Протянув руку, он подхватывает новый бокал у проходящего мимо официанта.
— Хочешь прерваться и подняться наверх, или останешься здесь еще немного? — спрашивает он, тон обыденный, но в глубине его взгляда все совсем не так спокойно.
— Прямо сейчас мне здесь очень нравится.
Он улыбается. И, боже, эта улыбка.
— Хочешь попробовать это вино? Это Каберне, шестьдесят восьмого, — он протягивает мне бокал.
— Я уже немного захмелела, так что лучше не нужно, — признаю я.
— Только попробовать?
Наблюдая за мной своим игривым взглядом, Сент опускает большой палец в бокал. Я смотрю, как он поднимает руку. Сердце замирает, когда он проводит пальцем по моим губам, оставляя влажный след, желание огоньками вспыхивает во всем моём теле.
— Что ты делаешь? — спрашиваю я, едва дыша.
— То, чего делать не стоит, — его голос хриплый, глаза темные, с дьявольским огоньком.
Не дыша, я приоткрываю рот и облизываю губы. Его взгляд становится еще темнее, а мускулы моего тела сокращаются, когда его вкус - единственный Грех к которому меня так страстно тянет - достигает моих рецепторов. Оживляя все воспоминания, все желания.
— Еще немного, Рейчел? — спрашивает он проникновенным вкрадчивым голосом.
Мы оба понимаем, что играем с огнем. Я вижу дьявольские огоньки, пляшущие в его глазах, чувствую жар, который сожжет меня до костей, но не могу остановиться, не хочу останавливаться. Я киваю, но затем, прислушавшись к внутреннему голосу, который со страхом кричит, что это причинит мне боль, добавляю, надеясь защитить себя:
— Но только немного.
В этот раз, стоит ему опустить палец в бокал и поднести его к моим губам, как я начинаю аккуратно посасывать его, стараясь не выдать, что больше всего жажду почувствовать его вкус.
Я лишь легонько касаюсь кончика пальца, показывая, что заинтересована только в вине. Но это же его палец, квадратный, чистый, знакомый, я хочу впиться в него, хочу целовать и пробовать, заниматься с ним любовью. В моем горле застревает стон. В моем теле — желание. А в сердце запрятана любовь, так глубоко, что он, возможно, никогда и не узнает, как сильно я его люблю.
На мгновение во взгляде Сента отражается разочарование, будто он хотел, чтобы я подольше подержала во рту его палец, он засовывает его себе в рот, слизывая остатки вина. А затем, почти шепотом, говорит мне:
— Это вино определенно слаще остального.
— Я... да.
И вновь повисает молчание. Он смотрит на меня, во взгляде одновременно улыбка и странное томление, которого я не видела прежде, отчего я краснею до кончиков пальцев.
Когда ко мне наконец-то возвращается речь, голос звучит хрипло.
— Что те мужчины сказали... о твоем отце.
— Они были коллегами моей мамы. Они знают отца, — на губах саркастическая горькая ухмылка, заметно, как он возводит стены и вот уже в его глазах не осталось прежней нежности. — Не волнуйся. Я с его бизнесом не связан.
Сент достает телефон. Меняет тему разговора.
— Помнишь это фото? — спрашивает он, показывая мне экран телефона.
Я испытываю одновременно смущение и восторг, когда присматриваюсь к снимку.
— Он все еще у тебя.
Он открыл фотографию, на которой запечатлена я на «Игрушке». Это был мой первый визит на его яхту, я смотрела на воду, думая... ну, что ж, как бесконечна гладь воды. И задаваясь вопросом, почему меня так смутили девчонки, кормящие его виноградом, обсуждающие недавние развлечения на вечеринке, на которую меня не пригласили.
Вот этот момент на фото, профиль меня, смотрящей на озеро.
— Ты же должен был удалить ее! — упрекаю я.
— Я и стер ту, что показал тогда. Но я сделал два снимка.
— Два, не четыре?
Возникшая на его губах улыбка не достигает его глаз. Взгляд скорее глубокий и задумчивый. Он открывает другое фото в телефоне, и там снова я. Сижу на скамейке на улице, держа журнал на коленях. Журнал. В котором опубликована моя статья о нем. Я смотрю на этот журнал, а на лице отражается чувство утраты, словно в тот день я потеряла весь свой мир, а этот журнал - все, что осталось.
Не представляю, откуда у него этот снимок, но я удивлена, пристыжена, в глубине сердца мне очень, очень жаль, что это фото, этот момент, был в моей жизни.
— Откуда это у тебя?
— Из интернета, — он неотрывно смотрит на меня своими темными глазами, челюсть напряжена.
— У тебя в телефоне есть фотографии всех сотрудников?
— Ты пока не моя сотрудница, помнишь? — он возвращается к фотографии с яхты. — И в этот момент ты не работала на меня, — Сент поднимает взгляд на меня.