— Стоп-стоп-стоп, — перебиваю я её резко. — Ты сейчас говоришь, что у тебя есть совершенно реальная возможность заниматься крутым интересным делом вместо того, чтобы тренировать какого-то очередного придурка, который будет тебя доставать и презирать, и ты сознательно выбираешь этого придурка?
— Ну, у меня же аренда квартиры. Ежемесячные счета за всё, — оправдывается она.
— Покажи мне свои руки, — требую я серьёзным тоном.
Она смотрит на меня с подозрением и недоумением.
— Зачем тебе мои руки?
— Просто покажи их мне, — настаиваю я.
Она нерешительно вытягивает руки вперёд ладонями вверх.
— Забавно, — говорю я, внимательно разглядывая их. — Не вижу никаких наручников на запястьях. И тяжёлого железного ошейника на шее тоже не наблюдается. Похоже, ты абсолютно свободный человек со своей собственной жизнью и правом выбора.
Она медленно убирает руки, но я вижу, что мои слова зацепили её за живое.
— Жизнь коротка, Анна, — повторяю я убедительно. — Это клише, банальность, но клише существуют по веской причине. Они правдивы.
Она смотрит в пустоту перед собой, медленно моргая и явно о чём-то напряжённо думая.
— Я абсолютно серьёзна, Анна, — продолжаю я, чувствуя, как во мне закипает настоящая страсть к этой теме. Иногда я слишком сильно увлекаюсь и становлюсь излишне убедительной, но с ней всё так предельно ясно и очевидно. — Когда лифт наконец-то поедет и мы выберемся отсюда, ты можешь просто не выходить на шестом этаже к своему клиенту. Можешь спокойно нажать на кнопку вестибюля и выйти там, на первом этаже. Уйти. Разве это не здорово? Разве это не свобода?
— Дааа, — медленно тянет она, завороженно глядя на кнопку с цифрой «1».
— Ну? — подталкиваю я её мягко. — Что скажешь?
Она отрицательно качает головой.
— Не могу я так. Не могу просто взять и бросить всё.
— Анна, послушай меня внимательно, — говорю я убеждённо. — У тебя есть абсолютно реальное конкретное предложение о работе за границей. У тебя квартира в аренде? Отлично. Сдай её в субаренду кому-нибудь знакомому или просто потеряй свой депозит — это не конец света. Купи билет на самолёт вместе с подругой. Плати все свои счета онлайн из Китая через интернет. У тебя будет работа, которая кажется по-настоящему крутой и интересной, а ты собираешься провести сколько там — месяц? — тридцать прекрасных дней своей единственной жизни с каким-то очередным придурком, который наверняка будет тебя третировать?
Она смотрит на меня, широко раскрыв глаза от моих слов.
— Он точно будет меня третировать, — соглашается она тихо. — Они все так делают.
Я решительно качаю головой.
— Ты заслуживаешь гораздо лучшего в жизни, Анна.
Она несколько раз моргает, будто просыпаясь.
— Я действительно могу сдать квартиру кому-то, — задумчиво говорит она. — Мой бывший парень, тот самый придурок, как раз сейчас ищет жильё в этом районе.
— Вот видишь, и отлично! — восклицаю я воодушевлённо.
Она шмыгает носом, борясь со слезами.
— Зарплата там будет так себе, конечно, но зато жильё и вся еда абсолютно бесплатные. — Она поворачивается и смотрит на меня. — Я была бы там по-настоящему счастлива. Чувствую это.
— Ну? — снова подталкиваю я её мягко. — Что решишь?
— Чёрт возьми, — нервно смеётся она. — Я правда не могу поверить, что делаю это.
— Ты правда хочешь пойти сейчас наверх и тренировать очередного самовлюблённого придурка? — спрашиваю я прямо.
— Нет, — шепчет она едва слышно, крепко сжимая свой кожаный портфель и часто моргая. — Боже, Елизавета, я что, действительно сделаю это? Это же безумие.
— Да! — почти кричу я от восторга. — Конечно, сделаешь!
— Да! — она резко хватает меня за руку. — Потому что, почему бы и нет, в самом деле?
— Точно! — радостно подхватываю я. — Никаких причин отказываться!
— Я могу оставить весь этот кошмар позади навсегда, — говорит она, и её глаза начинают блестеть от нахлынувших эмоций.
Я встаю с пола на ноги и торжественно указываю пальцем на кнопку первого этажа.
— Это может быть твоя следующая остановка. Твоя новая жизнь.
— Дай мне быстро проверить, есть ли ещё свободные места на рейс, — говорит она, поспешно доставая телефон из кармана и набирая номер подруги. Она взволнованно говорит Ирине, что серьёзно думает поехать с ней. Я практически дрожу от искреннего восторга за неё — её работа действительно звучит как настоящий ад на земле. Я слышу, как её подруга визжит от радости и удивления через телефон.