– А ты собираешься сразиться с ними в одиночку? – спросила Миранда резко. – Слишком рискованно!
– Я справлюсь.
– Том…
– Инкарцеро!
Она не была готова к подобному, и заклинанием ее отшвырнуло на пару шагов назад, а веревки плотно охватили руки и ноги. Потеряв равновесие, она упала на пол, больно ударившись плечом.
– Реддл!..
– Скоро вернусь, – пообещал он невозмутимо, шагнул за порог и захлопнул за собой дверь. Миранда услышала, как он произнес очередное заклинание, и дверь надежно запечатало.
Мерзавец! Что он себе позволяет?! Как он посмел бросить ее тут связанной?! Да они убьют его! Он один против четырех опытных магов! Реддл хорош в бою, спорить нельзя, но и он не всесилен! Связанными руками она кое-как дотянулась до упавшей волшебной палочки и разрезала на себе путы. Едва обретя возможность двигаться, она бросилась к двери, но вскоре поняла, что Реддл использовал на ней что-то куда более мощное, чем обычный Коллопортус. Она перепробовала все известные ей отпирающие заклинания – не сработало ни одно. Черт возьми…
Испытывая все большую тревогу, она подбежала обратно к окну. Высокая темноволосая фигура в школьной мантии широким шагом направлялась к берегу озера, где все еще виднелись сторонники Гриндевальда. Они никуда не торопились, ждали…
Миранда изо всех сил вцепилась в подоконник, так, что костяшки пальцев побелели. Им нужна она, не Реддл. Он уже помешал им на Рождество, когда вмешался и спас ее. Он помеха, досадная случайность и свидетель. Он не нужен им живым, и он не справится с ними в одиночку.
Я не хочу, чтобы он погиб.
Решение было принято. Миг – и на подоконнике сидит глянцево-черный ворон. Еще миг – и птица выпорхнула на улицу. Расправила крылья и полетела к озеру.
========== Глава 28 ==========
Путь до озера пролетел быстро, и Миранда опустилась на голую ветку тополя у воды. Ей не слишком нравилось, что при свете дня на фоне белых окрестностей черный ворон был особенно заметен, но люди неподалеку были слишком заняты своим диалогом, и ее появление осталось незамеченным.
Когда Реддл приблизился, одна из темных фигур – самая высокая и долговязая – сняла капюшон, и Миранда без особого удивления узнала француза Этьена. Затем лицо открыл и знакомый Гнусавый, известный в миру как Тодор Добрев. Миранда с удовлетворением отметила свежий шрам, перечеркнувший его лицо наискосок. Остальные фигуры лиц не открывали – наверняка очередные инферналы, или кто это… Малькольм Дэвис лежал неподалеку в снегу, и Миранда ощутила озноб, разглядев неестественно изломанные руки и ноги. Лицо когтевранца было белее снега, на котором он лежал; кажется, он потерял сознание от боли. Так неизвестная магия заставила его пробежать от замка до озера на сломанных ногах с отбитыми внутренностями? Мерлин, а если он не выживет?!
– Признаться, мы рассчитывали увидеть не тебя, – обратился Этьен к невозмутимому Реддлу, остановившемуся в нескольких метрах от них. Слизеринец выглядел спокойным и сосредоточенным, между бровей залегла чуть заметная вертикальная складка. – Зачем ты пришел?
– Стало любопытно, – Реддл пожал плечами. – Зачем она вам сдалась? Столько сложностей – выманить из школы Дамблдора, заколдовать за короткий промежуток времени толпу студентов, натравить их на Соммерс, сыграть на ее чувстве благородства, чтобы она сама вышла к вам… Да еще ваш хозяин, которому ради этого пришлось перенестись в Британию! Зачем?
– Хватит болтать! – прорычал Добрев, теряя терпение. – ЛаКруа, мы и так слишком много времени потратили на эту глупость! Мальчишка не справился с заданием, это очевидно! Где путешественница во времени?!
Этот вопрос повис в точно застывшем воздухе, и Миранда судорожно вздохнула. Сердце упало куда-то в живот. Этьен оставался совершенно спокоен, прочие марионетки так и стояли без движения, а в лице Тома на долю секунды что-то дрогнуло. Более ничем он своей растерянности не выдал.
– Кто? – переспросил он бесстрастно.
