Тем не менее Ричард произнес неожиданное. Он не стал задавать никаких вопросов, а вместо этого сообщил:
– Я встречался с Кингсли Бруствером. Новостей мало, за исключением той, что в Ковентри накануне была убита целая семья волшебников по фамилии Лидс. Слышала такую?
Миранда отрицательно покачала головой.
– Найджел Лидс работал в Департаменте магических игр и спорта. Мы не были знакомы, но я не раз видел его в Министерстве. Он был магглорожденным волшебником, как и его жена. И у них было двое детей, которые в этом году обучались бы на третьем и четвертом курсе Хогвартса. Два сына.
Она застыла, борясь с дурнотой. Меньше всего ей хотелось услышать следующие слова отца, хотя Миранда и так точно знала, что за этим последует.
– Пожиратели Смерти ворвались в дом, в котором они прятались, и убили всех, – безжалостно продолжил Ричард. – В том числе и детей. Над домом оставили Черную Метку, чтобы маги вполне прониклись ситуацией и подумали, стоит ли идти против новой власти. Вероятно, завтра эта история появится в «Ежедневном Пророке» – даже интересно, в каком свете ее представят…
– Почему ты рассказал об этом именно мне? Чтобы не расстраивать маму и Тею еще больше? – поинтересовалась она безжизненным голосом.
Несколько секунд отец молча смотрел на нее.
– Знаешь, мне доводилось встречать магов, попадавших в руки Пожирателям Смерти. Чаще всего они нуждались в срочной целительской помощи, однако это не шло ни в какое сравнение с состоянием тех людей, которые столкнулись с лордом Волдемортом лицом к лицу, – наконец произнес он. – Даже замученные до полусмерти, они испытывали настолько огромный страх перед ним, что забывали о собственных ранах и о боли, поскольку их сознанием владел один лишь ужас. Больше того скажу, я знаю волшебников, чей боггарт приобретает облик лорда Волдеморта. И, знаешь… за все эти двадцать лет… я ни разу не встречал человека, который вернулся бы после столкновения с ним не напуганным до беспамятства, а совершенно спокойным и явно пытающимся что-то осмыслить.
От волнения Миранда даже вскочила на ноги. Он всерьез думает, что ее прельстило предложение стать Пожирательницей?! Хотя… А что ему еще остается думать?..
– Папа, я…
– Я не знаю, как проходил ваш разговор, и не собираюсь выпытывать у тебя подробности, – отец покачал головой. – Если тебе тяжело обсуждать случившееся так скоро, мы подождем. Но я подумал, что история Лидсов покажется тебе заслуживающей внимания, когда ты будешь… принимать решение.
Он поднялся, собираясь уходить. Миранда несколько секунд молча смотрела на него, а потом, когда отец уже почти дошел до двери, быстро спросила:
– За что Волдеморт тебя так не любит? – отец обернулся. – Он ведь тебя явно выделяет из толпы прочих орденцев… Почему?
На губах отца обозначилась слабая и не слишком веселая улыбка, и Миранда сразу заметила, что он даже не пытается отрицать ее слова.
– Ты ведь знаешь, что до того, как я женился на твоей матери, у меня был немного иной круг общения, – наконец заговорил Ричард. Он отошел к незажженному камину и облокотился о полку, и вид у него был странно удрученный. – Люциус Малфой, братья Лестрейнджи, сестры Блэк, Эван Розье, Филип Эйвери… Мы все учились примерно в одно время, принадлежали к чистокровным семьям, и у нас было свое закрытое сообщество, считавшее себя магической элитой. Вскоре после окончания Хогвартса люди, которых я знал с детства, стали один за одним присоединяться к лорду Волдеморту – кто-то шел по стопам родителей, кто-то из собственных убеждений, кто-то – просто потому, что его друзья поступали так же. И как-то само собой так сложилось, что такого же шага ожидали и от меня, причем как чего-то совершенно закономерного и неминуемого. Я же к такому понятию, как чистая кровь, всегда относился достаточно равнодушно. И, если вспомнить Сириуса Блэка, не я один… В общем, вставать в ряды Пожирателей Смерти я не торопился и именно тогда совершил поступок, который, вероятно, покажется тебе не слишком красивым. Дело в том, что я долгое время умалчивал о своей позиции, взглядах, чем ввел в заблуждение своих тогдашних друзей. Я продолжал встречаться с ними, уже зная, что мы с Амелией поженимся, и всей моей предыдущей жизни придет конец. Они же, уверенные, что я со дня на день присоединюсь к ним, вели себя достаточно открыто при мне и свободно обсуждали планы Волдеморта, называли имена его союзников, укрытия. Сейчас, конечно, это кажется непростительной глупостью с их стороны, за которую им сполна пришлось ответить перед своим повелителем. Но тогда нам всем было по двадцать с небольшим, а осторожность в таком возрасте свойственна далеко не всем.
