Спохватившись, что эльф так и стоит у ее ног, Миранда постаралась сделать спокойное лицо, чтобы не выдать своего волнения.
– Большое спасибо, Тинки. Можешь идти пока, я позову тебя, если мне что-то понадобится.
С очередным глубоким поклоном эльф растаял в воздухе, а Миранда воровато уставилась на закрытую входную дверь, точно она в любой момент могла распахнуться, выпуская на улицу Нагайну, а потом глубоко вздохнула.
Надо рискнуть. Если сейчас ничего не получится, Волдеморту наверняка станет известно о неудачной попытке побега, и Миранде тогда можно будет только посочувствовать – он ее в порошок сотрет. Но как она должна поступить? Выполнить его волю, покорно сидеть здесь, ожидая своей участи, пока он будет шантажировать ее семью? Будь она в этом времени одна-одинешенька, как в 1945 году, она, наверное, осталась бы здесь, невзирая на страх, который ей теперь внушал бывший муж. Попыталась бы общаться с ним, чтобы хоть немного понять его логику… Он ведь явно что-то затеял, захвачен сейчас какой-то новой идеей, пока Пожиратели и егеря роют землю носом в поисках Поттера. Если раньше она еще могла заподозрить, что лорд Волдеморт из ее времени был просто кровожадным безумцем, то сейчас она совершенно отчетливо видела, что нет, он был в трезвом рассудке. А если бы не совершенно ненормальная, фанатичная одержимость убийством Гарри, она бы с уверенностью сказала, что до безумия ему пока далеко. Хотя Миранда даже отдаленно не могла представить, что он с собой сотворил и на какие ритуалы пошел, чтобы настолько утратить способность к человеческим эмоциям и чувствам.
Но ее семья… Нет, она не может поставить их под такой удар, не может снова поступить настолько эгоистично ради удовлетворения собственных желаний! При правлении Волдеморта Фросты не выживут, поскольку Амелия слишком важна для каждого из них. И добровольно позволить Волдеморту манипулировать Ричардом, чтобы она, Миранда, осталась жива – ну уж нет. Ее родные такого не заслужили.
Миранда бросила последний взгляд на стены, сложенные из серого речного камня, на перила крыльца и на дверь. Как она будет дальше без своей волшебной палочки, совершенно непонятно, но это тот случай, когда ради большего приходится жертвовать малым.
– Лени!
С тихим хлопком прямо перед ней возник верный пожилой эльф, служивший Фростам уже полторы сотни лет. При виде Миранды его глаза буквально вылезли из орбит, и он уже набрал воздуха в грудь, чтобы восторженно заверещать, но Миранда, одновременно хватая эльфа за крошечную ручку, торопливо велела:
– Перенеси меня домой, сейчас!
Она даже близко не представляла, какой у нее был запас времени, и нисколько бы не удивилась, если бы в эти секунды успело произойти что-то, что разрушило ее импровизированный план спасения. Но мир перед глазами привычно завертелся, грудную клетку сдавило, ее ноги оторвались от земли, а затем Миранда обнаружила, что они с Лени стоят за оградой поместья Фростов. Дом выглядел точно так же, как утром, и казался тихим и неподвижным, и двое Пожирателей привычно скучали в отдалении, и с неба начинал накрапывать противный мелкий дождик – словом, это был самый обычный день, точно ничего вовсе не произошло.
– Спасибо, Лени, – выдохнула Миранда, все еще со слегка диким выражением лица оглядываясь по сторонам и не веря, что ее безумная затея сработала. – Извини, что встретила тебя так резко, но время терять было нельзя…
– Молодая мисс вернулась! – завопил Лени счастливо и разразился рыданиями. – Молодая мисс жива! Хозяин и хозяйка места себе не находили, а младшая мисс плакала! Тот-Кого-Нельзя-Называть не убил молодую мисс!
– Пока еще нет, – пробормотала Миранда, испытывая ощущение дежавю, когда входная дверь распахнулась, и на крыльцо высыпали ее родные. Правда, на этот раз никто не торопился выбежать к ней навстречу, а вместо этого все таращились на нее с таким видом, будто на садовой дорожке объявился Гарри Поттер собственной персоной.