Гнусавый взглянул на него, и испещренное рубцами лицо оскалилось – должно быть, эта гримаса показывала его веселье. Этьен усмехнулся.
– Ну надо же… – протянул Добрев задумчиво. – Так ты ничего не знаешь, да? Защищаешь ее, лезешь ради этой девки из будущего под огонь, а она при этом водит тебя за нос? Что же, интересно знать, она тебе наврала?
– Подобные перемещения во времени невозможны, – отрезал Том вроде бы спокойно, но Миранда успела достаточно его изучить, чтобы увидеть, что он зол. Зная Тома, нетрудно догадаться, что теперь его гнев направлен и на нее тоже – за ложь, за то, что кто-то посмел заявить, что он ее защищает… – Она здесь уже полгода. Маховик времени на подобное не способен.
– А никто и не говорит, что она использовала Маховик, – пожал плечами Этьен. – Здесь задействована совершенно другая магия.
Реддл окинул его оценивающим взглядом и демонстративно прислонился к стволу дерева.
– Может, объясните? Какая же магия подвластна Соммерс, раз она смогла совершить скачок во времени?
Добрев хотел было ответить что-то резкое, но Этьен внезапно взмахом руки остановил его и посмотрел на Реддла с интересом. Было очевидно, что ему на ум пришла какая-то новая мысль.
– Девчонке никакая особенная магия неподвластна. Дело в том, что это мы выдернули ее из своего времени, – на этих словах Миранда чуть не рухнула с ветки, изо всех сил вытягивая шею в направлении говорящих, а Этьен продолжил. – Есть специальный ритуал, позволяющий переносить людей из одного времени в другое. Он довольно сложный, специфический и под силу только… очень ограниченному кругу лиц. В вашей стране о таком не слышали. Они называют этот ритуал Призывом. Одна наша знакомая его провела, и вот твоя подруга очутилась в 1944 году.
– Почему именно она?
– Совершенно случайно, – объяснил Этьен охотно. – Видишь ли, ритуал нацелен не на конкретного человека, а на определенный час и минуту. Мне неизвестны все тонкости, но работает он следующим образом: в момент проведения ритуала магия проносится сквозь время и отыскивает волшебника, который ровно в эту секунду, только в своей эпохе, должен был умереть. Нередко, когда смерть подкрадывается внезапно и у волшебника остаются доли секунды лишь на то, чтобы осознать, что сейчас произойдет, у него происходит стихийный магический выброс – несознательный, направленный только на то, чтобы спастись. Ритуал Призыва же блокирует этот заряд магии в волшебнике, усиливает его и проносит мага сквозь время, прямо к вызывающему.
Из этих объяснений Миранда поняла далеко не все, а вот Реддл, кажется, следил за мыслью без труда.
– То есть теперь Соммерс – навроде живого артефакта, обладающего большим запасом магической энергии?
– Не просто большого, а, по сути, громадного, который, к тому же, девчонка не может использовать сама, – поправил его Добрев и мерзко улыбнулся. – И есть люди, которые знают, где хотели бы применить эту магию. Всего-то и надо, что…
– Тодор! – окрикнул его Этьен, не дав, видимо, проболтаться о самом важном. Миранда чувствовала, как ее горло стискивают ледяные пальцы тревоги – с одной стороны, ей было необходимо знать, что с ней намеревались сделать похитители, а с другой – едва ли в ее интересах, чтобы Волдеморт об этом знал…
– Из какого же времени вы ее выдернули? – спросил Реддл задумчиво, на что Этьен развел руками.
– Не имеем понятия. Ритуал был проведен в два часа пятьдесят три минуты пополудни – и перенес он к нам волшебника, который должен был умереть в два часа пятьдесят три минуты пополудни. Это мог оказаться маг из Древнего Рима или из двадцать второго столетия – заранее не угадаешь. Но Призыв – крайне сложный ритуал, и все же в чем-то наша колдунья ошиблась. Девчонку перенесло не к нам, мы надолго потеряли ее из виду…
– Значит, вы собираетесь доставить ее Гриндевальду? – поинтересовался Реддл как бы между прочим, на что Этьен усмехнулся и покачал головой.
– Наш господин в курсе происходящего, но ритуал Призыва, поиски девчонки из будущего – это… скажем так, не его сфера интересов на данный момент. Собственно, открою тебе тайну – в Корнуолле был вовсе не он. Оборотное зелье творит чудеса…