Именно поэтому она смогла сполна насладиться реакцией Пожирателей и егерей, которая лучше всего прочего подсказала ей, кто сейчас находился за ее спиной. Волшебники напротив посерели и спали с лица так стремительно, будто по школьной доске провели мокрой тряпкой, кто-то из егерей издал полузадушенный всхлип. Потрясенные Лестрейндж и Макнейр, менее всего готовые к подобной встрече и разом растерявшие всю самоуверенность, немедленно склонились в глубоких поклонах, не смея разогнуться, причем Макнейр мгновенно позабыл про боль в плече и даже не поморщился. Егеря вовсе попадали ниц на землю с выражением абсолютно животного ужаса на перекошенных лицах.
Зашуршала опавшая листва под чужими шагами. Вокруг царила мертвая тишина, нарушаемая лишь шумом неторопливо бежавшей реки. Больше оттягивать неизбежное смысла не было.
Медленно, точно окончательно смиряясь с судьбой, Миранда повернулась.
Самый опасный темный волшебник всех времен, страшный кошмар британских магов, тот, чье имя вот уже несколько десятков лет нагоняло ужас на людей, чье появление всегда сулило лишь страдания и смерть, откликнулся на ее зов. Высокий, худой, бледный, как смерть, лорд Волдеморт стоял в нескольких шагах от нее, обозревая развернувшуюся перед ним картину. Он был закутан в черную мантию с капюшоном, отчего белая иссохшая кожа казалась почти прозрачной, тонкогубое безносое лицо не имело ничего общего с человеческим. Красные глаза с вертикальными змеиными зрачками оглядели склонившихся перед ним слуг, скользнули по бесчувственной Тее и наконец уставились ей в лицо, из-за чего Миранда с трудом подавила дрожь. В них она не смогла прочитать ничего, даже узнавания, и на миг ее затопило волной абсурдного облегчения – вот было бы здорово, если бы он ее вовсе не узнал… Но с этой спасительной мыслью пришлось расстаться сразу же. Ее татуировка – не просто Черная Метка, это отдельный канал связи, и она была единственным человеком, кто мог связаться с Волдемортом таким образом. Из последних сил она заставила себя стоять на месте, поднять голову и встретить этот взгляд твердо. По меньшей мере, она очень на это надеялась.
– Ну надо же, какая встреча, – прошелестел холодный, нечеловеческий голос, пока его обладатель продолжал пристально ее изучать, и Миранда нисколько не сомневалась, что от этих полыхающих багровых глаз не укрылась ни одна мелочь в ее облике. – Что здесь происходит?
– Повелитель, вам не о чем беспокоиться, – немедленно заявил Лестрейндж слегка дрожащим голосом, осторожно распрямляясь. Макнейр последовал его примеру, в то время как егеря не смели лишний раз шевельнуться. Волдеморт в их сторону даже не смотрел, и Миранда была уверена, что он просто не посчитал их достойными своего внимания. Похоже, Пожиратели решили, что слова их господина адресованы непосредственно к ним, хотя Миранда ни на миг не усомнилась, к кому лорд Волдеморт обращался на самом деле. Тем не менее, она продолжала хранить молчание, предоставляя Макнейру и Лестрейнджу самим вести переговоры – в этот миг ее язык просто отнялся и точно присох к небу.
– Это две грязнокровки, скрывающиеся от закона, – поспешил внести разъяснения Макнейр, бросив на Миранду испепеляющий взгляд, и даже обличительно ткнул пальцем сначала в нее, потом – в Тею. – Мы хотели их арестовать, но они оказали сопротивление…
Бледный рот искривился в холодной, презрительной усмешке, когда самый известный темный маг столетия смерил оценивающим взглядом потрепанный, побитый после схватки вид своих приспешников, а также залитое кровью лицо егеря.
– Что же, теперь я понимаю, почему столько грязнокровок сейчас скрывается по лесам, и никто не в силах их поймать, – просвистел змеиный голос насмешливо. – Если вы вчетвером не смогли справиться с двумя девчонками!
