В дверь нетерпеливо застучали. Миранда быстро подхватила с покрывала письмо и конверт, бросила их в ящик стола и только после этого открыла. На пороге нетерпеливо переминалась с ноги на ногу Тея. Судя по ее приподнятому расположению духа, Драко ей написал что-то приятное и даже смог слегка развеселить – Тея на время отвлеклась от мыслей о скором суде над всем семейством Малфоев.
– Ты идешь? – бодро поинтересовалась она и закатила глаза, разглядев на Миранде домашние джинсы и футболку. – Мерлин, ты даже не собиралась! Долго тебя еще ждать?
– Я… Знаешь, не жди меня, – внезапно решилась Миранда. – Я бы хотела сегодня отдохнуть. За последнюю неделю мне уже два человека сказали, насколько плохо я выгляжу. Так что устрою себе выходной, хорошо?
Младшая сестра недоверчиво прищурилась, рассматривая горевшие лихорадочным румянцем щеки Миранды.
– Ну… ладно, – наконец произнесла она, и Миранде невооруженным взглядом было видно, что Тея ей не поверила ни на йоту. – Конечно, ты столько работала, что заслужила день отдыха. Я скажу твоим гриффиндорцам, что тебя сегодня не будет.
– Спасибо!
Тея ушла, а Миранда чуть помедлила, восстанавливая дыхание, а затем решительно направилась к шкафу. Будь что будет.
Переодевшись в летнюю светло-зеленую мантию, она взяла с собой сумочку, на которой несколько месяцев назад тренировала Чары незримого расширения, убрала в карман письмо и спустилась на первый этаж. Мама уже уехала, и Миранда, взяв щепотку Летучего Пороха, шагнула в камин и отчетливо произнесла:
– Косой Переулок!
Изумрудное холодное пламя перенесло ее в магазин «Флориш и Блоттс». До учебного года еще было далеко, и народу в книжной лавке, да и на улице было не очень много. Сжимая в пальцах сумочку, Миранда быстрым шагом вышла на залитую солнцем мостовую и направилась к белоснежному зданию банка, возвышавшемуся над маленькими магазинчиками. По дороге ей повстречалось несколько знакомых лиц, и со всеми она приветливо здоровалась, обмирая внутри каждый раз, когда кто-то звал ее по имени. Ей казалось, что абсолютно все догадываются, зачем она идет в банк, и потом все до одного смогут рассказать мракоборцам, что встретили Миранду Фрост рядом с Гринготтсом в тот самый день, когда оттуда забрали наследие Волдеморта.
Пройдя через двойные двери, она очутилась в прохладном мраморном вестибюле и нерешительно направилась к стойке, за которой сидели гоблины. Каблуки ее туфель, кажется, оглушительно цокали об пол, и она нервно озиралась по сторонам, в любой момент ожидая, что вот-вот на нее выскочит отряд мракоборцев. Мерлин, нужно было взять с собой ключ от их семейного сейфа! Как только что-то пойдет не так, можно было бы достать его, помахать в воздухе и заявить, что они все неправильно ее поняли…
– Миранда, привет!
Она подскочила как ужаленная, в панике едва не навернулась на блестящем полу и завертела головой по сторонам. Обнаружила неподалеку Симуса Финнигана в компании с матерью, которые следовали за гоблином к дверям в конце зала – там начинался спуск к сейфам. Симус, который выглядел несравнимо лучше с тех пор, как его перестали мучить Кэрроу, весело помахал ей, Миранда махнула рукой в ответ, старательно сохраняя на лице фальшивую улыбку.
– Чем могу помочь? – проскрипел голос слева от нее, и Миранда повернула голову. Гоблин за стойкой оторвался от гроссбуха и весов с мерцающими драгоценными камнями и теперь с неодобрением взирал на нее – ходят тут всякие, отвлекают от работы, только время отнимают.
– Вот, – она вытащила письмо из мантии. – Оно подписано вашим коллегой, Бодригом.
На упоминании имени гоблин поскучнел окончательно.
– Примите мои соболезнования, – произнес он совершенно равнодушно. Миранда машинально кивнула. – Я провожу вас.
Он выбрался из-за стойки, и теперь высокая Миранда возвышалась над ним, как Александрийский маяк над островом Фарос. Гоблин засеменил к двери слева от стойки – не к той, где находилось хранилище.
