Реддл наконец-то перестал изображать безразличную ко всему статую и взглянул на нее удивленно, явно не понимая, насколько надо было обнаглеть, чтобы вот так явиться и вторгаться в его личное пространство без позволения. Но Миранда про себя уже твердо решила, что нельзя давать ему принимать абсолютно все решения в том, что касалось их отношений. И с ее мнением ему тоже придется считаться, и именно поэтому она решительно плюхнулась на землю рядом с Томом.
Некоторое время они сидели в молчании. Миранда смотрела на взволнованную поверхность озера, в которой отражалось небо, на первые травинки, пробивавшиеся из земли, на величественную громаду Хогвартса в стороне и думала о том, что давно не видела настолько мирной картины. Снова поднялся ветер и донес до них с квиддичного поля вопли зрителей, и это было единственным, что нарушало гармонию вокруг. Судя по тому, как чуть поморщился в этот момент Реддл, он думал о том же.
– Чем ты собиралась заняться после сдачи ЖАБА и окончания школы? – спросил Том внезапно. – Ты ведь хочешь стать целителем?
Миранда покосилась на него удивленно, но ответила:
– Ну, больше всего я рассчитывала найти этого мага-вудуиста и заставить его вернуть меня домой. Это в любом случае будет необходимо, ведь только в Хогвартсе я была в безопасности, но через два месяца мне придется его покинуть, и мои преследователи наверняка возьмутся за меня всерьез. Но если ты спрашиваешь в более глобальном смысле… То да, я всегда полагала, что после школы подам документы в больницу Святого Мунго и пройду обучение на целителя. Почему ты спрашиваешь?
– Я думал о том, чем займусь в будущем. Раз уж Диппет отказал мне в месте преподавателя, надо решать, что делать дальше, – сказал Том спокойно, и Миранда чуть вздрогнула. Жутковато было слышать эти слова от Волдеморта, хотя ей и было известно, что первая война с ним начнется в Британии лишь в семидесятых – то есть через целых двадцать пять лет.
– Что же ты надумал?
– Есть кое-какие… дела, которые нужно выполнить. Вряд ли это займет много времени, несколько месяцев максимум… А после я собираюсь отправиться в путешествие. Надолго, полагаю, что не меньше, чем на несколько лет, – заявил Реддл уверенно. – Сначала в Европу, оттуда в Азию, дальше – как получится… Я уже задумывался над этим, просто рассчитывал отложить эту поездку на какое-то время. Но, раз с преподаванием не вышло, можно будет поехать сразу же.
– Зачем тебе туда ехать? – удивилась Миранда. – Что ты рассчитываешь найти?
– Знания, разумеется, – Реддл бегло ей улыбнулся, почувствовав на себе пристальный взгляд собеседницы. – Я хочу больше знать о Темных Искусствах. Я много изучал их здесь, в Хогвартсе, я достиг больших высот, но ведь можно познать куда больше! Одно только похищение души и полное подчинение человека чего стоит, а ведь мы узнали о них из книги с краткими описаниями магических ритуалов других стран! Можешь представить, сколько всего можно узнать о разновидностях темной магии каждой народности непосредственно на их родине? Это же откроет столько возможностей!
В это мгновение он казался невероятно вдохновленным. О да, Темные Искусства действительно были его страстью – это было видно по тому, как взволнованно Том о них говорил, как эмоционально жестикулировал. Темные глаза горели неподдельным воодушевлением, и Миранда против воли им залюбовалась.
– Я полагаю, что и о целительстве можно узнать куда больше, если не зацикливаться на Святом Мунго, а поездить по миру, – добавил внезапно Реддл ни к селу ни к городу.
Миранда поначалу вообще не поняла, к чему это он сказал, а через несколько секунд от неожиданности у нее глаза на лоб полезли.
– Прошу прощения?
– Я предлагаю тебе поехать со мной, – заявил Том прямо, на этот раз повернувшись к ней и глядя ей в лицо. – Раз тебе так хочется быть целителем – пожалуйста. Но ведь ты можешь учиться и не здесь, правильно? Поизучаешь целительские практики других стран, это даже добавит тебе очков, когда ты снова вернешься в Англию. Впрочем, мне почему-то кажется, что ты не откажешься также и от возможности изучать Темные Искусства со мной…
– А как же мое возвращение домой? В мое время? – перебила его Миранда, таращась на Тома в полной растерянности. Мерлин, что за очередная безумная фантазия пришла ему на ум?
