— Совсем немного, потерпите, — уклончиво отвечает голос.
Она тяжело вздыхает, её встревоженное лицо искажено нарастающей тревогой.
Инженер вежливо спрашивает наши имена, мы по очереди представляемся.
— Хорошо, Елизавета и Анна, сидите спокойно и не паникуйте. Мы активно решаем проблему прямо сейчас. Если что-то существенно изменится в вашем состоянии, сразу жмите красную кнопку, всё ясно? — и связь резко обрывается с треском.
— Если что-то изменится? — встревоженно повторяет Анна. — Что именно он имеет в виду? Что мы можем задохнуться здесь?
— Этого точно не случится, никогда, — говорю я с гораздо большей показной уверенностью, чем реально чувствую внутри. — Он, наверное, имел в виду медицинскую помощь или что-то подобное в этом роде.
— Не очень-то это меня утешает, если честно, — недовольно ворчит она, медленно опускаясь на холодный пол и обхватывая руками свои колени.
Сверху раздаются отчётливые металлические удары инструментами. Анна заметно вздрагивает при каждом громком звуке, её напряжённый взгляд тревожно прикован к потолку лифта.
— Или на случай внезапного превращения в оборотня, — неожиданно добавляю я с лёгкой игривой улыбкой.
Она резко поворачивается ко мне, широко раскрыв испуганные глаза.
Я посылаю ей озорную улыбку.
— Или появления вампирских клыков? — спрашиваю я с лёгкой усмешкой.
Она облегчённо смеётся, и я вижу, как напряжение начинает постепенно спадать с её лица.
— Боже, на секунду я подумала, ты серьёзно! — говорит она, прикрывая рот ладонью. — Прости, не мой день сегодня. И я совсем не фанат лифтов, если честно.
— Всё будет хорошо, — уверяю я спокойным голосом, усаживаясь рядом с ней на пол и аккуратно ставя сумку рядом. — В лифтах правда куча предохранителей. Их проверяют регулярно, так что мы в безопасности.
Удары молотка наверху прекращаются, но буквально через мгновение начинается жужжание электрической дрели.
— Хотя, похоже, «немного» — это побольше, чем пара минут, — добавляю я с лёгкой иронией.
Анна тяжело вздыхает и обхватывает колени руками.
— Честно говоря, я бы предпочла застрять здесь на часок, чем идти на встречу, куда я направлялась. Лучше уж иголки в уши, пиявки на кожу или бесконечный Децл на повторе.
— Нет, — шепчу я в притворном ужасе, прижимая руку к сердцу. — Только не это. Что угодно, только не Децл.
Она откидывает голову назад на металлическую панель и закрывает глаза.
— У тебя, наверное, маршрут, да? — спрашивает она через минуту. — Это выбьет тебя из графика? Задержит на весь день?
Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть непринуждённо.
— Ничего страшного. Бывает. А ты здесь работаешь? В этом здании?
— Нет, — отвечает она с явной тоской в голосе. — Ну, то есть я начинаю месячное задание здесь, так что, наверное, да. Можно сказать, временно.
— Похоже, тебе это не в радость, — осторожно замечаю я, изучая её лицо.
— Недооценка года, — вздыхает она горько. — Не говори никому, ладно? Просто помолчим об этом.
— Конечно, — киваю я серьёзно. — Это между нами.
Она благодарно кивает в ответ. Люди доверяют форме почтальона — это я уже давно поняла.
— И вот начинается первый из многих долгих дней, — продолжает она. — Долгих и мучительных. Можно даже сказать, кошмарных.
— Так плохо? — переспрашиваю я сочувственно.
— Хуже, — говорит она с горечью. — Три часа в пробке утром, чтобы сюда добраться из другого конца города, а теперь ещё это. И ад ещё даже не начался по-настоящему.
Я сочувственно морщусь.
— Твоя работа всегда такая? Или это просто неудачный день?
— В общем, да, всегда такая, — отвечает она устало. — Казалось бы, не должна. Я наставник для руководителей, это же, по идее, крутая профессия. Престижная даже.
— Наставник для руководителей? — переспрашиваю я с интересом.
— Мы помогаем руководителям развивать навыки, — объясняет она. — Моя специализация — мягкие навыки: эмоциональный интеллект, построение позитивных отношений с командой, лидерство через вдохновение, а не через страх. Навыки, которые помогают не просто агрессивно строить бизнес, а те, что делают из человека хорошего управленца, понимаешь? Мы помогаем с этим. Или должны помогать.
— Звучит как что-то очень значимое, — говорю я искренне, хотя внутренне удивлена, что такая молодая женщина — ей явно не больше двадцати шести — обучает опытных руководителей лидерству.
— Казалось бы, правда? — она грустно улыбается. — Я работаю в отличном агентстве, очень уважаемом в профессиональных кругах, — она крепче обнимает колени руками. — Ладно, я готова, чтобы лифт поехал наконец. Теперь я ещё больше боюсь, сидя тут взаперти. Моя встреча уже должна была начаться минут десять назад. А после неё я была бы свободна, гуляла бы под солнцем, дышала свежим воздухом.