые я примеряла в самую первую ночь здесь — моё любимое, то самое. Я достаю его и держу перед собой в полном восхищении, не веря своим глазам.

Что за колдовство он сотворил, чтобы узнать именно про это платье? Ценника внутри нет, но я прекрасно знаю, что оно стоит целое состояние, такие вещи не бывают дешёвыми. Я не могу его взять, это слишком дорого, но в то же время чувствую, что отвергнуть подарок Прохора — всё равно что нарушить законы гравитации, повернуть время вспять, пойти против природы вещей.

И я так люблю это платье. В коробке обнаруживается ещё кое-что — толстая книга по наставничеству руководителей. Я невольно хмурюсь, разглядывая обложку. Он думает, мне нужна книга по наставничеству? Неужели он каким-то образом понял, что я не знаю, что делаю? На обложке — фотография уверенного в себе мужчины лет пятидесяти, рука властно лежит на трибуне. Название: «Исполнительный доверенный». Я листаю страницы, и вдруг выпадает небольшая карточка.

Мы будем пить коктейли перед ужином с загадочным гостем и его женой. Считай это подсказкой.