– Простите, Повелитель! – в ужасе прошептал Макнейр, приобретая нежно-зеленый оттенок. Егеря, казалось, находились на грани обморока. – Мы подвели вас…
– Этого больше не повторится, – эхом вторил ему Лестрейндж. – Клянемся, мой Лорд, больше никогда…
– Я слышу это регулярно, – шипение усилилось, приобрело угрожающие интонации, от которых Миранду продирала ледяная дрожь, и она даже позавидовала бесчувственной Тее, которая этого всего не слышала. Судя по тому, как вздрогнули и одновременно отступили назад Пожиратели Смерти, они чувствовали себя ненамного увереннее. – Тем не менее, вы каждый раз находите новые способы разочаровать меня. Исчезните!
Кланяющиеся маги в черных мантиях, явно не веря в собственную удачу, поспешили выполнить приказ и мгновенно трансгрессировали. Егеря последовали за ними с некоторым опозданием – от страха их попросту парализовало, и соображали они с заметным трудом. Последовало друг за другом несколько хлопков, и все нападающие пропали. На миг Миранда даже пожалела, что они скрылись – теперь все внимание Волдеморта было сосредоточено на ней одной, и она вовсе не была уверена, что переживет эту встречу. Впрочем, она знала, на что шла. Она должна выполнить главное – спасти сестру…
– Развлекаешься, Миранда? – осведомился темный маг с сарказмом. Она чуть вздрогнула, когда он назвал ее по имени – этим она только что получила подтверждение, что Волдеморт ее прекрасно помнит, несмотря на все пролетевшие пятьдесят три года.
Миранда глубоко вздохнула, восстанавливая самообладание.
– Здравствуй, Том.
То, что эти слова были ошибкой, она поняла сразу – алые глаза полыхнули яростью, а холодный, высокий голос рассек воздух, как щелчок хлыста, из-за чего она дернулась, как от удара:
– Не смей так меня называть!
Спасибо, что за волшебную палочку сразу не схватился! Миранда на всякий случай посмотрела – в неестественно длинных белых пальцах тисовая палочка пока не появилась – и со всей возможной кротостью, понимая, насколько опасно его сейчас провоцировать, сказала:
– Прошу прощения. Я не хотела тебя оскорбить.
Пугающее ее багровое пламя в глазах никуда не пропало, но сам Волдеморт, казалось, слегка успокоился. Пронзительным немигающим взглядом он теперь внимательно рассматривал ее, и она даже отдаленно не могла представить, что именно он хотел в ней увидеть. Миранда теперь так же не сводила с него глаз, пытаясь в этом жутком змееподобном существе отыскать черты того, по кому она так сильно тосковала. Понятно, что внешнего сходства не осталось вовсе – тот Том Реддл, за которого она вышла замуж, физически погиб в Годриковой Впадине шестнадцать лет назад, а новое тело лорда Волдеморта лишь с огромной натяжкой можно было назвать человеческим. Но мелочи – взгляд, жесты, интонации, движения – должны были напомнить ей о том человеке, которого она любит! Они и напоминали – но исключительно того бессердечного, бесчувственного Тома Реддла, расколовшего свою душу, который всегда ее пугал. От того же человека, который стал ее мужем, в нем давно ничего не осталось.
И вроде бы она была морально к этому готова, точно знала, кем является лорд Волдеморт в ее времени. Но почему тогда сейчас ей было так больно?..
– Я полагал, что ты мертва, – произнес он наконец после продолжительного молчания.
– Лефевр решила, что убийство – это слишком скучно, – скрывать правду в этом случае Миранда не видела смысла. – Она прислала мне артефакт, который перенес меня обратно в мое время, в 1997 год. Это не было темной магией, и защитные чары ничего не выявили.
– Как она могла прислать тебе что-то, если всю неделю до своей смерти Лефевр гнила заживо в Тайной Комнате? – с раздражением спросил он, на что Миранда неохотно ответила:
– Она заранее наложила Империус на Бэгшота. Это Оуэн отправил мне ее посылку в нужный день.
Змееподобное жуткое лицо скривилось в надменной усмешке.
– Похоже, твоя мягкотелость в очередной раз вышла тебе боком, да, Мири?
Миранда отшатнулась, как от пощечины, когда он назвал ее домашним именем.
– Да, – чуть слышно прошептала она. – Ты был прав. Бэгшота нельзя было отпускать живым.
Повисло очередное молчание, пока Волдеморт неторопливо обходил ее по кругу. Миранда заставляла себя стоять спокойно, но все равно постоянно пыталась скосить глаза, чтобы не выпускать его из поля зрения. Черная мантия с тихим шелестом стелилась по земле, почти касаясь ее, и это до дрожи напоминало их первый разговор в Выручай-комнате.