После первого эмоционального всплеска, удушающих, каких-то судорожных объятий, в которых она особенно отчетливо ощутила, как ее мать и сестру колотит нешуточная дрожь, после того, как Ричард на всякий случай провел проверку, чтобы убедиться, что перед ними на самом деле Миранда, а не самозванка, а потом так же сжал ее в объятиях, от которых у нее хрустнули ребра, ко всей семье, кажется, вернулась способность адекватно мыслить.
– Идти сама сможешь? – быстро спросил отец, окидывая ее с ног до головы профессиональным взглядом и уже поднимая волшебную палочку, чтобы провести диагностику. Миранда умом понимала, что ей ничего не грозит, но это движение так сильно напомнило диалог в доме у моря, когда она, перепуганная, беспомощно прижималась к стене, что сейчас она против воли сильно вздрогнула и сделала шаг назад. От семьи ее реакция не укрылась, и на родных лицах отразился целая гамма эмоций – от тревоги на лице Ричарда до полного ужаса на лице Амелии, которая зажала себе рот рукой.
– Бедная моя девочка…
– Я велю Лени перенести тебя в дом, – сказал отец медленно и спокойно, точно был уверен, что она сейчас начнет биться в истерике. – Мы должны узнать, как сильно ты пострадала…
– Я в порядке, – выдавила она, наконец-то сообразив, в чем причина их страха, и поспешила разъяснить. – В полном, клянусь! Меня не пытали. Ни одного Круциатуса, ни темной магии. Я совершенно здорова, только… перепугалась немного.
Воцарилось красноречивое молчание, когда все Фросты застыли и уставились на нее, явно не поверив собственным ушам. Амелия перестала тянуть ее к крыльцу, отец отступил немного, чтобы окинуть ее более внимательным взглядом, Тея больше не цеплялась за ее куртку. Воспользовавшись их замешательством, Миранда быстро спросила:
– Что происходило в мое отсутствие? Может, сова прилетала с требованиями, или здесь… кто-нибудь появлялся? Пап, ни на что не соглашайся! Меня не отпускали, я просто сбежала!
– Совы не было, как и… парламентеров, – произнес Ричард задумчиво, испытывающе глядя на нее. – Откуда Лени тебя вытащил? Из поместья Малфоев?
– Нет, не… совсем.
Повисло еще более многозначительное молчание, а затем отец спросил:
– Что лорд Волдеморт от тебя хотел? Помимо того, чтобы шантажировать меня?
Поскольку именно это объяснение Миранда собиралась использовать как самое простое и безопасное, она оказалась не готова к такой постановке вопроса. Тем не менее, она уже хотела спокойно ответить, что ничего неожиданного – выяснить, где Поттер, чем занимаются остатки Ордена Феникса – но тут же заметила, с каким выражением на нее смотрит отец. Тревога не прошла, но теперь там было что-то новое – что-то, похожее на… понимание.
Миранда вздохнула, когда поняла, откуда ветер дует.
– Что ты слышала из нашего разговора? – спросила она у Теи. – Что рассказала родителям?
– Все, что услышала, – очень тихо, почти шепотом ответила сестра, не сводя с нее затравленного, испуганного взгляда. – Ты сказала, что тебе требовалось время, чтобы подумать… А он… Сама-Знаешь-Кто… сказал, что это ты вызвала его. Что ты видишь в нем защитника…
В изнеможении она на миг прикрыла глаза. Восхитительно. Ну вот как Тею угораздило услышать именно ту часть разговора, которую уж точно стоило бы опустить? Затем медленно, чтобы не нервировать остальных еще больше, Миранда по очереди засучила рукава куртки и продемонстрировала родным чистые предплечья. Амелия вздохнула с облегчением, отец по-прежнему смотрел серьезно и внимательно.
– Я не Пожирательница Смерти, – сказала Миранда устало, быстро прикидывая, какой минимум правды можно открыть, а о чем лучше умолчать. – Я уже дважды отказывалась от предложения стать ею. Первый раз был три месяца назад, в августе, второй раз был только что. Макнейр и Лестрейндж, на которых мы натолкнулись в Ноттингеме, собирались не просто убить нас или схватить, они решили нас еще и изнасиловать, – Тея и Амелия синхронно ахнули, посерев, отец сжал зубы, и на челюсти заиграли желваки. – Я не успевала ничего сделать, ни отправить Патронуса, ни трансгрессировать. Но у меня был способ связи с… Ним, и я решила, что лучше пытки, чем изнасилование. Думаю, Волдеморта изрядно позабавило, что я обратилась за помощью к нему.