Миранда медленно опустилась на стул, догадываясь, чем эта история закончится.
– В общем, когда после нашей с Амелией свадьбы стало ясно, что лорд Волдеморт намерен нанести нам визит, я не стал испытывать судьбу и пошел прямиком к Дамблдору. Но он потребовал доказательств, что я действительно готов помочь Ордену, а не являюсь подсадной уткой. И мы заключили сделку – я рассказал ему обо всем, что слышал от Пожирателей, а Дамблдор помог спрятать Амелию. Именно Дамблдор нашел для твоей матери то убежище в Тулузе.
– И, по всей видимости, полученные от тебя сведения Дамблдор использовал с умом, – сказала Миранда задумчиво.
Ричард кивнул.
– Благодаря им Ордену удалось сорвать Волдеморту крупную операцию, целью которой было окончательно подорвать силы Министерства. Закончилось это все сражением между Пожирателями и членами Ордена. Орден знал, что стычки не миновать, и успел подготовиться. Несколько Пожирателей в том бою были арестованы, несколько – убиты, включая Эвана Розье. Кажется, его убил Грюм… А мне именно тогда довелось столкнуться с лордом Волдемортом лицом к лицу. И, скажу тебе, если бы не превосходящие силы Ордена, вряд ли бы я сейчас стоял перед тобой. В бою один на один даже я не выстою против самого известного темного мага столетия, особенно если он твердо вознамерился меня убить.
– Почему ты никогда не рассказывал об этом? – спросила она, когда Ричард замолчал. – Ты защищал самого близкого тебе человека, спасал женщину, которую ты любишь, это можно понять!
– Я не стыжусь своего поступка. Но и не горжусь им, – отец пожал плечами. – Как это ни называй, а я все-таки предал людей, которых знал всю жизнь и которые мне верили. Пусть слово «верили» тут не совсем подходит, как и слово «предал», но все же. А ты как считаешь? Можно ли любовь считать достаточным оправданием для предательства?
========== Глава 6 ==========
май 1998 г.
Поначалу время тянулось невероятно медленно. Миранда была полна всем тем, что произошло в тот октябрьский день, а заодно тем, что рассказал ей отец, и теперь каждое утро она вставала со смутным страхом, что что-то должно произойти. А сколько раз она спрашивала себя, могла ли ее трансгрессия из дома у моря прямиком в особняк Фростов указать лорду Волдеморту путь к ней домой, способ обойти Заклинание Доверия! Ричард, прекрасно знавший о ее переживаниях, успокаивал дочь и твердил, что это невозможно, хотя стопроцентной уверенности Миранда в нем не наблюдала. От самого знаменитого темного волшебника столетия ожидать можно было чего угодно.
Однако нежданные гости в особняк Фростов так и не заявлялись, дни тянулись один за одним, складываясь в недели, в месяцы, и снедавшее ее тревожное ожидание постепенно сменялось тягостным недоумением. Чем больше времени проходило, тем больше Миранда укреплялась в мысли, что явно чего-то не понимает. Она так боялась этого момента, страшилась встречи с Томом пятьдесят лет спустя – и все эти сомнения и терзания были ради… вот этого? Чтобы она и ее семья сидели дома так же, как раньше, словно ничего особенного вообще не произошло? Он просто выбросил ее из головы, так, что ли?!
Но поверить в это ей так и не удалось. Возможно, себе на беду, но она слишком хорошо знает этого человека. Знала. И если Том Реддл в самом деле махнул рукой на такой факт, как внезапное воскрешение жены, да еще оказавшейся дочерью предателя Ричарда Фроста, то она – Селестина Уорлок…