– А еще? – Миранде показалось, что от напряжения у нее свело скулы.
– Не помню…
– Оуэн, вспоминай! Это очень важно! – взмолилась она, на что Бэгшот отреагировал неадекватно. Схватив ее за плечи, он резко встряхнул ее, делая больно. Не ожидавшая подобной агрессии, Миранда даже не успела вытащить волшебную палочку. Хватка Оуэна была грубой даже несмотря на мантию, и теперь наверняка на руках останутся синяки.
– Аларте Аскендаре!
Заклинание отбросило Бэгшота от нее с такой силой, что тот перевернулся в воздухе и отлетел на несколько шагов в сторону. Миранда машинально дотронулась до ноющего плеча, перевела взгляд и, к большому удивлению, обнаружила в нескольких метрах от себя Эвана Розье, чья волшебная палочка по-прежнему была направлена на Оуэна. Миранда сразу потянулась за своей, готовая к атаке, но Розье по-прежнему держал на прицеле когтевранца и на нее даже не смотрел.
– Уходи к себе, Бэгшот, – распорядился он негромко. Оуэн медленно поднимался на ноги, его мантия слегка сбилась, и на черной ткани появились грязно-серые разводы от пыли на полу. Он казался испуганным. – И не распускай руки, чтобы в следующий раз их тебе не оторвали.
Когтевранец тяжело дышал и смотрел на Розье с острой неприязнью, но напасть в ответ не пытался. Затем он перевел взгляд на Миранду, и в серых глазах промелькнуло раскаяние за свою вспышку.
– Извини меня, – пробормотал он и быстрым шагом пошел прочь. Миранда теперь наблюдала за Розье, который весь вечер находился неподалеку от нее: вместе с прочими слизеринцами он после ужина готовился в библиотеке к контрольной по Защите от Темных Искусств. Розье дождался, пока Оуэн скроется за углом, и только после этого убрал палочку. На Миранду он посмотрел без особой симпатии.
– Ты в порядке? – спросил он бесцветно. Говорил Розье подчеркнуто вежливо, и было как-то совершенно очевидно, что ей на помощь он пришел не по собственному желанию.
– Да, – с губ рвался вопрос, почему он вдруг решил за нее заступиться, но ответ и так был очевиден. – Вы теперь постоянно ходите за мной по пятам?
– Том попросил за тобой присматривать, – холодно отозвался Розье, и взгляд у него стал колючим, злым.
Миранда кивнула, подумав, что нет смысла провоцировать его. Понятно, что никто из этих слизеринских снобов не пришел в восторг от приказа приглядывать за наглой гриффиндорской полукровной выскочкой. Но в груди вдруг разлилось тепло от того, что Том решил проявить о ней заботу – пусть и интересы у него могли быть исключительно корыстные.
– Ты ведь слышал, что сказал Оуэн? – спросила она спокойно. Было ясно, что Розье взялся в этом коридоре в самый ответственный момент не чудом. Скорее всего, ждал за углом и вмешался, только когда это стало необходимо…
Эван взглянул на нее косо и кивнул.
– Можешь передать его слова Тому? – попросила она.
Розье снова кивнул.
– Спасибо.
Миранда быстро убедилась, что не выглядит растрепанной, и отправилась обратно к друзьям. Розье на некотором отдалении шел следом.
***
В субботу вечером Миранда отправилась в Запретную Секцию. Игнотиус, как и обещал, почти весь день провел на тренировке, команда вернулась в гостиную Гриффиндора в полуживом состоянии и сразу потопала в Большой зал, чтобы успеть чем-нибудь поужинать. Выглядели игроки такими замученными, что было непонятно, как они вообще ноги переставляют. Миранда же незаметно покинула башню факультета и поспешила в библиотеку, радуясь, что не пришлось врать Игнотиусу, чем именно она будет заниматься.
Изучая полки с самыми опасными и зловещими книгами, которые можно было найти в школе, она вдруг наткнулась на знакомую обложку – это был школьный экземпляр «Волхования», который, по всей видимости, когда-то читал и Реддл. Рядом стояла еще одна объемистая книга в поблекшем переплете черной кожи, которую Миранда видела впервые. Называлась она многообещающе – «Тайны наитемнейшего искусства» за авторством некоего Оула Буллока.
