— Но ведь ты можешь заказывать разные вещи на популярных маркетплейсах, верно? С этого счёта суточных? — говорит он, явно уже всё продумав. — Ты просто заказываешь подарочные карты на нужную сумму и отправляешь их мне по электронной почте. Не волнуйся особо, настоящая Анна уже делала такое раньше, когда я оказывался в трудном финансовом положении. Схема проверенная.
— Но тогда они же подумают, что я ворую деньги компании, — возражаю я.
— Что ж, это уже твоя проблема, а совсем не моя, — равнодушно отвечает он. — Подарочные карты должны быть в моём почтовом ящике ровно к десяти утра, каждый божий день отныне и впредь. Или тебе конец, понятно? Я сейчас пришлю тебе адрес электронной почты. — И он резко вешает трубку.
Я тупо смотрю на высветившееся сообщение «звонок завершён» на экране телефона, а мой пульс просто сходит с ума. Господи, что же мне теперь делать?
Я немедленно звоню настоящей Анне в Китай. Она отвечает явно сонным голосом, но, когда я подробно рассказываю ей, что именно требует её бывший, она просыпается практически мгновенно.
— Ух ты, блин, — протягивает она. — Прости меня, пожалуйста. Он действительно такой подлый кусок дерьма, я же предупреждала.
— Что мне теперь делать, Аня? — спрашиваю я почти в отчаянии. — Он правда это сделает? Реально сдаст меня руководству, если я не заплачу ему?
— Прости меня очень, — виновато говорит она. — Павел на самом деле способен на многое плохое, когда дело касается денег. Он вообще не самый хороший парень по жизни. Я лично в порядке, могу притвориться дурочкой и сказать, что ничего не знала, но вот тебе придётся либо срочно исчезать оттуда, либо всё-таки платить ему. Хотя, наверное, в итоге всё будет нормально как-нибудь.
— Что конкретно это значит — «наверное, будет нормально»? — не понимаю я.
— Ну просто он постоянно на мели сидит, это его обычное состояние — так что он был бы полным дураком, если бы сам убил свою курицу, которая несёт золотые яйца, — рассуждает она философски.
Я вешаю трубку, совершенно не чувствуя себя успокоенной от этих слов. Моя тщательно сплетённая сеть лжи начинает ощущаться как затягивающаяся петля на моей собственной шее.
Я на какое-то мгновение даже думаю признаться во всём Прохору, рассказать правду, но как я могу так поступить? Это ведь означало бы немедленно бросить весь проект, предать моих друзей и соседей. К тому же, если честно, я совсем не готова сейчас положить конец этому времени, проведённому с Прохором. Я пока не знаю точно, что всё это значит для меня, но я определённо не хочу уходить от всего этого прямо сейчас.
Но если я всё-таки останусь здесь, мне неизбежно придётся платить этому мерзкому Павлу. Конечно, я вполне могу обойтись и без суточных на еду — я уже так делала раньше, когда было совсем туго. Но отдавать абсолютно всё ему просто так кажется настоящим воровством у компании.
Я возвращаюсь к бару и быстро нахожу там Анатолия. Он заботливо покупает мне бокал игристого шампанского, я залпом его выпиваю до дна, а потом уже сама покупаю ему выпивку в ответ.
Алкоголь постепенно придаёт мне какую-то искусственную уверенность в себе. Я как-нибудь решу эту проблему, убеждаю я сама себя. Может быть, всё ещё может получиться хорошо.
Я решительно выхожу на переполненный танцпол и начинаю танцевать, как безумная.
Глава 19
Прохор
Я просыпаюсь на рассвете, полный энергии и желания двигаться, и отправляюсь на утреннюю пробежку по парку. Воздух свежий, город только начинает просыпаться.
Обычно я перестаю думать о женщине, как только она исчезает из виду. О чём тут вообще думать? Либо я провожу время с женщиной — мы разговариваем, едим или приятно проводим время вместе, — либо я занимаюсь другими делами, которые её никак не касаются.
Разговоры, еда и секс не требуют лишних размышлений и переживаний. Нет решений, с которыми нужно бороться, нет стратегий, которые нужно разрабатывать и продумывать. И я точно не стал бы предаваться воспоминаниям и прокручивать в голове прошедший вечер. Какой в этом смысл, честно говоря?
Но с Элизой все ставки сняты. Я бегу по знакомой тропе, проносясь под деревьями, собранными со всего мира, в каждом оттенке зелени, и вспоминаю мягкие вздохи удовольствия, умные глаза, смотрящие искоса. Волнение, которое я почувствовал, когда она ясно дала понять, что ей нравятся мои руки на ней. Тёплый, кокосовый шёлк её кожи под моими губами.
Я хочу, чтобы ты расстегнул их, пожалуйста.
Её сочетание нервозности и смелости определённо работает на неё — или, по крайней мере, на меня. Эта наивная уязвимость, смешанная со стальной решимостью, — арахисовое масло и шоколад в мире женщин. Редкое и притягательное сочетание.