– Один на ходу. Вкусный. Очень. Весь день на ногах.
– Обижусь, если не съешь еще. И Сашку угости. Он заслужил.
Инна кивнула и пошла в медпункт. Сашка сделал два шага за ней, потом повернулся и направился к своему корпусу. Она остановилась и посмотрела ему вслед. Парень шел, выпрямив спину, как модель на подиуме. Широкий разворот плеч, тонкая талия, узкие бедра – в животе у Инны шевельнулось раскаяние. Ей стало неловко: парень ее спас, а она ведет себя как неблагодарная особа.
– Саша, – он оглянулся, – пошли пить кофе. Надеюсь, у нас будет минут пятнадцать спокойных.
В глазах красавца вспыхнула радость. Они потемнели и заискрились. Юноша догнал Инну и пошел рядом. Марина Дмитриевна была в изоляторе. «Надо же! На своем рабочем месте находится?» – удивилась медсестра.
– Марина Дмитриевна, кофе будете?
– Давай.
Инна включила электрический чайник, положила на рабочий стол квадратную салфетку и достала миску с пирожками. Аромат разлился по всему медпункту. Сашка неловко сидел на стуле, положив на колени крупные ладони, и следил глазами за Инной. От этого взгляда она чувствовала себя неуверенно, смущалась, как малолетка, которая впервые пришла на свидание.
– А это откуда? – доктор ткнула пальцем в пирожки.
– Клавдия Ивановна нас угостила.
В дверь просунулась кудрявая голова Светы.
– К вам можно?
– Заходи, и тебе чашка найдется.
Кофе помог сбросить напряжение дня. Никто не ломался, от пирожков не отказывался. Через пять минут на пороге показался Алик, тоже сел на кушетку. За ним прибежала уборщица Ира, разыскивая пропавшую Свету. И ее угостили. Наконец все наелись. Алик встал:
– Марина Дмитриевна, Инна, жду вас на планерке. А что за случай с укусами? Мне Оля рассказала?
– Все уже разрешилось, не волнуйся. Плохо территорию проверили, – успокоила его доктор. – Кстати, а обработку от клещей делали?
– Да, все по графику.
– Смотрите у меня. Лес рядом. Предупреди вожатых, чтобы следили за детьми. У меня вакцины мало. Придется детей с укусами в город возить. Сами знаете, как сложно машину найти в нужный момент.
Да, все это знали и каждый год ездили в лагерь, несмотря на трудности и заботы. Они самоотверженно любили эту работу и не боялись проблем.
***
Первые двое суток пролетели в таком же бешеном ритме. Все куда-то спешили, что-то делали, но таких происшествий, как в день заезда, больше не было. Жизнь пошла своим чередом: подъем, зарядка на спортивной площадке, завтрак, отрядные мероприятия, подготовка к вечернему конкурсу или концерту, обед, тихий час, полдник, общелагерный сбор на дело, ужин, вечерние процедуры и отбой.
Правда, на вторую ночь у пожилой посудомойки случился отек легких, и Марина Дмитриевна, которая купировала его, просидела рядом с ней всю ночь, боясь рецидива. Но все обошлось, зато Инна наутро отбивалась от любопытного Жени.
– Инна Анатольевна, расскажите, как вы купировали отек легких?
– Зачем тебе знать медицинские тонкости?
– Я уже залез в интернет, почитал специальную литературу, вот и интересно узнать, а как это можно сделать в походных условиях?
– Кровь можно пустить больному, – пошутила Инна, чтобы отвязаться от настырного мальчишки?
– Правда? Не может быть! А как? Вену разрезать?
– Слушай, Женька, отстань ты от меня, мне некогда. Я не купировала отек легких. Больной занималась доктор, вот сходи и спроси у нее, а от меня отстань.
Женька открыл рот, чтобы что-то сказать, как в дверь медпункта постучали. На пороге стояла все та же вожатая Оля. Опять у нее глаза блестели от слез.
– Что случилось? – испугалась Инна.
Девушка посадила мальчика, которого привела, на кушетку и позвала Инну в коридор. Это был все тот же черноволосый крепыш, который с укусами пчел ревел у нее в кабинете.
– Понимаете, я не знаю, что с ним. Но он странно ходит, враскорячку, а теперь, смотрите, – Инна перевела взгляд на мальчика, – видите, как он сидит?
Ребенок действительно занял вынужденное положение. Он сидел только на краю кушетки, вцепившись пальцами в дерматин, и боялся пошевелиться. Испуганные глаза смотрели то на Инну, то на вожатую, то на Женьку, который от любопытства чуть не подпрыгивал.
– А вы не спрашивали у него?
– Спрашивала, но он плачет и не отвечает.
– Женя, сбегай в отряд, приведи моего сына! – приказала Инна. – Оля, выйдите в коридор, может быть, мальчик вас стесняется.
Выгнав всех из медпункта, Инна подвинула стул к ребенку. Она погладила его по руке, успокаивая, потом спросила.
– Ты можешь мне рассказать, в чем проблема?
– Не могу. Я домой хочу, – заплакал мальчишка.
– Хорошо, я могу вызвать твоих родителей, но, думаю, они не обрадуются. Два дня только прошло, а их ребенка вернули из лагеря домой больного, да еще и без медицинского осмотра. Как тебя зовут?