Буллок, Буллок… Что-то знакомое… Не его ли упоминала Вильгельмина Олливандер?..
Она вытащила древний фолиант с полки, пролистнула, вчитываясь в названия глав. Примерно на середине она ощутила, как взволнованно забилось сердце: вверху страницы шло знакомое слово «Крестраж». Наконец-то, спустя столько недель поисков! Воровато оглянувшись, она поскорее устроилась в дальнем углу читального зала. В библиотеке было пусто, тихо, и Миранда с интересом открыла книгу и углубилась в изучение.
Через пятнадцать минут она нервно огляделась по сторонам, чтобы снова убедиться, что она одна, и опустила голову. Ее движения стали отрывистыми, страницы Миранда перелистывала резко, угрожая порвать тонкую, потемневшую от времени бумагу. Она читала быстро, проглатывая текст кусками, из-за чего половина содержания ускользала от нее, и ей приходилось перечитывать заново. От потрясения, ужаса, отвращения ее начала колотить такая же дрожь, как вчера Бэгшота. Она нашла ответ на вопрос, который ее так волновал – и, Мерлин, Миранда вовсе не была уверена, что это то, что ей хотелось бы знать! Все было перед глазами – нужный ритуал, заклинание, способ отмены – просто готовое руководство к действию! Как Диппет вообще допустил, чтобы подобная мерзость находилась в школьной библиотеке? Да по сравнению с этим Буллоком безумный кровожадный Годелот казался милым и добросердечным человеком!
Он не мог этого сделать. Это отвратительно, противоестественно, гнусно! Теперь Миранда вполне понимала, почему Вильгельмина пришла от увиденного в такой ужас – тут и впрямь было чему ужаснуться. Как он мог? Зачем пошел на такое… уродство? Да, он боится смерти и сам сказал, что ищет способ ее обуздать, но… таким способом? Мерлин, но как так можно? Похоже, для Тома выражение «добиться своего любой ценой» существует только в буквальном смысле!
И несмотря на то, что Миранде всей душой хотелось верить, что Том не дошел до такого, холодный разум продолжал ей твердить обратное. Подобное вполне в духе Реддла. И, как покажут будущие события, она не ошибается. Получается, вот почему он не погиб, а только развоплотился в ту ночь, когда пытался убить Гарри?
Но она все равно не понимала, как он пошел на такое. Как может человек решиться на подобную гнусность? На подобное насилие над самим собой?
Дверь внезапно распахнулась, причем так резко, что у Миранды ни на миг не закралась мысль, что это мисс Андерсен пришла выгнать ее, чтобы закрыть библиотеку на ночь. Но, к ее еще большему испугу, на пороге показалась хорошо знакомая высокая фигура со значком старосты школы на отвороте мантии. После прочитанного спокойно находиться в присутствии Реддла Миранда уже не могла и сейчас ощутила, как кровь отхлынула от ее лица, как если бы ее застали на месте преступления. Отстраненно понимая, насколько подозрительно это смотрится со стороны, она все же поспешно положила поверх книги пергамент с каким-то старым эссе по Зельеварению, под которым рукою Слизнорта было выведено «П» с завитушками.
Однако Том почему-то не принялся сходу допрашивать ее и подозревать во всех смертных грехах. Она была уверена, что он пришел поговорить о вчерашних словах Оуэна, но, когда он приблизился к ней, Миранда с первого взгляда поняла, что Реддл пребывал в настоящем бешенстве. Радужка глаз была полностью багровой, что делало Тома пугающе похожим на его версию пятьдесят лет спустя, четко очерченные губы плотно сжаты и побелели от ярости, а тонкие ноздри хищно раздувались. Присутствие Реддла сейчас давило, не давало нормально вздохнуть, а его магия, казалось, запульсировала в воздухе, перекрывая доступ кислороду. Впервые она видела его в таком состоянии, и Миранда не сильно бы удивилась, если бы обнаружила в коридоре несколько трупов тех несчастных, кому не повезло попасться под руку разъяренному Волдеморту.
Мама, а ей-то что делать? Бежать? У нее, в отличие от Тома, крестража нету…