Клуб «Роял» — шикарный дорогой ресторан на высоком холме с огромными окнами от пола до потолка и захватывающим видом на город. Спереди расположена элегантная уютная зона для коктейлей с множеством свечей, роскошных люстр и мягкой зелёной бархатной мебелью, а сзади — просторный обеденный зал со множеством столиков.
Я была бы в полном восторге от этого места, если бы не паниковала так сильно.
Может, у меня действительно скоро будет настоящая диарея от стресса.
Нас вежливо ведут к столику у самого большого окна — явно самый лучший столик во всём ресторане, место для VIP-гостей. Прохор галантно представляет меня Виолетте Романовой. Виолетта одета в элегантную широкополую шляпу, с помадой насыщенного цвета сливы и очень модными дорогими браслетами на запястьях.
— Мы с Виолеттой давние хорошие знакомые, — тепло говорит Прохор.
— Очень давние, ещё с молодости, — добавляет Виолетта, дружески сжимая его руку.
Она представляет своего мужа Михаила, у которого густые седые волосы и крепкое лицо с телом как у профессионального защитника футбольной команды.
Прохор одаряет Михаила своей фирменной твёрдой искристой улыбкой, где губы складываются в великолепную улыбку, а взгляд заостряется и фокусируется на человеке с особой интенсивностью.
Мы удобно садимся за стол и изучаем меню, затем заказываем. На столе стоит маленькая изящная зелёная хрустальная миска с чем-то вроде элитных солёных палочек, и я так хочу высыпать всё содержимое себе в рот от голода, но ограничиваюсь всего двумя небольшими изящными горстями. Конечно, от внимательного Прохора ничего не укрывается. Он незаметно заказывает двойную порцию закусок для всего стола.
Быстро приносят напитки в красивых бокалах. Я прекрасно знаю, что разговор неизбежно повернётся ко мне и моей работе, и в качестве подготовки выпиваю добрую половину бокала игристого вина.
Но что действительно успокаивает в этой нервной ситуации — это просто быть рядом с Прохором. Я чувствую с ним такую глубокую связь, будто мы можем пройти через что угодно вместе, справиться с любыми трудностями. Может быть, так и есть на самом деле.
Виолетта и Прохор немного добродушно дразнят друг друга, шутят о старых временах, включая уверенное сообщение Виолетты, что «Т-Групп» абсолютно не продаётся и никогда не будет продаваться. Прохор просто спокойно кивает в ответ, а затем нежно улыбается мне, от чего в животе всё приятно скручивается от радости.
— Прохор говорит, вы его наставник, — внезапно обращается ко мне Михаил.
Я дружелюбно улыбаюсь.
— Да, верно. И хочу сразу сказать, что для меня огромная честь с вами познакомиться лично, — искренне говорю я, добавляя несколько слов о его последней книге, практически пересказывая аннотацию с задней обложки. Книга правда казалась хорошей и полезной для нужного человека. Я действительно понимаю, как наставничество может быть чрезвычайно полезно для бизнес-лидеров. Даже крупнейшему лидеру планеты нужен свой доверенный, мудрый нейтральный собеседник, чтобы спокойно обсуждать идеи и решения. Хотя я совершенно точно не тот человек для такой роли, и, к слову сказать, Анна тоже не была бы подходящей.
— Прохор проходит наставничество именно по эмоциональному интеллекту, — говорит Виолетта с лёгкой усмешкой, будто это какая-то грандиозная шутка.
— Да, я под судебным предписанием на двадцать один час обязательного тренинга мягких навыков, — спокойно поясняет Прохор, поворачиваясь ко мне с улыбкой. — Элиза вытянула короткую соломинку в этой лотерее. Но я, по крайней мере, сам решаю, где и когда проходит это наставничество. Так почему бы не здесь, в приятной обстановке?
Я укоризненно качаю головой, играя свою роль. Чувствую, что мы с ним настоящая команда, слаженно разыгрывающая очень специфическое шоу перед публикой.
— А, по решению суда, — протягивает Михаил, будто это сразу всё объясняет обо мне и моём месте в профессии. Он старается не звучать откровенно пренебрежительно, но само его старание именно не быть пренебрежительным делает его ещё более пренебрежительным по отношению ко мне.
Виолетта понимающе ухмыляется.
— Могу только представить, как это всё проходит у вас. Что ты натворил на этот раз, Прохор?
— Был плохой сотрудник, слишком плохой, — невозмутимо отвечает Прохор. — Выкинул его за уши, и вот результат.
Виолетта негромко фыркает и поворачивается ко мне с сочувствующей гримасой.
— Учить Прохора Агатова эмоциональному интеллекту? Не завидую вам, честно.
— Ну, мы как-то справляемся потихоньку, — дипломатично говорю я.