– Инна Анатольевна, подождите!
Инна оглянулась: ее догонял Сашка. Сердце опять подпрыгнуло, как козлик. Что за черт! Хотела легкого летнего романа, на тебе! Все как по заказу. Но она не планировала заводить адюльтер с мальчишкой. А что делать, если тянет к нему, как магнитом? «Терпеть и любоваться издалека, – упрямо повторяла про себя Инна. – Никогда мужу не изменяла, только разве что в мыслях, и сейчас не буду».
– Можно, я с вами пойду. Вдруг помощь понадобится.
– Для чего понадобится? Сообщить Михайловичу о гнезде диких пчел я и сама могу. Хотя... дорога общая, шагай.
«Зачем, идиотка, я это сказала?» – мысленно застонала она, но слово вылетело, не воротишь назад. Так рядком они и дошли до домика сторожа.
Огромный Полкан, хорошо знавший Инну, но не Сашку, увидел их издалека и оскалил зубы.
– Не бойся, он на цепи, – сказала Инна, уверенная в том, что, когда в лагере дети, Полкан привязан.
Она постучала в калитку. Не дождавшись ответа, просунула руку в щель, взялась за щеколду, подняла глаза и... осеклась: овчарка мчалась по двору к забору. Она грудью ударила в калитку, Инна отшатнулась, а Сашка мгновенно прыгнул вперед и закрыл ее собой.
Инна растерянно смотрела, как изо всех сил парень держит калитку, чтобы беснующаяся собака не выбежала и не набросилась на них. Ее морда была прямо перед лицом Сашки. Казалось, вот-вот она цапнет своими зубами. Горящее вонючее дыхание псины чувствовала даже Инна.
Наконец она вышла из ступора и уперлась в калитку, помогая юноше. О том, чтобы просунуть руку и закрыть дверку на щеколду не могло быть и речи.
– Полкан, на место! – из домика выскочил сторож, схватил собаку за ошейник и потащил к будке. – Извините, забыл его на цепь посадить.
– А если бы ребенок вошел? – воскликнула с упреком Инна, а воображение нарисовало картину: странная Леночка в поисках сочувствия и ласки, увидев дом, идет к нему. Медсестра невольно передернула плечами.
– Ты, Инна, не ругайся на старика. Полкан свободно гулял по территории, первый день, как лагерь заехал, я еще не привык его привязывать.
Михалыч огорченно смотрел на Инну и Сашку. Полкан, увидев расстроенного хозяина, опять заворчал и загрохотал цепью. Инна повернулась к Сашке.
– Ты как?
– Нормально. Неожиданно, конечно, но без катастрофы. Даже испугаться не успел.
– Он тебя не укусил?
– Нет, сетка мелкая, зубами не достанет.
– А ты Кирпичников хорош! – с восхищением похлопал парня по руке Михалыч. – Реакция отменная. Проходите, что встали.
Инна все еще не могла прийти в себя. Сердце колотилось, руки дрожали. Она, конечно, восхитилась реакцией парня и сразу вспомнила осторожного мужа. Костя никогда не вмешивался в чужие конфликты и останавливал Инну. Если он видел драку или другой скандал, всегда уводил жену и детей, когда они оказывались рядом, подальше, только потом вызывал полицию.
Они жили на первом этаже многоквартирного дома, рядом находились две распивочные, поэтому такие ситуации часто происходили прямо под окнами их квартиры.
– Как ты можешь? – возмущалась более горячая Инна. – Вышел бы на балкон, сказал им пару ласковых, они бы и исчезли.
– Да, согласен, возможно бы исчезли. Но перед этим разбили бы нам все окна.
– Зачем думать о крайностях? Большинство людей говорят в такой ситуации: «Извините», – и уходят.
– Ага. Разбежались! Это пьяные, заведенные дракой мужики перед тобой извиняться будут? Не дождешься.
– Все равно я тебя не понимаю, – сердилась Инна.
– Дорогая, мне подобных проблем и на работе хватает. Я не хочу решать их в домашней обстановке. Есть специальные службы, вот пусть они и занимаются.
– Ты сам такая служба! – сердилась Инна.
– Не такая. Разговор закрыт.
Как всегда, Костя оказывался прав: драчуны и скандалисты разбегались еще до приезда полиции, стекла их квартиры оставались целыми, только Инна дулась на мужа еще какое-то время.
То, что Сашка без раздумий закрыл ее от атаки собаки, говорило о его молодости и неопытности, но Инне было приятно. Сразу вспомнились книжки о рыцарях, которые она читала в юности. Они боготворили даму. Каждое ее слово было для них законом. И не важно, что все эти книги романтизировали образ рыцаря. Каждой женщине хотелось иметь рядом с собой такого человека, который ради нее и в огонь, и в воду...
Она вздохнула: как эти мечты далеки от действительности.
Инна передала поручение доктора Михалычу, попрощалась с Клавдией Ивановной.
– Пирожки-то попробовала? – спросила добрая женщина.