Убранство за ней оказалось таким же, как в основном зале – те же мрамор и дерево. В широком коридоре тянулся ряд одинаковых дверей – должно быть, кабинеты и служебные помещения. Гоблин довел Миранду до предпоследней и, не попрощавшись, ушел. Миранда осторожно постучала.
В просторном кабинете внезапно оказалось душно и очень тесно: из мебели были только письменный стол, два стула, а остальное пространство занимали шкафы, сверху донизу набитые свитками пергамента. Этими же свитками был завален стол, за которым едва можно было разглядеть самого гоблина Бодрига. Через окно падал солнечный свет, в котором кружились пылинки. При появлении Миранды пожилой гоблин за столом – такой же черноглазый, с неестественно длинными руками – кивнул ей в знак приветствия и указал на стул для посетителей. Миранда послушно села и протянула ему конверт. Гоблин надел очки и бегло проглядел письмо глазами. Миранда в это время незаметно рассматривала клерка – в контрасте с белой рубашкой его желтоватая кожа приобрела какой-то болезненный цвет.
– Соболезную вашей утрате, миссис Реддл, – наконец проговорил гоблин Бодриг, откладывая письмо. Эти слова ему удалось произнести с большим участием, чем его коллеге. Наверное, у него просто входит в обязанности актерское мастерство, если он выполняет обязанности нотариуса. – Приносим свои извинения за столь долгую задержку. Однако в связи с последними событиями Министерство проверяет все предметы и артефакты, покидающие банк – как из ячеек, так и в составе наследства. Усиленные меры безопасности…
– Но разве делами наследства не занимается именно Министерство?
– Обычно – да, – Бодриг презрительно скривился, демонстрируя все свое отношение к магическому правительству, которое постоянно лезло в дела гоблинов. – Но в свете событий двухмесячной давности дел, связанных с наследованием имущества, стало очень много, и немалая часть имеет отношение к преступной группировке, носящей название «Пожиратели Смерти». В битве за Хогвартс погибло много волшебников с обеих сторон, почти у всех остались наследники. Среди Пожирателей Смерти были преимущественно чистокровные волшебники из очень древних богатых родов, и большая часть их сокровищ находится именно в Гринготтсе. Мракоборцы проверяют их сейфы на наличие темной магии и запрещенных артефактов, прежде чем передать во владение наследников. И Министерство сейчас куда больше занято делами Пожирателей Смерти, предоставив нам, гоблинам, разбираться с завещаниями прочих волшебников.
– Простите, а… – Миранда вздохнула и задала мучивший ее с момента получения письма вопрос. – Вы уверены, что здесь нет никакой ошибки? То, что откуда-то взялось завещание мистера Реддла, то, что он оставил что-то мне…
– Никакой ошибки, – категорично заявил гоблин, кажется, даже слегка обидевшись. – Вы хотите сказать, что вы не миссис Реддл?
– Я миссис Реддл, – с какой-то обреченностью призналась Миранда.
– Вот именно. В списках Пожирателей Смерти, – Бодриг придвинул к себе свиток пергамента, лежавший в углу стола, и развернул, не забыв нацепить на нос очки, – фамилия вашего супруга не значится! Значит, никакой ошибки, и завещанием вашего супруга занимаемся именно мы!
– Конечно, – пробормотала Миранда, все еще не придя в себя от последнего заявления. Хах, с технической точки зрения гоблин сказал чистую правду – сам Волдеморт действительно не являлся Пожирателем Смерти. Так вот почему он решил воспользоваться старой фамилией? Чтобы избежать пристального внимания мракоборцев в случае, если что-то пойдет не так, и победить ему все же не удастся? Выходит, он все-таки рассматривал подобную возможность?..
– Если других вопросов у вас нет…
– Простите, есть, – заявила Миранда торопливо. На грубом лице гоблина отразилась покорность судьбе – тупость клиентки его явно начинала раздражать. – Вы не помните, когда именно мой… муж составил это завещание? Он ведь, наверное, должен был прийти сюда?
Впервые за весь разговор Бодриг казался недоумевающим. Он нахмурился, явно силясь что-то вспомнить, и устало коснулся длинными пальцами переносицы, точно у него внезапно разболелась голова.