Она выпрямляется ещё сильнее на своём месте и снова решительно выпячивает подбородок вперёд. Это определённо её любимая силовая стойка, понимаю я с интересом. Мне неожиданно нравится, что я уже успел это заметить и запомнить. Она со своим чопорным смешным галстуком-бабочкой и со своей трогательной силовой стойкой.
— Если я ещё хотя бы раз поймаю вас с телефоном в руках, — медленно и чётко говорит она, глядя мне в глаза, — я просто не смогу поставить галочку за сегодняшнюю сессию.
Я слегка прищуриваюсь, изучая её.
— И что именно это будет значить?
— Это специальное поле в онлайн-форме, которая автоматически отправляется в «МаксГрупп» и в обе юридические фирмы, участвующие в нашем деле, — поясняет она деловито.
Она что, серьёзно сейчас? Она шутит? Я одариваю её той самой лёгкой, чуть снисходительной улыбкой, которую обычно приберегаю специально для самых сложных переговоров.
— Не сможете поставить галочку? — переспрашиваю я с лёгкой иронией. — Даже если я потом подробно перескажу вам всё, что происходит в фильме, дословно?
Она решительно качает головой из стороны в сторону.
Я терпеливо говорю:
— Вопреки всему тому, что обычно пишут обо мне в деловых СМИ, некоторые люди на самом деле умеют эффективно делать сразу несколько дел одновременно. И я, между прочим, один из таких людей. Бизнес-лидеры моего высокого уровня обычно как раз входят в число тех немногих избранных, кто может очень эффективно справляться с несколькими делами одновременно.
Она задумчиво поджимает губы. Она явно что-то серьёзно обдумывает прямо сейчас. Что именно крутится у неё в голове? Наконец она осторожно говорит:
— А вы знаете, что именно будет, если одно из обязательных полей останется не отмеченным? Или, как вы сами выразились, не будет поставлена галочка?
— Что будет, если одно из полей не отмечено? — медленно повторяю я её вопрос.
— Полагаю, нам придётся повторить тот урок.
— А если я не захочу его повторять? — спрашивает она, и в её голосе появляется какая-то новая нотка. — Если у меня есть график, которого я должна строго придерживаться? И поле в этом графике никогда не будет отмечено галочкой?
Я чувствую внезапное, странное оживление — что-то вроде предвкушения.
— Что тогда будет? — интересуюсь я, слегка наклоняясь вперёд.
— Там будет стоять «X» вместо галочки, — продолжает она ровным тоном. — Можете сказать мне, что это будет означать?
Мой пульс учащается. «X» в одном из полей отчётности — это самый настоящий ядерный вариант. Я прищуриваюсь, всматриваясь в её лицо. Мои адвокаты определённо не согласились бы работать с консалтинговой фирмой или наставником, которые играют жёстко и идут на открытое противостояние, но Элиза, похоже, делает именно это.
Зачем ей играть жёстко? Неужели она правда думает, что я не могу даже проверить свой телефон? Не то чтобы у Демьянова и его юристов тут были спрятаны скрытые камеры или прослушка.
Она аккуратно складывает салфетку в маленький треугольник и проводит ногтем по одной стороне, создавая идеально ровный край. Движение медленное, почти медитативное.
Она, кажется, терпеливо ждёт моего ответа, хотя мы оба прекрасно знаем, что означает этот «X». Это будет означать прямое нарушение мирового соглашения. Если я откажусь выполнять условия программы, я нарушу договор, и адвокаты Демьянова смогут затащить меня обратно в суд.
А судья в определённом настроении вполне может отправить меня за решётку.
Адвокаты Демьянова будут работать сверхурочно, не жалея сил и времени, чтобы найти именно такого судью. Они задействуют абсолютно все свои связи в судебной системе. Посадить меня в тюрьму — это превзойдёт самые смелые и тайные мечты Демьянова. Для него это была бы настоящая победа.
Я чувствую, как улыбка медленно расползается по моему лицу.
— Вы… серьёзно угрожаете мне?
Она выглядит искренне удивлённой, будто не ожидала такой реакции.
— Я просто спрашиваю, знаете ли вы точно, что будет в таком случае.
Я не верю ей. Она определённо угрожает мне возможной тюрьмой, пусть и завуалированно. У неё есть крошечная сфера власти надо мной, и она использует её как дубинку, не стесняясь. Это так чертовски… неожиданно. И в каком-то смысле даже впечатляюще.
Я медленно выпрямляюсь в кресле. Раньше я не воспринимал её всерьёз, относился к ней как к досадной помехе, но теперь — теперь да. Теперь она заслужила моё внимание.
Глава 9
Лиза
Он ухмыляется по-волчьи — великолепный и тёмно-опасный, будто хищник выжидает подходящий момент, мечтая о будущем нападении. В его взгляде что-то первобытное.
— Давайте продолжим наш тренинг, ладно? — говорит он с лёгкой усмешкой.