Анна вешает трубку через минуту и взволнованно сообщает, что подруга прямо сейчас делает необходимые звонки в школу. Учителя действительно всё ещё срочно нужны, и, возможно, есть свободные места на стыковочном рейсе до Шанхая уже на этой неделе.
— Не могу поверить, что я случайно застряла в лифте с обычным почтальоном, и ты вот так легко уговариваешь меня бросить работу и уехать в Китай преподавать русский, — смеётся она сквозь слёзы.
— А почему обычный почтальон не может уговорить тебя изменить жизнь к лучшему? — подмигиваю я ей.
Её телефон снова звонит буквально через пару минут. Это подруга с хорошими новостями о школе.
— Ладно, я окончательно в деле, — говорит Анна решительно, убирая телефон в карман. — Боже мой, я правда сделаю это. Я действительно сделаю это на самом деле.
— Ура! — искренне восклицаю я, хлопая в ладоши.
— И я уволюсь совсем без всякого предупреждения, — добавляет она с вызовом. — Просто уйду и не оглянусь назад — в справедливое наказание за то, что они годами посылали меня ко всем этим придуркам.
Я внутренне слегка морщусь — я сама всегда строго следую всем правилам и никогда в жизни не ушла бы с работы без положенного двухнедельного уведомления.
— Ты абсолютно уверена, что не стоит их хотя бы предупредить заранее? — осторожно спрашиваю я, пытаясь быть голосом разума.
— Нет, — отвечает она с явным ликованием в голосе. — Пусть сами разбираются с этим, когда я просто не появлюсь на встрече. Как я разбиралась с их придурками.
Мы застреваем в лифте ещё примерно на двадцать минут. За это время она быстро находит подходящий склад для временного хранения вещей и звонит нескольким друзьям, чтобы они помогли ей с переездом в ближайшие дни. Организация учителей в Китае уже активно работает над оформлением ускоренной визы для неё.
Инженеры наконец сообщают сверху, что они почти полностью закончили ремонт.
Анна поворачивается ко мне с благодарной улыбкой.
— Спасибо тебе огромное. Я снова чувствую себя счастливой. Впервые за долгое время.
— Пожалуйста, — искренне улыбаюсь я ей. — Но помни, что план полностью твой. Ты сама делаешь этот смелый прыжок в новую жизнь.
— Но ты меня подтолкнула в нужный момент, — она достаёт свою визитку из портфеля и протягивает мне. — Этот рабочий адрес электронной почты перестанет работать, как только они поймут, что я сбежала, но мобильный телефон точно останется в силе. Если тебе что-то понадобится когда-нибудь — обращайся без стеснения. И если вдруг будешь в Китае, у тебя всегда есть место, где остановиться, сестрёнка.
— Обязательно пришли мне открытку оттуда, — прошу я, быстро записывая на небольшом клочке бумаги свой домашний адрес и мобильный телефон.
— Круто, — радостно улыбается она, аккуратно забирая бумажку и пряча в карман.
Наконец, лифт резко дёргается и медленно останавливается на пятом этаже. Двери с тихим звоном открываются. Нас сразу встречают рабочие с тяжёлыми ящиками инструментов и мобильными телефонами в руках. Они извиняются за долгое ожидание, один из них протягивает нам бутылки холодной воды, другой возится с панелью кнопок внутри.
Нам вежливо предлагают пересесть в соседний исправный лифт, чтобы спокойно продолжить путь на шестой этаж, но Анна уверенно заявляет, что теперь едет прямо в вестибюль.
Я крепко обнимаю её на прощание и от всей души желаю удачи в новом приключении.
Разговор с Анной был действительно отличным отвлечением от нервов, но уже через десять минут я возвращаюсь к суровой реальности, выходя совершенно одна на шестом этаже с моим фальшивым отправлением в руках. Я решительно направляюсь к стойке ресепшен, внутренне радуясь, что Ольги и Екатерины сейчас нет на месте.
Как и абсолютно всё в этом роскошном месте, стойка ресепшен выглядит глянцевой, идеально отполированной, возможно, из чёрного мрамора с прожилками. Двое мужчин и одна женщина за длинной стойкой полностью погружены в свою работу за компьютерами.
— Ты справишься с этим, — тихо шепчу я себе для поддержки, крепко прижимая сумку к животу. Если Анна может за полчаса всё бросить и уехать в далёкий Китай, то я точно могу притвориться, что подпись самого Прохора Агатова абсолютно необходима для этой важной доставки.
Мой новый продуманный план — спокойно сказать ему, что он просто обязан посмотреть это видео как обязательную часть доставки, что в нём есть нечто очень важное, что он должен обязательно увидеть своими глазами. Я искренне надеюсь, что это достаточно заинтригует его настолько, чтобы он не отрывался от экрана хотя бы несколько минут. Обычное человеческое любопытство заставляет людей смотреть что-то довольно долго — именно так было со мной, когда мы всей компанией смотрели «Дневники вампира» до утра.