– Мне страшно, – прижалась к медсестре Лена.
– Не бойся. Это обычное явление природы, – успокоила ее Инна, но и она чувствовала себя неуверенно. Хотелось вернуться в теплый корпус и закрыться на замок.
Ее пальцы, словно локаторы, принимали первые сигналы природы, и каждый волосок на руках, как маленькая антенна, улавливал электрические токи, пульсирующие в воздухе.
– Побежали? Я тебя к корпусу провожу, – предложила Инна.
Они сорвались с места и помчались наперегонки по пыльной тропинке. Медсестра сдала Леночку на руки дежурному воспитателю и вприпрыжку поспешила на звуки музыки.
Пробегая мимо забора, она вдруг почувствовала, как неистово колотится сердце. Инна остановилась и вгляделась в сумеречную густоту ветвей. Ей показалось, что она видит там очертаний человеческой фигуры, но она торопилась, поэтому не стала проверять. Да и страшно было до жути.
Уже подбегая к клубу, она поняла, что случилось что-то непредвиденное.
У дверей клуба творилось что-то странное. На улице было много народа, в основном мальчишки из первого отряда и работающая молодежь. В воздухе висело напряжение и, что называется, пахло жареным. То ли надвигающаяся гроза так повлияла на атмосферу, то ли и вправду народ был возбужден, но волнение охватило Инну. Последние метры перед клубом она уже бежала.
– Что случилось? – выпалила она, запыхавшись.
На нее никто не обратил внимания. Все что-то бурно обсуждали, возмущенно размахивали руками. Немного поодаль стояла Маша, вожатая из Леночкина отряда. Она держала за руку молодого человека, который приехал к ней в гости из города. Инна слышала, что это ее жених, но видеть парня ей до сих пор не доводилось, поэтому она бросила беглый любопытный взгляд.
Маша была расстроена. Она нервно топталась на месте и что-то быстро говорила своему жениху. Он смотрел в сторону и, казалось, ее не слушал. Инна направилась сначала к ним, но, увидев, какое злое было выражение лица у парня, быстро поменяла маршрут. Ввязываться в ссору влюбленных – неблагодарное дело.
– Леша, что случилось? – спросила она, подбежав к Свете и Леше, стоявшим у дверей клуба. Но поваренок посмотрел сквозь нее и отвернулся. – Света, ты можешь мне сказать, что происходит?
Но и подруга отмахнулась от Инны и, взяв Лешку под руку, повела его в сторону.
– Ничего не понимаю, – пожала плечами Инна и решительно вошла в клуб. Она немного обиделась на друзей. Неужели нельзя рассказать?
Сердце гулко колотилось в груди. Откуда-то появился страх. Он становился все гуще и обволакивал все внутренности леденящим холодом. Ощущение опасности нарастало. В зале царил дискотечный полумрак. Вяло крутился под потолком шар из зеркальных пластин и разбрасывал по стенам радужные блики. Вдоль стен сидели и стояли дети из старших отрядов. Именно для них и устраивалась эта дискотека.
К Инне кинулся Алик.
– Наконец-то ты пришла! Иди, успокой Сашку, – скороговоркой протрещал он. – Иначе сейчас драка начнется, а директриса потом закроет клуб на несколько дней.
– Какая драка? Ты, о чем? Сашка самый мирный человек из всех, кого я знаю.
– Ага! Видела бы этого мирного сейчас.
Инна огляделась, но в полумраке никого рассмотреть не смогла.
– Ты мне можешь членораздельно объяснить, что случилось?
– Сама разберешься. Не до тебя сейчас.
Алик побежал в сторону сцены, а из микрофона донесся голос Сашки:
– Молодой человек, покиньте, пожалуйста, клуб. Дискотека не начнется, пока вы не уйдете.
Инна нервно оглянулась, не понимая, к кому относятся эти слова. Сзади стояли, прижавшись друг к другу, Маша со своим женихом, а больше никого не было. Инна догнала Алика.
– Слушай, кого он выгоняет?
– Да, вот этого хмыря, – Алик кивнул на жениха Маши. – Успокой Сашку? Он будто белены объелся. Я его таким еще не видел.
– А что не так? Вполне мирный парень. Стоит со своей девушкой и никого не трогает, – пожала плечами Инна.
– Вот и я не понимаю, что Сашка на него взъелся, но не думаю, что без причины. И Эдик, как назло выходной попросил.
Эдик? И вправду, Инна нигде не видела охранника. Она поднялась по ступенькам на сцену.
– Саша, можно мне с тобой поговорить?
– Инна, уйди, если не хочешь попасть под горячую руку.
Она испуганно захлопала ресницами. Такого Сашку и она еще не знала. Глаза красные, как у разъяренного быка, челюсти сжаты. На них играют желваки. Напряженные губы растянуты в вежливую улыбку, но в голосе звучит едва сдерживаемая ярость.
Что случилось с всегда уравновешенным и добродушным парнем? Нужно было очень постараться, чтобы вызвать такую реакцию. Или это его спецназовская выучка ищет достойного выхода?