Парни одеты в обычные пиджаки и джинсы, всё довольно непринуждённо. Карина и Полина — в лёгких элегантных жакетах и каких-то футуристичных брюках, которые издалека кажутся строго деловыми, а при ближайшем рассмотрении оказываются эластичными, почти как йога-штаны. На ногах у них удобные футуристичные ботинки на низком ходу. Вот что носят настоящие бизнесмены в рабочих поездках, понимаю я. И, наверное, именно в таком виде они ходят в отеле в свободное от встреч время.
У Карины светлые каштановые волосы, уложенные в строгое каре, и пронзительные серые глаза. Она зевает и заявляет, что собирается немного вздремнуть в дороге.
— Только не дайте мне зайти в социальные сети, ладно? — просит она.
Полина издаёт понимающий стон.
— Я тебя туда точно не пущу. Обещаю.
У Полины коротко стриженные тёмные волосы, блестящие розовые серьги-кольца и милый компактный розовый портфель. Глядя на него, я чувствую безумную благодарность к Кире за её скучный коричневый чемодан, который я взяла. Иначе я бы точно притащила свою старую потрёпанную дорожную сумку и сразу же спалилась бы.
Мы приезжаем в аэропорт Внуково довольно быстро. Личный самолёт Прохора Агатова — это сверкающий белоснежный джет с серебристым носом и элегантными обводами. Он стоит в огромном частном ангаре, и, входя туда, я невольно чувствую себя так, будто случайно попала на съёмочную площадку дорогого приключенческого боевика.
Я послушно следую за своими новыми коллегами вверх по мобильному трапу внутрь самолёта, всё ещё ощущая себя безбилетницей, случайно проникшей в запретный роскошный мир.
Салон частного самолёта больше похож на очень уютную и стильную гостиную, чем на обычный борт. Здесь стоят бархатистые серые кресла и удобные мягкие диваны, непринуждённо расставленные вокруг низких столиков из тёмного дерева. Повсюду разбросаны стильные бордовые декоративные подушки. Они отлично сочетаются с весёлыми занавесками на круглых иллюминаторах и резной панелью, элегантно разделяющей переднюю и заднюю части салона.
Я изо всех сил стараюсь не реагировать слишком бурно, но так хочется, чтобы мои подруги всё это увидели своими глазами, потому что… боже мой, это просто нереально!
Приветливая стюардесса в строгой форме проводит нас в заднюю секцию самолёта — это уютный маленький лаундж, тоже выдержанный в тех же серо-бордовых тонах.
Агатов уже сидит там, развалившись в кресле. В его руке хрустальный стакан, в котором позвякивают кубики льда.
Наши взгляды внезапно сталкиваются. Он словно оценивает меня с ног до головы — опасный и элегантный хищник, изучающий добычу. Его ленивый, но пристальный взгляд медленно опускается к моей шее, задерживается на галстуке-бабочке.
Тяжесть этого изучающего взгляда заставляет мой пульс заметно учащаться, вызывает странное непонятное тепло где-то глубоко внутри.
В животе вспыхивает что-то вроде страха, а может быть, это просто выброс адреналина.
— Снова женские галстуки-бабочки, я вижу, — произносит он своим низким голосом.
Я невольно касаюсь рукой шеи, будто проверяя, всё ли в порядке.
— Да, — просто соглашаюсь я. — Это мой стиль.
Стюардесса вежливо помогает нам убрать весь багаж в специальный задний отсек. Всё это время я отчётливо чувствую, что Агатов продолжает наблюдать за мной. Я почти уверена, что мои руки при этом предательски дрожат.
Мы возвращаемся и рассаживаемся в передней, основной части салона. Анатолий устраивается рядом с Кариной по одну сторону прохода. Я сажусь в мягкое кресло напротив Полины. Никита располагается где-то позади нас.
— Так он там просто сидит один? — тихо спрашиваю я у Полины, кивая в сторону задней части. — Это его личная половина самолёта?
— По-разному бывает, но обычно он действительно держится особняком в рабочих поездках, — отвечает она так же тихо. — Он практически никогда не общается с командой во время полётов, что, в общем-то… — Она заканчивает фразу лёгкой полуулыбкой и еле заметным пожатием плеч, будто хочет сказать, что так даже лучше для всех.
Я отворачиваюсь и смотрю в круглый иллюминатор, пока мы медленно выстраиваемся на взлётной полосе, постепенно набираем скорость и, наконец, отрываемся от земли, взмывая в небо. Вокруг люди уже достали ноутбуки и сосредоточенно стучат по клавиатурам, погружённые в работу.
— У меня запланирована часовая коучинговая сессия с ним здесь, на борту этого самолёта, — говорю я Полине, когда мы уже поднимаемся высоко над тонким слоем облаков. — Она официально назначена на время в пути, а мы как раз в пути сейчас, но я, честно говоря, не совсем уверена…