Она послушно замирает. Медленно улыбается, понимая.
Я неторопливо оттягиваю шёлковый галстук от её строгого белого воротничка.
— Мне сейчас нужно выглядеть максимально ведьмовато? — спрашивает она с лёгкой усмешкой.
— Нет, просто очень строго и серьёзно, как на работе, — говорю я, продолжая своё дело.
Она делает подчёркнуто строгое лицо, лишь слегка утрированное для комического эффекта, но всё равно чертовски сексуально медленно вытаскивать галстук-бабочку из-под её воротника. Я держу его в руке, давая ему свободно качаться на пальцах, затем небрежно отбрасываю через плечо на пол.
На её лице мгновенно появляется озорное выражение. Она наклоняется совсем близко и тихо шепчет мне на ухо:
— Мужчины все такие странные существа!
— О, так это мужчины странные? Ну пожалуйста, расскажи подробнее, — усмехаюсь я.
А затем она заразительно смеётся, резко бросается ко мне всем телом и пытается игриво повалить меня на мягкий ковёр. И я с радостью ей это позволяю.
Эпилог
Шесть месяцев спустя — следующей весной
Лиза
Всю зиму Прохор нанимал рабочих, чтобы восстановить вестибюль в его былом великолепии. И не просто вернуть плитки на место и отреставрировать люстры, но по-настоящему украсить это место. Он вкладывал душу в каждую деталь, словно возвращал дому утраченную память.
Но он также что-то затевал на крыше. Я не знала точно — мы все думали, что это просто склад для материалов, нужных для других частей проекта. А теперь? Кажется, всё это время там происходило нечто куда более интересное.
Потому что сегодня один из первых по-настоящему тёплых весенних дней в городе, и Прохор созвал нас всех на крышу к семи часам вечера. Интрига витает в воздухе.
— Ты не вытянула из него ничего больше? — спрашивает Алиса, стоя перед зеркалом и аккуратно нанося тушь на ресницы.
— Только то, что ты уже знаешь. Вроде можно привести спутников, если хочешь. Вика и Никита тоже обещали прийти. Ещё Сергей и Лида будут.
— Они же даже здесь не живут, — удивлённо говорит Алиса, закручивая тюбик туши обратно.
Я пожимаю плечами, сама не до конца понимая.
— Прохор сильно подружился с Никитой после новогодних праздников. Не знаю, как остальные вписываются в эту историю. Но, думаю, Никита Лебедев точно в деле. Они явно что-то вместе придумали там наверху.
— Поняла! — Алиса резко разворачивается и мчится в свою комнату.
— Что не так? Что ты задумала? — спрашиваю я с любопытством.
Через минуту Алиса выходит в дерзком белом платье-футляре с цветочными пайетками, переливающимися на свету. Она кружится передо мной, демонстрируя наряд.
— Чую нутром, что грядёт настоящая коктейльная вечеринка на крыше. Давно хотела повод надеть это платье.
Я смотрю на свой домашний йога-костюм и понимаю, что явно промахнулась с выбором. Алиса выразительно указывает на мою спальню. Я послушно иду и переодеваюсь в юбку для выхода, добавляю симпатичную блузку, и мы вместе поднимаемся наверх.
Лифт высаживает нас на странном пол-этаже в самом верху здания, который, кажется, служит только складом на пути к крыше. Дядя Валера и другие жильцы уже сидят на старых ящиках, терпеливо ожидая. Видимо, дверь всё ещё заперта. Людмила Васильевна замечает меня, подходит ближе и с надеждой спрашивает, знаю ли я, что происходит. На ней её любимая брошь с ромашкой, которую она надевает по особым случаям.
— Полная тайна — даже для меня, — признаюсь я с улыбкой. — Вы уже десятая, кто об этом спрашивает. Я честно думала всё это время, что это обычный склад для ремонта вестибюля. Прохор умеет хранить секреты.
Собирается всё больше людей, оживлённый гул разговоров наполняет тесное пространство. Наконец дверь распахивается, впуская яркий солнечный свет в тусклое помещение. Все невольно щурятся от неожиданной яркости.
— Поднимайтесь скорее, — приглашающе зовёт Прохор с другой стороны двери.
Я первая ступаю на крышу, и дыхание замирает.
Моя челюсть буквально отвисает. Здесь уютные зоны отдыха и аккуратные приподнятые грядки, уже готовые для посадки растений. Симпатичное укрытие с мягкими уличными диванами, где можно будет сидеть даже под дождём, наслаждаясь свежестью.
Весёлые гирлянды огоньков зигзагом тянутся над головой, белые шарики мягко светятся на фоне королевского синего вечернего неба. Это похоже на сказку.
Я подхожу и беру Прохора за руку, не скрывая восхищения.
— Что ты натворил? Это просто волшебство, — говорю я, оглядываясь вокруг.
Все уже поднялись на крышу, радостно визжат и бродят вокруг, трогая, рассматривая, открывая для себя новые детали. Атмосфера праздника разливается в воздухе.