– Я не отпущу тебя туда, – заявил он без колебаний, и у Миранды отвисла челюсть. – Ты останешься здесь.
– Извини, а если я этого не хочу? – спросила она отрывисто, со смесью изумления и раздражения понимая, что он вновь уже все для себя решил, и ее собственное мнение приоритетным вовсе не являлось.
– А зачем тебе возвращаться в свое время? – ехидно осведомился Том, нисколько не смутившись. – Дальше воевать со мной? Из твоих слов я понял, что ситуация в твоем будущем складывалась для тебя не ахти, и я почти одержал победу. Так что тебя там держит? Хочешь продолжать бессмысленную борьбу уже после поражения?
Миранда задохнулась от негодования и уже набрала воздуха в грудь, чтобы разразиться очередной возмущенной речью, но Том внезапно предпочел сменить тактику. Вместо ожидаемых насмешек и угроз он вдруг совершенно спокойно сказал:
– Хорошо, допустим. Тогда скажи мне, чего хочешь ты сама? Что ты увидела в зеркале Еиналеж? Свое возвращение в будущее? – у нее вырвался чуть слышный всхлип, а Том продолжил, будто ничего не услышал. – И если бы у тебя был свободный выбор, что бы предпочла ты сама? Забудь сейчас на время о каком-то мифическом долге, обязательствах, чувстве благородства и прочей ерунде. Чего хочешь ты сама?
Она угрюмо молчала. Реддл снова обратился к запрещенному приему – давил на ее чувства, прекрасно зная, как сильно Миранда влюблена в него. Чертов манипулятор, который прекрасно знает, как правильно сыграть на ее эмоциях!
Думать об этом было… странно. За все это время Миранда ни разу всерьез не рассматривала возможность специально остаться в этой эпохе. Ее пребывание в сороковых годах было вынужденной мерой, все ее знакомство с Томом – случайным эпизодом, собственную влюбленность она воспринимала как ошибку. Но… остаться в этом времени? Добровольно отказаться от поисков, от возвращения домой? Ради чего?
Картина, увиденная в Зеркале Еиналеж, так живо предстала перед глазами, что от безысходности у нее заломило в затылке.
Интересно, каково это – слепо пойти на поводу своих желаний, не задумываясь о том, к чему это приведет?..
– Ну так что? – поторопил ее Том. – Представь себе, что нет никакой войны с лордом Волдемортом. Собственно, ее действительно нет, я ее еще не начал. Никто из твоих родственников и друзей даже не родился. Если подумать, то у тебя просто потрясающее положение: ты ничем не скована и свободна от любых обязательств! Можешь построить любое будущее, пойти по любому пути. Так скажи мне, Миранда, чего ты хочешь на самом деле?
– Ты отвратителен! – прошипела она.
– Почему? Потому что не трачу время на глупую мораль, от которой нет никакого толка? Брось, Миранда! В этом времени у тебя полная свобода выбора, чем немногие могут похвастаться, и я лишь помогаю тебе сделать его! Зачем тратить время на бессмысленные душевные терзания, которые сейчас, в 1945 году, не значат ничего? Тебя страшит лорд Волдеморт, это очевидно, но ведь все его деяния в будущем! Я не убил еще даже никого, кроме тех нескольких, о ком тебе и так известно!
Миранда обреченно вздохнула, признавая поражение.
– Так как? – голос Тома звучал вроде бы спокойно, но в нем все равно проскальзывал триумф. – Ты поедешь со мной?
– Поеду.
Он довольно улыбнулся, а Миранда, не удержавшись, съязвила:
– Хотя мне не вполне понятно, как ты собираешься путешествовать со всей толпой своих прихвостней. Тебе не кажется, что вы будете привлекать слишком много внимания?
Реддл вскинул брови.
– Я не собирался брать с собой никого из них. Зачем они мне там вообще нужны?
– А я тебе тогда зачем там нужна?
– С практической точки зрения – низачем, – Том поморщился, как от зубной боли, но затем все же договорил – медленно, тщательно подбирая слова, точно вовсе не был уверен, что это стоит произносить вслух. – Но я бы хотел, чтобы ты поехала со мной.