Дарья думает, что мне нужна защита. Что я какой-то ущербный.
Я неловко сглатываю. Прежде чем я успеваю хоть что-то сказать, Иван спокойно говорит:
— Я его самый старый друг, — говорит он простодушно. — Если я не буду его подначивать, никто не будет. — Он поворачивается ко мне. — Поднос, который ты подарил нам на свадьбу? Помнишь? — Он выразительно кивает на него.
— О, — говорю я, стараясь изобразить узнавание. — Я так рад, что он вам нравится, — добавляю я. Поднос действительно изысканный, вероятно, стоит четыре цифры минимум, и я понятия о нём не имею. Это, конечно, работа моего помощника.
— Мы его просто обожаем, — искренне говорит Дарья. — Это самая любимая сервировочная посуда нашей семьи. И твой такой умный ответ на наше благодарственное письмо? — Её улыбка немного меркнет, становится натянутой.
Иван мягко улыбается, качая головой.
— У Прохора очень хорошие люди работают.
— Ну, — говорит Дарья примирительно. — В любом случае, мы его очень любим. — Ещё один короткий предупреждающий взгляд в сторону Ивана. Но не осуждающий, а полный тёплой любви. Она полностью на его стороне. Просто не хочет, чтобы он был слишком строг к старому другу. Она его поднимает, а он её.
— Мой помощник правда очень хорош в своём деле, — говорю я тихо. — Ей велено не беспокоить меня вообще ничем, кроме известий о смертях. — Неожиданное признание. Не знаю, почему я его вдруг делаю.
— Но ты, наверное, дал ей какие-то указания заранее, — осторожно говорит Дарья, — иначе как бы она вообще узнала про Ванины высокие корабли?
— Она бы просто посмотрела страницу Вани в социальных сетях и быстро во всём разобралась, — спокойно говорю я.
— Так, полагаю, это не ты лично подарил мне тот флаг-вымпел, — задумчиво говорит Иван.
Я слегка морщусь от неловкости.
Иван просто добродушно смеётся.
— Только ты бы додумался полностью аутсорсить свои дружбы, — говорит он без осуждения.
— Ну, если вам это подходит, — ярко говорит Дарья, стараясь сгладить момент.
Но ведь это значило бы так много больше, если бы я выбрал подарок сам. Говорят же, что важна мысль, но этот подарок — это всё что угодно, кроме моей личной мысли.
И тут одна из двойняшек, Вероника, ловко забирается Ивану на колени, берёт печенье и аккуратно обводит пальцем контур нарисованного корабля.
— Этот зелёный — мой, — серьёзно говорит она.
— Зелёный — её самый любимый цвет, — поясняет Иван, обнимая дочку. — Что мы сегодня делаем, Вероника? Что за игра у нас будет на десерт?
— Куда они все плывут сегодня вечером?
Оказывается, они всей семьёй придумали целую подробную игру с этим подносом, о существовании которого я даже не удосужился знать. Они все на стороне друг друга, воображают морские путешествия вместе, придумывают истории.
После довольно долгого ужина мы с Иваном выходим покурить хорошие сигары на его просторной террасе. Я очень хочу спросить, как именно он делает то, что делает, но, честно говоря, не могу даже сообразить, как правильно сформулировать этот вопрос.
— Мило, — осторожно говорю я. — У тебя действительно очень милая семья.
— У тебя всё в порядке? — прямо спрашивает он, внимательно глядя на меня.
— А почему ты спрашиваешь? — уклончиво отвечаю я.
— Ну, ты здесь. Не то чтобы тебе не рады, просто необычно.
— Может быть, я пришёл выведать секрет успеха твоих отношений, — полушутя говорю я.
Он долго смотрит на меня сквозь сигарный дым, и, кажется, наконец понимает, что это действительно мой настоящий вопрос.
— Отношения — это просто быть рядом, — говорит он просто. — Это всё, что ты можешь сделать. Быть рядом. Разговаривать. Держаться. Стараться изо всех сил.
Как совет, это звучит чертовски расплывчато и бесполезно.
— И всё? Просто быть рядом — это именно то, что обычно втягивает людей в разные неприятности.
— Нет, я про то, чтобы быть рядом эмоционально, — терпеливо уточняет он, будто я должен автоматически знать, что это, чёрт возьми, вообще значит.
В машине по дороге домой я много и долго думаю о том подносе и той игре, которую девочки из него сделали. Это явно что-то значило для них, и они наверняка чувствовали бы себя намного ближе ко мне — если бы я хотя бы знал, что именно я им подарил когда-то.
Я набираю номер своего личного консультанта по покупкам прямо по дороге домой в машине. Довольно поздно, но мне, честно говоря, совершенно плевать. Она наживает целое состояние, серьёзно накидывая цену на все вещи, которые находит для меня.